– Спасибо, миледи! – Девочка облегченно вздохнула и повернулась, чтобы уйти.
– Подожди, – остановила ее Куинн. Она подошла к столу и взяла из шкатулки два серебряных шиллинга. – Один для тебя, другой для Гобби. И поблагодари брата от моего имени.
– Конечно, миледи, я обязательно сделаю это. Спасибо вам! – Полли сделала книксен и поспешила удалиться.
Куинн улыбнулась ей вслед. Иногда доставлять другим радость оказывалось таким простым делом! Если бы все в этой жизни было так просто.
Когда дверь за девочкой закрылась, Куинн открыла письмо. Оно было от миссис Ханслоу, а не от таинственного Ангела Севен-Дайалс, отметила она с некоторой долей разочарования. Однако содержимое письма быстро подняло ей настроение. Из конверта выпал небольшой листок бумаги, но Куинн не обратила на это внимания и принялась читать.
«Моя дорогая Сочувствующая Леди.
У меня не хватает слов, чтобы выразить благодарность за ваш вклад в организацию школы для бедных девочек. Хотя обычно я предпочитаю действовать исключительно в рамках закона, забота о судьбе наших подопечных подвигла меня на то, чтобы принять щедрый дар в размере одной тысячи двухсот фунтов от джентльмена, известного под именем Ангела Севен-Дайалс. Прилагаю к письму записку, которую он оставил вместе с деньгами. Этой суммы хватит на немедленную покупку здания и большей части всего необходимого для открытия пансиона. Еще один такой вклад, и мы сможем нанять учителей и начать набирать учениц первого года. Другими словами, мы уже на полпути к нашей цели! Если вы сможете попросить Ангела повторить его жест благотворительности или сумеете достать оставшуюся сумму другим способом, то не только измените к лучшему жизнь детей, но и сделаете огромный вклад в будущее этой страны. Примите мои самые искренние поздравления.
Е. Ханслоу».
Дочитав письмо, Куинн тут же подобрала с пола выпавший листок. Это была визитная карточка, на одной стороне которой была нарисована цифра семь в золотом кружке, а на другой короткая записка, написанная печатными буквами.
«Миссис Ханслоу.
Выполняя просьбу Сочувствующей Леди, прошу вас принять деньги для вашей школы.
Преданный вам,
Ангел Севен-Дайалс».
На полпути к успеху! Прижав к сердцу письмо и записку, Куинн закружилась по комнате. Она чувствовала себя более счастливой, чем когда однажды сумела при помощи правильного ведения дел спасти пятнадцать тысяч долларов для компании отца. Но тогда она просто сделала свою семью более богатой, чем та была до этого. А теперь Куинн сможет изменить жизни не одного десятка девочек, у которых до этого не было никаких надежд на будущее!
Даже ее переживания по поводу Маркуса не могли испортить ей настроение. Захваченная внезапным желанием получить недостающую сумму немедленно, Куинн села за письменный стол и разрезала лист плотной бумаги на шесть небольших квадратиков. На них она печатными буквами написала одинаковый текст; ей понравился способ, при помощи которого Ангел скрывал свой почерк:
«У меня имеются доказательства ваших интимных отношений с девочками, не достигшими совершеннолетия. Если хотите избежать скандала, оставьте двести фунтов наличными в отеле «Грильон». Деньги положите в конверт, и адресуйте их Сочувствующей Леди».
Закончив писать, она с удовлетворением посмотрела на дело своих рук. Теперь осталось вручить эти послания шестерым джентльменам, имена которых ей назвала Энни. Если все они выполнят поставленное условие, пансион получит все необходимые деньги.
Первую записку она может завтра подложить в карман лорда Фернуорта на балу у Уиттингтонов, но что делать с остальными? Нужно будет взять все записки с собой и ждать удобного случая. Если ничего не получится, придется придумывать иной план.
Куинн положила записки в ридикюль, спрятала письма миссис Ханслоу и Ангела Севен-Дайалс в письменный стол и с легким сердцем отправилась спать.
Но одна вещь не давала ей покоя. Куинн накинула халат и принялась ходить взад-вперед по комнате. Нужно обязательно поговорить с Маркусом именно сегодняшней ночью, напряженно думала она. Она спросит его, что имел в виду лорд Фернуорт, когда говорил о развлечениях, и позволит мужу очиститься от подозрений. После этого она признается ему, что наняла Полли и Гобби, чтобы спасти несчастных детей.
В зависимости от его реакции она, может быть, даже расскажет ему о Сочувствующей Леди и попросит его внести деньги в фонд пансиона.
Куинн понимала, что действует под влиянием настроения, а не разума, но ничего не могла с собой поделать. Она прошла через гардеробную и осторожно открыла дверь комнаты Маркуса. К ней тут же подошел его слуга.
– Что угодно, миледи?
Девушка окинула взглядом комнату и убедилась, что, кроме Кларенса, в ней никого не было.
– А где лорд Маркус? – спросила она, пытаясь придать своему голосу властные нотки.
– Он ушел, миледи.
– Ушел? А он не говорил, когда вернется? – Ее настроение резко упало.
– Нет, но думаю, он вернется не скоро, миледи. Он сказал, что я могу не ждать его.
Куинн закрыла глаза. Неужели он все-таки решил отправиться вместе с лордом Фернуортом в игорный дом? И чем он будет заниматься сегодня ночью, помимо игры в карты? Ей даже не хотелось думать об этом.
– Спасибо. – Куинн вернулась в свою комнату.
Она сердилась, но одновременно чувствовала себя ужасно глупо. Почему муж не сказал ей, что собирался уйти? Видимо, потому, что хотел заняться делами, которые она бы не одобрила. А еще потому, что она оставила его после театра, сославшись на усталость.
Нет! Не может быть, чтобы он ушел из дома по такой пустячной причине. Оставалось надеяться, что она ошибалась. Однако ее недавнее возбуждение прошло без следа, и на нее навалилась невероятная усталость. Дрожащими пальцами Куинн развязала пояс халата и легла в постель.
Она обязательно выполнит свой план и достанет деньги. Что касается Маркуса, нужно постараться как можно меньше проводить время в его обществе, потому что так будет безопаснее для ее сердца.
Глава 20
Проникнуть в дом сэра Грегори оказалось более трудным делом, чем ожидалось. Когда Маркус прибыл на место, слуги еще не спали, поэтому ему пришлось проникать внутрь через подвал, а потом осторожно перебираться из комнаты в комнату.
Наконец он добрался до цели – кабинета сэра Грегори, который находился на первом этаже рядом с гостиной. Быстрый осмотр письменного стола показал, что этот человек не был связан с похитителями, впрочем, Маркус никогда его серьезно не подозревал. Он положил в карман найденные пятьдесят или шестьдесят фунтов и двинулся дальше.
