Среди зевак, большая часть которых была так же пьяна, как дерущщиеся, был толстый, краснолицый солдат с растрепанной бородой и скошенным подбородком. Держа в руках бурдюк с вином, он одобрительно кричал бойцам. Эцио заметил у него на поясе развязанный кошель, из которого торчал кончик большого железного ключа. Ассасин оглянулся и увидел, что через рынок с противоположной стороны к площади приближаются трое знакомых ему солдат.
Не теряя времени, Эцио подкрался к толстому солдату и выхватил ключ за мгновение до того, как солдата окликнули по имени.
«Николосу придется многое объяснить», – подумал Эцио, поднимаясь обратно на второй уровень, а оттуда по тоннелю, из которого исходило зловоние. Тоннелю, который вел к западным воротам.
ГЛАВА 61
– Ты не спешил, – сердито прошипела Диляра, когда Эцио открыл ворота и впустил ее внутрь.
– Пожалуйста, – мрачно огрызнулся Эцио.
Как он и ожидал, Диляру чуть не вырвало.
– Aman Allahim! – воскликнула она, закрывая лицо рукой. – Что это?
Эцио отступил в сторону и молча указал на кучу мертвых тел, брошенных в нише у ворот.
– В плен взяли не всех.
Диляра бросилась к куче, но остановилась.
– Бедняги! Храни их Аллах!
Плечи ее опустились, девушка явно упала духом. Маска ожесточенности спала с нее, и теперь девушка казалась более человечной.
– Это сделал туркменский отступник Шах-Кулу, – вздохнула она.
Эцио кивнул.
– Я убью его! – крикнула девушка и сорвалась с места.
– Подожди! – попытался остановить ее Эцио, но было поздно. Девушка убежала.
Эцио последовал за ней и вскоре отыскал в безлюдном уголке города, откуда открывался вид на небольшую городскую площадь. Эцио осторожно приблизился. Диляра стояла спиной к нему, смотря на что-то происходящее на площади. Эцио пока что не видел, на что именно.
– Помощи от тебя немного, – проговорил он, подходя ближе.
– Я здесь, чтобы спасти своих людей, – холодно ответила она, повернувшись. – А не для того, чтобы заводить друзей.
– Не обязательно быть друзьями, чтобы помогать друг другу, – приблизившись, вздохнул Эцио. – Но это бы помогло мне узнать, где твои люди, и я бы смог помочь тебе.
Снизу донесся чудовищный крик, и Эцио встал рядом с агентом Тарика. Лицо у девушки было мрачным.
– Они здесь, – указывая вниз, проговорила она.
Эцио посмотрел, туда, куда она указывала, и увидел, что на площади, прямо на земле, сидят пойманные османы со связанными руками. На глазах Дилары и Эцио византийцы толкнули одного из заключенных на землю. Рядом стояла импровизированная виселица, на которой уже висел турок, руки которого были связаны за спиной. Рядом с виселицей стоял Шах-Кулу, легко узнаваемый даже в маске палача. Когда туркмен стал избивать пленника, тот закричал.
– Это Янос, – сообщила Диляра. – Мы должны ему помочь!
Эцио внимательно осмотрел на происходящее.
– У меня есть пистолет, но я не смогу им воспользоваться, – сказал он. – Эту броню пули не пробьют. – Он помолчал. – Мне нужно подойти ближе.
– Времени мало. Это не допрос. Шах-Кулу замучает Яноса до смерти. А потом следующего. И следующего…
Диляра вздрагивала при каждом крике, каждом звуке удара, доносившемся снизу.
Эцио услышал смех и издевки людей Шах-Кулу.
– Думаю, я знаю, что нам делать, – выдохнул Эцио, срывая с пояса дымовую бомбу. – Когда я ее брошу, забеги с правой стороны и попытайся освободить своих людей под прикрытием дыма.
Она кивнула.
– А Шах-Кулу?
– Предоставь его мне.
