Автору представляется маловероятным, что принцы были убиты по приказу Ричарда III или что они вообще были убиты. Тайно содержать племянников в заточении было проще по целому ряду причин. Выше уже было сказано о том, что обнародование факта убийства могло привести к катастрофическим последствиям. Также невозможно не учитывать моральную сторону вопроса. Все остальные поступки Ричарда III говорят о том, что он не был склонен к излишней жестокости. Переворот лета 1483 г. прошел почти бескровно, да и в дальнейшем король обращался с политическими противниками более чем милосердно. Опять же, судя по поступкам, Ричард любил и почитал старшего брата. Утверждать, что король был неспособен отдать приказ о казни племянников, нельзя. Однако, на наш взгляд, он мог пойти на такой шаг только в самых крайних обстоятельствах. Во всех остальных случаях Ричард действовал не как стратег, а как тактик. В 1483-м принцы еще были детьми, опасность представляли не они, а их окружение. Лет через пять все могло обернуться совершенно иначе, но пока в убийстве не было жесткой необходимости.
Косвенным доказательством того, что принцы были живы вплоть до смены династии, могут служить хозяйственные документы. В записях 1484 г. упоминаются «знатные дети», примерно равные по положению другому племяннику Ричарда III — Эдуарду (сыну герцога Кларенса). Никто, кроме сыновей Эдуарда IV, под это определение не подходит. В документах от 1485 г. фигурирует некий «лорд бастард», что также вполне может относиться к Эдуарду V.
Не стоит забывать и о том, что мать «принцев в Тауэре» Елизавета Вудвиль в 1484 г. полностью помирилась с Ричардом III, более того, призвала своего сына маркиза Дорсета покинуть партию Генриха Тюдора и вернуться в Англию. Если бы Елизавета считала Ричарда III виновным в смерти своих сыновей, ее поведение оказывалось абсолютно необъяснимым. Уговаривать старшего сына оставить безопасное убежище за границей и вернуться ко двору убийцы братьев — это слишком даже для очень плохой матери, Елизавету же вряд ли можно обвинить в недостаточной заботе о детях.
Конечно, все эти доводы сложно назвать неопровержимыми. Существует несколько альтернативных версий, приписывающих убийство принцев Генриху VII или герцогу Бэкингему. «Доказательства» в любом случае крайне шаткие, и выбор между различными точками зрения, на наш взгляд, относится скорее к области веры.
Хоть какую-то ясность в вопрос о судьбе принцев могла бы внести экспертиза останков двух тел, найденных в 1674 г. под фундаментом одной из лестниц Тауэра. В соответствии с официальной версией, они принадлежат сыновьям Эдуарда IV, но так ли это на самом деле, неизвестно. И в обстоятельствах находки, и в проведенных позднее исследованиях слишком много неясностей.
Прежде всего, об обстоятельствах, сопутствовавших «открытию». В 1674 г. в Тауэре проводились масштабные строительные работы. При разборе фундамента одной из лестниц в т.н. Белом Тауэре, на глубине около трех метров рабочие наткнулись на «какие-то кости и обломки дерева», которые и выбросили в ближайшую мусорную кучу. Вечером обо всем доложили начальству, которое приказало извлечь и разобрать останки. Хотя кости были сильно повреждены, а деревянные детали попросту превратились в щепки, было установлено, что под лестницей обнаружили скелеты двух детей.
Находка пришлась, что называется, ко времени. Царствовавший в 1673 г. Карл II был, мягко скажем, не слишком популярен и постоянно конфликтовал с Парламентом. Теперь у короля появилась возможность на громком историческом примере продемонстрировать, насколько трагические последствия может иметь пренебрежение правами законного монарха. Шекспир писал, что под лестницей Тауэра были захоронены убитые по приказу Ричарда III сыновья короля Эдуарда. Скорее всего, желаемое приняли за действительное. Все фрагменты были помещены в урну, которую торжественно захоронили в Вестминстерском аббатстве.
Помимо очевидной политической ангажированности произошедшего, сомнения вызывает еще несколько обстоятельств. Во-первых, не самое лучшее состояние скелетов. Во-вторых, крайне небрежный подбор материала. Наряду с фрагментами двух тел в урну, до сих пор находящуюся в так называемом Уголке Невинных, были свалены несколько говяжьих костей, и даже парочка рыбьих. В-третьих, странной кажется глубина вскрытого в 1674 г. захоронения. Известно, что в Средние века умерших погребали под самой поверхностью. Останки «принцев», напротив, обнаружили на три метра ниже уровня земли. Любопытно, что ровно на той же глубине, только на пару метров правее, в XX в. было найдено несколько римских погребений.
