том, что Аму нигде не было видно. Куда он подевался? Конечно, Аму не мог его предать, это Альдо и в голову не пришло, славный парень слишком старался вытащить его из форта. Но в таком случае как его смогли так быстро обнаружить? Этот вопрос он и задал секретарю, пока машина везла их во дворец. Тот рассмеялся:
– По правде сказать, мы вас никогда и не теряли из виду. У нас многие ведут ночную жизнь и всегда найдется кто-нибудь, кого интересует все более или менее странное. Так что один из подданных Его Величества смог наблюдать ваш... акробатический исход из старого форта и проследил за всем, что последовало... до самого вокзала. Убедившись в том, что вы не тронетесь с места до прихода поезда, этот честный человек как можно скорее отправился во дворец... К сожалению, вашего спасителя мы не нашли. Когда мы пришли сюда, вы спали под кустом в полном одиночестве. Но я не теряю надежды его поймать...
Альдо выслушал это с облегчением. Если бы несчастный Аму попался в лапы этим людям, его, наверное, скормили бы на завтрак тиграм... Оставалось выяснить, какая участь была уготована ему самому...
К величайшему удивлению князя, его не бросили в тюрьму и даже не отвели к Джаю Сингху. Его попросту отвели в его апартаменты... чтобы он вымылся и переоделся, поскольку и речи не могло быть о том, чтобы оскорбить зрение и обоняние магараджи, предъявив ему непокорного гостя в таком виде. Но на этот раз приведением Альдо в порядок занималось с полдюжины слуг. Его мыли долго и тщательно, все это заняло не меньше часа, потому что краска Аму оказалась весьма стойкой; затем его облачили в галифе, рубашку и куртку защитного цвета, надели на голову шлем... и связали руки за спиной. Он не протестовал: к чему напрасный труд?
В таком виде Морозини вывели в парадный двор, где уже ждал слон и, на его спине, – магараджа под своим синим покрывалом. При помощи лесенки Альдо взобрался к Джаю Сингху, который сидел безмолвно и неподвижно, словно изваяние. Не выдержав, Альдо заговорил первым:
– Что за комедию вы разыгрываете... брат мой? – прорычал он, уже не сдерживая гнева.
– Комедию? – ответила шелковым голосом статуя под синим покрывалом. – Где вы видите комедию? Разве я не пообещал вам еще в Париже, что мы поохотимся на тигра? Я просто-напросто держу слово...
– Поохотиться на тигра? Со связанными руками? Вы меня дураком считаете?
– Я считаю вас предателем... человеком, которого я хотел привести к святости и который жестоко меня оскорбил. Мое раненое сердце взывает о мести. И все же я, как видите, устраиваю для вас царское развлечение... Разумеется, эта охота закончится прискорбным для вас образом. Она закончится несчастным случаем... печальным для меня... и мучительным для вас. Но я постараюсь, чтобы от вашего тела осталось достаточно много и чтобы вас можно было узнать...
– Вы посмеете это сделать? Убить гостя, на которого вы не имеете никаких прав?
– Я не собираюсь вас убивать. Повторяю, вы станете жертвой несчастного случая!.. Больше мне прибавить нечего.
По знаку его руки в перчатке слон, окруженный загонщиками, слугами и воинами, вооруженными копьями, тронулся в путь. Альдо больше не стал разговаривать с этим монстром и попытался собрать все свое мужество перед лицом ожидавшей его ужасной смерти, которую хотел встретить с достоинством, как подобает князю Морозини. Он принялся беззвучно молиться, чтобы не дать приблизиться к себе милым образам тех, кого любил и кого больше никогда не встретит на этой земле. Только бы не думать о Лизе, о том, что он больше не сможет сжать ее в объятиях! Не думать о близнецах, которых он не увидит выросшими! О дорогих друзьях, которые станут оплакивать его... Но до чего же это было трудно, господи! Слова молитв таяли, словно туман, под напором прекрасных и нежных образов, от которых он хотел бежать! Теперь ему хотелось, чтобы все произошло скорее... Альдо нестерпим был торжественный шаг слона, несущего его на пытку.
Так они прошли через парк и оказались на просеке, проложенной саблями в джунглях, среди высокой травы и перепутанных стволов деревьев. Впереди слона, указывая дорогу, шагали люди. Альдо невольно шарил взглядом по травам, стараясь угадать, откуда покажется могучий желтый зверь с черными полосами, где сверкнут острые клыки, где заскребут землю длинные когти, которые разорвут его на части... Уготованная ему смерть была ужасна, и князю пришлось призвать на помощь всю свою гордость, чтобы не трястись, хотя его захлестнул неодолимый страх... Морозини казалось, что пытка длится вечность...
Наконец они присоединились к группе загонщиков, собравшихся у неглубокого пруда, вода в котором под этим неясным светом блестела подобно ртути. Они прибыли на место.
Джай Сингх обменялся несколькими словами с предводителем своих людей, одобрительно кивнул и сказал:
– Ваш палач недалеко, ждать придется недолго. Спускайтесь!.. И прощайте!
Пожав плечами, Морозини повернулся к нему спиной и отдался в руки пары слуг, которые помогли ему спуститься на землю.
– Идите прямо вперед! – приказал магараджа. – Вам помогут.
И в самом деле, следом за ним двинулись два стража, подталкивая его в поясницу наконечниками копий. Но внезапно осужденный обернулся и в последний раз взглянул в лицо убийце:
– Меня ждет жестокая смерть, но она в сто раз лучше той, которую господь уготовит тебе и которая не будет иметь конца, потому что тебя ждет ад! Прощай... святой человек!
Снова отвернувшись, венецианец с гордо поднятой головой двинулся вдоль пруда к окаймлявшим тихую воду высоким травам. Он уже почти вошел в заросли, когда ему показалось, будто в нескольких шагах от себя он видит желтое пятно. И Альдо закрыл глаза, ожидая страшного удара и молясь о том, чтобы в падении удариться головой о камень и избежать худшего...
Он чувствовал, что зверь здесь, что зверь готов прыгнуть, и в самом деле послышался шорох травы... за которым немедленно последовал выстрел. Открыв глаза, он увидел в нескольких шагах от себя тигра, убитого наповал. Он обернулся. Что же, все это было шуткой? Он думал, что сейчас увидит перед собой стоящего в седле магараджу с ружьем в руках и улыбкой до ушей.
И тут ему показалось, будто в глазах у него двоится: перед ним был второй слон со множеством людей в униформе на спине. Стрелял один из этих людей. Другой уже спускался, чтобы со всех ног устремиться к нему... на бегу он потерял шлем, показались взъерошенные соломенные волосы.
