следовало спешить с запретом КПГ и ЭАМ, так как это лишило бы правых тех фактических преимуществ, которые они получали в результате разобщенности руководства левого блока и командования ДАГ. Что же касается военных действий против партизан, то он уверял, что и в этом отношении «поворот уже наметился».
Усилилось и соперничество между правыми в целом и либералами во главе с Софулисом. Последний все чаще высказывался против «крайних методов» популистов, усиленно давая понять новому хозяину — Соединенным Штатам, что его программа «умиротворения» страны сулит принести успех быстрее, чем политика правительства Максимоса.
В сущности все эти распри были связаны с неутихавшей борьбой за власть между различными группировками греческой крупной буржуазии. В новой обстановке, когда от Вашингтона зависело решение вопроса о том, какая из них одержит верх, все они старались превзойти друг друга в приверженности политике США.
Американские же правящие круги продолжали «присматриваться». Поддерживая кабинет Максимоса и не отвергая предложений сторонников «крайних методов», они в то же время подогревали и у либералов надежду на приход к власти. Свое благосклонное отношение к Софулису они выразили даже в письменном виде. Так, 23 апреля в ответ на свои поздравления президенту Трумэну по случаю провозглашения его «доктрины» лидер либералов получил письмо американского поверенного в делах в Греции, в котором сообщалось: «Президент выражает вам свое удовлетворение по поводу вашего теплого послания и дружественного духа, который породил это послание».
Как и следовало ожидать, Софулис не остался в долгу. На следующий день, выступая в парламенте, он вновь восхвалял «вдохновенное обращение Трумэна к конгрессу». Всю свою речь он свел к тому, что «помощь» со стороны США якобы создает материальные и психологические предпосылки для «умиротворения» Греции.
В свою очередь премьер-министр Максимос, не желая отставать от либералов, заявил, что его правительство покажет себя «достойным американской помощи». Признав, что Греция переживает «трудные, критические дни», он уверял, что это результат деятельности «подрывных элементов». По его словам, положение немедленно улучшится, как только будет уничтожено партизанское движение. Разгром последнего он обещал начать в ближайшие дни, выразив уверенность в успехе, поскольку-де «инициатива в военных операциях перешла в руки правительства».
Действительно, уже 1 мая правительственные войска возобновили действия по плану «Терминиус». Теперь они должны были осуществить операцию «Иэракс». Она охватывала районы Гревены, Хасии и Антихасии в Западной Македонии, где, по подсчетам того же генерала Зафиропулоса, действовало около 2,5 тыс. партизан. Замысел был прежний — уничтожить или отбросить их к границе, на этот раз албанской. Проведя еще более тщательную, чем в апреле, подготовку, правительственные войска 11 мая начали операцию на окружение партизан.
Части ДАГ, арьергардами контратакуя наступающего противника, постепенно отступали на запад, в глубь горного массива Орлякас. Этот район, являвшийся главной базой ДАГ, как и ЭЛАС в годы оккупации, по условиям местности был очень удобным для партизанской войны, и выход из окружения здесь не представлял больших затруднений. К 20 мая отряды, действовавшие близ Хасии и Антихасии под командованием ранее упоминавшегося Нпсилантиса и Палеологу (Зигураса Димитриоса) с боями прорвали вражеское кольцо и вышли в свободный от противника район Войон.
Надо сказать, что приказа на выход из района Хасии эти отряды не имели и действовали по собственной инициативе в соответствии со сложившейся обстановкой. Это объяснялось отсутствием у партизан достаточных средств связи. К тому же командующий войсками ДАГ в Западной Македонии Кикицас переоценивал возможности обороны в этой местности в условиях многократного превосходства сил противника и исходил лишь из того, что оставленный район имел важное значение для дальнейшей вооруженной борьбы патриотов. Поэтому и после выхода этих отрядов из окружения он приказал им возвратиться в районы Хасии и Антихасии и удерживать их.
В момент, когда туда уже проникли правительственные войска, эта задача оказалась невыполнимой. Правда, оба отряда после изнурительного многодневного похода кружным путем через горные массивы Войо, Синяцико и Бурино все же достигли района Хасия близ села Эмилианос. Но тут же были окружены и после ожесточенного боя лишь с наступлением ночи смогли, пользуясь темнотой, во второй раз вырваться из вражеского кольца и двинуться в район Амарбей. Вновь совершив большой круг и пройдя через горные массивы Пиерия, Вермион и Кайманселан, они лишь к началу июля достигли Грамоса.
Таким образом, даже ошибка командования войсками ДАГ в Западной Македонии не помогла противнику уничтожить эти героические отряды. В итоге и операция «Иэракс» провалилась.
В то же время ДАГ успешно нанесла несколько сильных ударов по правительственным войскам силами соединений под командованием Диамантиса и Велиса, действовавших в Румелии, где они только в Эвритании контролировали 83 из 90 населенных пунктов. Эти соединения начали наступление в те самые дни, когда враг безуспешно пытался уничтожить отряды Ипсилантиса и Палеологу. Операция в Румелии, проведенная по приказу главнокомандования ДАГ, сковала там значительные силы противника. Нанеся ему потери, войска патриотов захватили большое количество оружия, в том числе 22 миномета различных калибров, 372 ручных пулемета, а также много боеприпасов, снаряжения и продовольствия.
Не менее успешными были и проведенные тогда же наступательные операции партизан в районах г. Литохоро, Олимпа и Флорина.
Очередные неудачи правительственных войск вызвали новую волну террора монархо-фашистов. Под предлогом «необходимости очистить тыл» и поощряемые поддержкой США греческие власти перешли к массовым казням патриотов. Число расстрелянных по приговорам военных трибуналов, составлявшее в январе 6, в феврале 13 и в апреле 40 человек, в мае достигло 78, а в июне только за первую декаду — 47. Всего же к тому времени за период с июля 1946 г. было казнено 287 сторонников левого блока.
Обстановка в стране продолжала накаляться. Наряду с усилившимся террором политика монархо-фашистского правительства привела к дальнейшему ухудшению состояния экономики Греции. Прямую связь между этими двумя сторонами деятельности кабинета Максимоса обнаружил даже глава американской экономической миссии Портер. Отметив в своем отчете, опубликованном в Афинах, что в Греции, получившей за последние два года «помощь» в сумме 700 млн. долларов, экономическое положение все же продолжает ухудшаться, он заявил, что так будет и впредь до тех пор, пока остается напряженной политическая ситуация в стране. Выступая вскоре после этого в Нью-Йорке перед представителями американских либеральных кругов, Портер объяснил свою пессимистическую оценку тем, что «нынешний режим в Греции опирается на аморальные, реакционные элементы».
Это, однако, не смущало правительство США. Собственно его меньше всего интересовало состояние экономики Греции. Что же касается бедственного положения ее народных масс, то оно и вовсе не тревожило американские монополии. Единственной заботой Вашингтона в тот период были экспансионистские цели, провозглашенные «доктриной Трумэна», и непосредственно связанные с ними усилия