Теперь об исследованиях тел «принцев». В 1933 г. урна, предположительно содержащая в себе скелеты Эдуарда V и его младшего брата, была вскрыта по приказу властей. Стоит отметить, что в Великобритании до сих пор существует практически узаконенный культ династии Тюдоров. Экспозиция Тауэра — яркое тому подтверждение. Любой посетитель этой крепости покидает ее с убеждением, что именно на правление Тюдоров пришелся «золотой век» Англии, а все политические мифы об эпохе Войн Роз — святая истина.
Официально предполагалось, что экспертиза 1933 г. должна подтвердить или опровергнуть подлинность останков «принцев». Однако выбор экспертов ясно указывал, что о сколько-нибудь объективном исследовании не может идти и речи. К анализу не были допущены ни антропологи, ни археологи, ни патологоанатомы, ни, наконец, историки. Скелеты исследовали всего два специалиста — стоматолог и хирург. Неудивительно, что выводы, к которым пришла уважаемая комиссия, сложно счесть полностью обоснованными.
Прежде всего, экспертиза «установила», что скелеты принадлежат двум мальчикам. Однако по костным останкам определить пол возможно только у взрослых людей. Далее, на основании, цитата, «внешнего сходства» было объявлено, что кости принадлежат родственникам. Разумеется, в 1933 г. проведение анализа ДНК было невозможно, но это не отменяет главного — вывод о родстве, мягко скажем, спорен. Наконец, предполагаемый возраст «принцев» (11–12 и 8–9 лет) установили по зубам. Этот метод был чрезвычайно популярен в 30-е годы XX в., но современная наука не считает его надежным, так как дети развиваются очень по-разному. Некоторые эксперты полагают, что младшему из детей вполне могло быть лет шесть-семь, а старшему — шестнадцать.
Иными словами, в Уголке Невинных Вестминстерского аббатства вполне могут покоиться скелеты двух девочек, скончавшихся еще в римскую эпоху. До проведения более детальных исследований судьба принцев остается загадкой. К сожалению, нет почти никакой надежды на то, что британское правительство в обозримом будущем согласится на проведение повторной эксгумации.
Теперь вернемся к истории Ричарда III. Напомним, что первые слухи о смерти детей Эдуарда IV появились ранней осенью 1483 г. Важно отметить, что начало пересудов совпало с новым заговором против Ричарда III. Хуже всего было то, что главой заговорщиков оказался человек, которому Ричард полностью доверял и которого возвысил даже сверх меры — герцог Бэкингем.
Восстание Бэкингема — один из многих эпизодов Войн Роз, о котором мы знаем на первый взгляд достаточно, а на самом деле не знаем почти ничего. Прежде всего остановимся на том, что известно.
Известен состав участников мятежа — в основном это сторонники Эдуарда IV Разумеется, первую скрипку играли королева Елизавета и ее ближайшие родственники. Важно подчеркнуть, что речь шла не только о клане Вудвилей и его приверженцах. В числе заговорщиков было много провинциальных чиновников, например шерифов и бейлифов. Вероятнее всего, в момент захвата власти Ричардом III эти люди попросту не успели сориентироваться, но теперь были полны решимости вернуть трон законным наследникам Эдуарда IV.
Мы знаем, что в какой-то момент к заговору присоединилась дальняя родственница Ланкастеров и супруга лорда Стенли Маргарита Бофор, а также ее сын — Генрих Тюдор (будущий Генрих VII). Мотивы этих двоих более чем прозрачны. Летом 1483 г. мало кто мог предположить, что Генриху Тюдору суждено занять английский трон. Конечно, он был родственником Ланкастеров (см. династическую таблицу), но его права на престол были весьма шаткими, а политические перспективы не вызывали оптимизма. Будущий король находился при дворе властителя Бретани в очень неопределенном положении — он был кем-то средним между политическим эмигрантом и заложником.
Дело в том, что еще в 1471 г., т.е. после реставрации Эдуарда IV, Джаспер Тюдор и его четырнадцатилетний племянник Генрих бежали из Англии в надежде найти приют при дворе французского короля. К несчастью, их корабль прибило к берегам Бретани, правитель которой Франциск II объявил Тюдоров своими пленниками. На протяжении всего царствования Эдуарда IV бретонский герцог виртуозно использовал эту ситуацию. Король Англии неоднократно просил передать ему Тюдоров. Герцог каждый раз умудрялся не отказываться открыто, но и не лишать себя удобного рычага давления — в результате Тюдоры были под надежным присмотром, а Франциск II регулярно получал финансовую и даже военную помощь от английского монарха. После смерти Эдуарда IV ситуация изменилась. Франциск II фактически предоставил своим пленникам свободу передвижения, но окончательно надзор снят не был. Участие в заговоре давало Генриху надежду на возвращение в Англию. Он также имел неплохие шансы получить обратно имения, конфискованные в 1471 г.
