Тесса проигнорировала это.
— Ну, Джем ударил тебя. И ты заслужил это.
— Ты выглядишь презрительно, как Разиэль на всех этих картинах, как если бы он смотрел на нас. Посему скажи же мне, презрительный ангел, чем заслужил я удара по лицу от Джеймса?
Тесса пыталась подобрать слова, но они словно ускользали от нее. Тогда она обратилась к общему для них с Уиллом языку, языку поэзии.
— Ты знаешь, в своем сочинении Донн говорит, что…
— Моим рукам-скитальцам дай патент? — процитировал Уилл, следя за ней глазами.
— Я имею в виду сочинение о том, что человек не является островом. Все, что ты делаешь затрагивает и других людей. И все же ты никогда не думаешь об этом. Ты ведешь себя так, как будто ты живешь на… на острове Уилла, и ни одно из твоих действий не может иметь последствий. И все же они имеют.
— И как же мой поход в притон колдунов влияет на Джема? — спросил Уилл. — Я полагаю, что он должен был прийти и вытащить меня, в прошлом он делал и более опасные вещи для меня. Мы защищаем друг друга…
— Нет, не ты, — воскликнула Тесса в отчаянии. — Ты думаешь, его заботит опасность? Ты и вправду так думаешь? Вся его жизнь разрушена наркотиком, этим инь-фэном, и ты просто идешь в притон колдунов и принимаешь их сам, как будто это не имеет никакого значения, как будто это просто игра для тебя. Он должен принимать эту отвратительную вещь каждый день просто, чтобы жить, но в то же время это убивает его. Он ненавидит быть зависимым от лекарства. Он даже не может заставить себя купить его. Ты делаешь это за него. — Уилл издал звук протеста, но Тесса подняла руку. — И затем ты идешь на Уайтчепел и отдаешь свои деньги людям, которые делают эти наркотики и пристращают других людей к ним, как будто это для тебя своего рода выходной на континенте. О чем ты думал?
— Но это вообще не имело к Джему никакого отношения…
— Ты просто не думал о нем, — сказала Тесса. — Но, возможно, следовало бы. Ты не понимаешь, что он думает, что ты сделал посмешище из того, что убивает его? А еще предполагается, что ты его брат.
Уилл побелел.
— Он не может так думать.
— Но он так думает, — сказала она. — Он понимает, что тебе наплевать, что другие люди думают о тебе. Но я полагаю, что он всегда ожидал, что тебе не будет наплевать на то, что думает он. Вот что он чувствовал.
Уилл наклонился вперед. Свет от камина рисовал узоры на его коже, делая синяк на его щеке черным.
— Мне не наплевать, что люди думают обо мне, — сказал он с удивительной глубиной, глядя на пламя. — Это все, о чем я думаю… о том, что другие думают, что они думают обо мне, и я о них. Это сводит меня с ума. Я хотел сбежать…
— Ты же не имеешь это в виду. Уилл Герондейл, размышляющий о том, что он нем думают люди? — Тесса попыталась сделать свой тон насколько возможно легкомысленным.
Выражение его лица поразило ее. Оно не было закрытым, а наоборот открытым, как будто он был пойман в тот момент, когда он отчаянно хотел поделиться своими мыслями, но не мог. Это парень, который забрал мои личные письма и спрятал их в своей комнате, подумала она, но она не могла настроить себя, чтобы разозлиться. Она думала, что будет разъярена, когда увидит его снова, но она была только озадачена и удивлена. Разве не показывало любопытство по отношению к людям, что было совсем не в духе Уилла, в первую очередь, желание прочесть письма? В его лице, в его голосе было что-то новое.
— Тесс, — сказал он. — Это все, о чем я думаю. Я никогда не смотрел на тебя, не думая о том, что ты думаешь обо мне, и боязни…
Он прервался, когда дверь в гостиную открылась и вошла Шарлотта, за которой шел высокий мужчина, чьи яркие светлые волосы светились, как подсолнечник в тусклом свете. Уилл быстро обернулся, его лицо пришло в движение. Тесса уставилась на него. Что он хотел сказать?
— О! — Шарлотта была явно поражена, увидев их здесь. — Тесса, Уилл… Я не знала, что вы здесь.
Руки Уилла были сжаты в кулаки по бокам, его лицо в тени, но голос остался ровным, когда он ответил:
— Мы увидели огонь. Такой же холодный, как лед, как во всем доме.
Тесса встала.
— Мы просто продолжим наш путь
— Уилл Герондейл, приятно, видеть тебя в добром здравии. И Тесса Грей! — Блондин отделился от Шарлотты и подошел к Тессе, сияя, как будто он знал ее. — Умеющая изменять форму, правильно? Очень рад познакомиться. Как любопытно.
Шарлотта вздохнула.
— Мистер Вулси Скотт, это Мисс Тесса Грей. Тесса, это Мистер Вулси Скотт, глава Лондонской стаи вервольфов, и старый друг Конклава.
— Очень хорошо, — сказал Гидеон, как только дверь закрылась за Тессой и Уиллом. Он повернулся к Софи, которая неожиданно очень остро осознала насколько комната большая, и насколько маленькой чувствуешь себя внутри нее. — Будем ли мы продолжать тренировку.
Он протянул ей нож, сияющий, как серебряный жезл в полумраке комнаты. Его зеленые глаза были спокойны. Все в Гидеоне было спокойным — его взгляд, его голос, то, как он держался. Она вспомнила, что чувствовала, когда эти спокойные руки обнимали ее, и непреднамеренно задрожала. Она никогда до этого не оставалась с ним наедине, и это пугало ее.
— Я не думаю, что моя душа лежит к этому, Мистер Лайтвуд, — сказала она. — Я в любом случае высоко ценю ваше предложение, но…
Он медленно опустил руки.
— Ты думаешь, что я не провожу подготовку с тобой серьезно?
— Я думаю, что вы очень великодушный. Но я должна посмотреть фактам в лицо, не так ли? Эти тренировки никогда не были ради меня или Тессы. Это все было ради твоего отца и Института. А теперь, когда я ударила твоего брата… — она почувствовала, что ее горло сжалось. — Миссис Бранвелл будет разочарована во мне, если узнает.
— Ерунда. Он заслужил это. И не имеет большого значения кровная месть между нашими семьями, которая приходит на ум. — Гидеон небрежно схватил пальцами серебряный нож и засунул его за пояс. — Шарлотта, возможно, дала бы тебе прибавку к жалованию, если бы она узнала.
Софи покачала головой. Они были всего в нескольких шагах от скамьи. Она опустилась на нее, чувствуя себя истощенной.
— Вы не знаете Шарлотту. Она бы почувствовала, что это ее долг чести, наказать меня.
Гидеон сел на скамейку, не рядом с ней, а напротив, а с противоположной стороны, так далеко от нее, насколько он только мог. Софи не могла решить, рада ли она этому или нет.
— Мисс Коллинз, — сказал он. — Есть кое-что, что вы должны знать.
Она сцепила пальцы.
— Что это?
Она немного наклонился вперед, его широкие плечи сгорбились. Она даже смогла увидеть пятнышки серого цвета в его зеленых глазах.
