- Салли-Джейн, - отвечает Салли.
- А сколько тебе лет, Салли-Джейн? - спрашивает священник.
- Семь лет, - отвечает Салли.
- Это очень мило, - говорит Лихорадка. - А знаешь ли ты, кто тебя создал, Салли-Джейн?
Маленькая Салли мгновение колеблется, потом говорит:
- Вот дерьмо! Мама же мне говорила, но я забыла, как звали этого парня!
Однажды поздним вечером на маленьком греческом острове Крит престарелая миссис Лилипополис рыдает в черный платок, оплакивая недавнюю смерть своей старой подруги миссис Акриполис.
- Ох-ох! - завывает престарелая миссис Лилипополис, обращаясь к Епископу Кретину, который держит ее за руку, - Бог так несправедлив! Он убивает нас, старушек, одну за другой. Я должна сказать, Епископ Кретин, что моя вера в Блаженную Кровоточащую Деву пошатнулась.
- Не беспокойтесь, дитя мое, - утешает ее Епископ Кретин нетерпеливо. - Вам только девяносто семь лет, и в вас еще столько жизни. Просто молитесь Богу Вседержителю, и все будет хорошо.
Но через несколько дней старая миссис Лилипополис совсем теряет голову. Она начинает искать что-то другое, чтобы подкрепить свою веру. Однажды вечером она бродит по улицам городка и забредает в палату предсказания судьбы Мадам Гоггль.
- Я всю жизнь была христианкой церкви Блаженной Кровоточащей Девы, - говорит старая миссис Лилипополис, - а вы спиритуалистка и язычница, но я пришла к вам, потому что потеряла веру в Епископа Кретина. Я пришла к вам в надежде получить ответ на один вопрос.
Мадам Гоггль кивает головой и закрывает глаза, впадая в глубокий транс.
- Продолжайте, - говорит она мистическим голосом. - Скажите мне ваш вопрос.
- Я хочу знать, - говорит старая госпожа Лилипополис, - когда я умру, попаду ли я в рай - я имею в виду христианский рай - и воссоединюсь ли с подругами, миссис Сувлаки, миссис Теокраполис и миссис Акриполис, в славе вечного рая?
Проведя некоторое время в глубоком трансе, Мадам Гоггль открывает глаза и говорит:
- Я задала ваш вопрос, попадете ли вы в рай, и мне сказали... мне сказали...
И старая предсказательница потирает большим и указательным пальцами перед носом старой гречанки.
- Ах да! - восклицает старая миссис Лилипополис, роясь в кошельке и вынимая пригоршню денег. Она кладет их на стол, и Мадам Гоггль продолжает:
- Видите ли, есть хорошая новость и плохая. Сначала хорошая... Да, миссис Лилипополис, поскольку вы были таким хорошим человеком, небесные ангелы перенесут вас в рай - к Золотому Трону в небе. И там вы останетесь навечно со всеми остальными блаженными девственницами, сидя на коленях у Бога.
- Ох! - восклицает старая миссис Лилипополис, - ох, я вне себя от радости!
- Обождите! - продолжает Мадам Гоггль. - Вот плохая новость...
- Но, Мадам Гоггль, - прерывает пожилая дама, - после такой чудесной хорошей новости, возможно ли, чтобы другая новость была плохой?
- Судите сами, - говорит Мадам Гоггль. - Вы туда попадете сегодня!
Ниведано...
Ниведано...
О
Будьте в молчании...
Закройте глаза... почувствуйте, что ваше тело совершенно застыло, словно замороженное.
Это подходящее мгновение, чтобы войти во внутренний мир. Вы должны добраться до точки прямо под пупком, точно на два дюйма ниже, внутри.
Соберите всю свою энергию и всю тотальность сознания и двигайтесь с такой поспешностью, словно это мгновение будет вашим последним мгновением на земле. Лишь те, в ком есть такая поспешность и интенсивность, достигают центра своей жизни.
Быстрее и быстрее...
Глубже и глубже...
По мере того как вы приближаетесь к центру, на вас нисходит несказанное молчание, словно падает мягкий дождь. Вы ощущаете его прохладу.
Еще немного ближе - и вы находите взрыв света. Ваш внутренний мир озаряется.
Еще немного глубже - и внезапно вас начинают осыпать цветы блаженства, цветы экстаза. Существование радуется вашему внутреннему путешествию. Это - единственное духовное паломничество.
Еще один шаг - и вы стоите у самого центра существа.
Это - состояние Гаутамы Будды, пространство всех будд. В это мгновение вас больше нет, есть лишь будда. И у будды есть лишь одно качество: свидетельствование.
Свидетельствуй, что ты - не тело.