– Убедись, что прикончил его.
Эцио сорвал чеку с бомбы, дождался, пока от нее повалит дым и, тщательно прицелившись, кинул в сторону виселицы. Византийцы полагали, что поймали всех повстанцев и не ожидали нападения. Бомба застала их врасплох.
В поднявшейся суматохе Эцио и Диляра спустились по склону на площадь и разбежались в разные стороны. Эцио сбил с ног ближайшего византийца и разбил тому челюсть защитной пластиной на левом запястье. Потом, выхватив скрытый клинок, ассасин бросился на Шах-Кулу, который, обнажив тяжелую саблю, стоял на месте. Он вращал оружие в руке, не зная, откуда последует атака. Когда Шах-Кулу отвлекся, Эцио прыгнул вперед и вонзил клинок в щель между броней и металлической маской. Лезвие вошло в челюсть туркмена, темная кровь хлынула по руке Эцио.
Шах-Кулу упал. Эцио, вцепившийся в него, тоже повалился на землю, но потом встал рядом с противником на колени. Туркмен закрыл глаза.
– Те, кто наслаждается убийством, не заслуживают жалости, – прошептал Эцио, склонившись к уху Шах-Кулу.
Глаза туркмена широко распахнулись, в них вспыхнул огонек безумия. Рука в тяжелой перчатке схватила Эцио за горло и крепко сжала. Шах-Кулу безумно рассмеялся. Кровь еще сильнее хлынула у него из раны, Эцио глубже вонзил клинок и без жалости провернул. В последнем спазме Шах-Кулу отшвырнул от себя Эцио, ассасин упал на пыльную мостовую. Спина Шах-Кулу изогнулась в агонии, из горла вырвались хрипы, и он упал без движения.
Эцио поднялся, вытер клинок о плащ Шах-Кулу. Диляра уже успела освободить часть своих людей. Эцио увидел, как она перекатилась в сторону, уходя от удара последнего оставшегося в живых византийца, свалила противника с ног и резким движением перерезала ему горло. Словно кошка, отскочив в сторону, она повернулась к спасенным повстанцам.
Эцио пнул тело Шах-Кулу, чтобы убедиться, что на этот раз он действительно мертв. Диляра помогала своим людям подняться.
– Спасибо, Диляра, – сказал Янос, когда Диляра перерезала веревку, на которой его повесили.
– Ты сможешь идти?
– Думаю, что да.
Эцио подошел к ним.
– Это твои люди привезли Мануилу оружие?
Девушка кивнула.
– Тогда его нужно уничтожить.
Она снова кивнула.
– Большая часть сломана. Но порох настоящий, тут мы не могли обмануть.
– Хорошо, – отозвался Эцио и посмотрел на собравшихся вокруг турков. – Спрячьтесь, пока не услышите взрывы, а потом бегите!
– Взрывы? – переспросила Диляра. – Тогда здесь будет сущий ад. Весь город охватит паника.
– На это я и рассчитываю, – согласился Эцио. – Взрывы уничтожат все оружие, что есть у Мануила, а поднявшаяся паника сыграет нам на руку.
Диляра признала его правоту.
– Хорошо. Я отведу своих людей в безопасное место. А куда пойдешь ты?
– Когда взрывы стихнут, я отправлюсь за Мануилом Палеологом.
ГЛАВА 62
В подземном городе были огромные хранилища – рукотворные пещеры, где армия Мануила хранила порох и оружие. Поэтому над городом протянулась система блоков, шкивов и веревок, используемая для транспортировки пороховых бочек из одного места в другое. Эцио увидел ее с галереи на пятом уровне. Группа простых византийцев под присмотром солдат Мануила как раз собиралась поднять бочку наверх. Это был превосходный шанс, и Эцио поблагодарил Бога за то, что солдаты были расслаблены. Очевидно, они были уверены в своей безопасности. Эцио же скрылся с площади раньше, чем кто-то нашел тела Шах-Кулу и его людей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