Свидетельствуй, что ты - не ум.
И свидетельствуй, что ты - только свидетель.
Это чистое свидетельствование открывает все запертые двери существования и жизни, песни и танца, высшего празднования обретения единства с космосом.
Чтобы сделать это свидетельствование глубже,
Ниведано...
Расслабьтесь... но продолжайте свидетельствовать.
Это сама ваша вечность - ни начала, ни конца... бесконечное, неисчерпаемое, священное.
Это ваше оригинальное лицо. На Востоке мы символически назвали лицо Гаутамы Будды оригинальным лицом каждого - это только символ.
Узнайте его!
И радуйтесь этому узнаванию.
В это мгновение вы - самые блаженные люди на земле. Все заняты банальностями, вы же пытаетесь исследовать сам центр жизни и существования.
Кроме этого, нет никакой религиозности.
Кроме этого, нет никакой духовности.
И этот опыт абсолютно индивидуален, он не имеет ничего общего ни с каким коллективом, ни с каким обществом, ни с какой организованной религией.
И в это окно вы можете увидеть, что нет никакого Бога, есть лишь божественность, окружающая вас - всюду вокруг, беспредельно.
Эта высота бесконечна.
Эта глубина бесконечна, но вы нигде не находите Бога. Напротив, вы начинаете таять и исчезать.
Аудитория Гаутамы Будды стала океаном сознания. Десять тысяч будд соединились в одно сознание.
Это - ваша истина, и это красота истины, и это божественность истины.
Тот, кто знает этот центр и это окно в существование, знает все.
Соберите как можно больше цветов безмятежности, спокойствия, молчания, мира, экстаза, божественного опьянения. Вы должны принести все эти соки жизни из центра на поверхность своей повседневной жизни. Вы должны начать жить как будды, с таким же изяществом, с такой же красотой, с такой же истиной, с такой же подлинностью, с такой же оригинальностью.
Это открытие и его опыт принесут вам достоинство, в котором не будет эго, гордость, в которой не будет эго, но просто радость, просто память о том, что вы - экзистенциальны, не случайны. Поэтому -возможность празднования.
Случайный человек живет в боли, тревоге, тоске.
Экзистенциальный человек живет в праздновании, в любви, в изяществе, в благодарности.
Не забудьте убедить будду прийти вместе с вами.
Вот три шага просветления.
Первый шаг - будда приходит и следует за тобой как тень. Но эта тень - сияющая, она обладает безмерным теплом, она окружает тебя новым ароматом, ароматом запредельного.
Следующий шаг, второй шаг - тенью становишься ты, будда выходит и становится перед тобой. Тень тебя становится все тоньше и тоньше, по мере того как будда становится более и более осязаемым и экзистенциальным.
Приходит момент, когда сам собой случается третий шаг: тень тебя исчезает, и тебя больше нет; есть лишь будда, есть лишь жизнь, есть лишь существование. Поэтому - празднование.
Ниведано...
О
Вернитесь... но вернитесь со всей славой и великолепием будды, со всем изяществом, молчанием и миром.
Посидите несколько мгновений, чтобы напомнить себе золотой путь, которым вы следовали, глубину, которой достигли внутри себя, и все эти опыты. И почувствуйте присутствие будды позади вас.
Недалек тот день, когда первый шаг превратится во второй, а второй шаг превратится в третий. Вас больше не будет. И когда вас больше нет, есть танец, есть песня, есть радость, есть празднование жизни.
Я праздную себя, и я не учу вас ничему, кроме празднования.
Религиозность попала не в те руки, и мир сделали печальным и несчастным. Я хочу, чтобы мир наполнился смехом, радостью, праздничностью.
Вся жизнь, из мгновения в мгновение, должна быть прожита как празднование. Это - единственная религиозная жизнь. У вас есть для этого полный потенциал и все возможности.
Лишь немного расслабленного, безусильного таяния в окружающем вас океане - и начинается танец. Этот танец никогда не кончается.
Хорошо, Маниша?
Да, Возлюбленный Мастер.
Глава 7
Существование есть празднование
19 февраля 1989 года
Наш Возлюбленный Мастер,
Однажды Секито объявил во всеуслышание, что на следующий день все будут полоть траву напротив зала будды. На следующий день все монахи собрались с серпами в руках, но только Танка пришел с подносом, полным воды. Прежде чем прийти сюда, он вымыл голову, но волосы еще не были обриты. Теперь он встал на колени напротив Секито, и, увидев его, Секито рассмеялся и обрил ему голову. Как обыкновенно делал мастер, Секито дал Танке определенные заповеди, но когда он это делал, Танка отошел, закрыв руками уши.
