Но он явно был недостаточно осторожен.
Что ж, все дороги где-то заканчиваются.
Капитан поднял руку, пальцы мушкетеров легли на курки.
ГЛАВА 65
Мушкетеры выстрелили. Эцио плашмя бросился на причал.
Стрелы обрушились на византийцев словно дождь. В считанные секунды все солдаты принца Ахмета лежали мертвыми.
Одна из пуль опалила капюшон Эцио, но в целом он не пострадал. Ассасин поблагодарил Бога за то, что с возрастом не утратил реакции. Поднявшись, он увидел на другом конце причала Диляру. По лестнице за ее спиной спускались ее люди. Они подошли к византийцам, добивая раненых и убеждаясь, что все мертвы.
– Тебя ни на минуту нельзя оставить одного, – улыбнулась Диляра.
– Похоже на то, – не стал спорить Эцио. – Спасибо.
– Нашел то, за чем пришел?
– Да.
– Тогда нам лучше вывести тебя отсюда. Ты наделал много шума.
– Верно.
Девушка покачала головой.
– У них уйдут годы на то, чтоб все восстановить. Если получится. Но византийцев осталось еще предостаточно, чтобы они убили тебя, если найдут. Пошли!
Она пошла к лестнице.
– Подожди! Не лучше будет взять лодку?
– Ты сошел с ума? Они будут ждать тебя на поверхности. Это узкое ущелье. Тебя бы убили мгновенно, а я не хочу, чтобы мои усилия пошли прахом.
Эцио послушно пошел следом за ней.
Они поднялись на несколько уровней вверх и извилистыми улицами пошли на юг. Хотя дым несколько рассеялся, люди были слишком заняты тушением пожаров, чтобы обращать внимание на Эцио и Диляру. Девушка шла быстро, и довольно скоро они добрались до врат, похожих на западные. Диляра достала ключ и открыла деревянные двери.
– Я впечатлен, – покачал головой Эцио.
– Должен быть. Скажи нашим в Konstantiniyye, что они могут расслабиться, их люди здесь хорошо справляются со своей работой.
Эцио прищурился от яркого солнечного света, хлынувшего через открытые двери. Ему показалось, что после полумрака подземелий он ослеп. Но потом он разглядел извилистую дорогу, уводившую на юг, к неприветливой деревушке Надарим.
– Твой конь уже оседлан. Его накормили и напоили. Еда и вода в седельных сумках. Можешь без опаски забирать коня из конюшен. Деревню освободили, и жители уже начали белить здания – видит Аллах, это просто необходимо для того, чтоб их подбодрить. Теперь деревня свободна от захватчиков, – сообщила Диляра, триумфально улыбаясь. – А теперь проваливай отсюда. Скоро Ахмет узнает о случившемся. Конечно, сам он не посмеет вернуться, но можешь быть уверен, он пошлет кого-нибудь за тобой.
– У него еще остались люди?
Диляра едва заметно, но все же улыбнулась.
– Иди же, иди. Ты должен добраться до Нигде через неделю. Вернешься в Мерсину к полнолунию, если тебя не прибьют по дороге.
– Точно по плану.
– Поздравляю.
– А ты?
– Работа здесь еще не закончена. В любом случае, до приказа из Konstantiniyye мы не уйдем. Передай привет Тарику.
Эцио молча посмотрел на нее и кивнул:
– Я скажу всем в Блистательной Порте, скольким они тебе обязаны.
– Обязательно скажи. Ну, я пошла к своим людям. Между прочим, твой маленький фейерверк разрушил наше убежище.
Эцио хотел сказать еще кое-что, но девушка уже ушла.
ГЛАВА 66
Обратный путь до побережья Эцио проделал быстро и без осложнений.
– Ты рано, – сказал Пири Рейс, когда Эцио взбежал по трапу доу.
– И это хорошо. Мы как можно скорее должны вернуться в Konstantiniyye.
– Ты достал пятый ключ?
Эцио улыбнулся и похлопал по сумке.
– Хорошо, – с улыбкой отозвался Пири. – А что Мануил?
– Он нас больше не побеспокоит.
– Еще лучше. С такой скоростью люди будут считать тебя кем-то вроде рыцаря.
– Битва еще не закончена. Нам нужно спешить.
– Нам нужно дождаться попутного ветра и запастись провизией. Займемся этим, пока будем ждать, когда вернется команда, – Пири обернулся и подозвал к себе шкипера. – Мы не ожидали, что ты так быстро вернешься из Деринкую.
– Мне повезло, что у меня там были необычайно хорошие помощники.
– Я слышал о главе агентов, присланных сюда из Блистательной Порты. Ее репутация бежит впереди нее, – согласился Пири.
– Тогда мне стоит поблагодарить Османского султана.
– Баязид создал в Блистательной Порте идеальный аппарат управления. И, к счастью, он продолжает работать даже во время склок в семье султана.
– Кстати о них, думаю, нам следует следить за Ахметом, – тихо прошептал Эцио. – Я выяснил, что у него в друзьях очень… неприятные люди.
– Ассасинам не следует вмешиваться в дела Османской империи.
– Благодаря друзьям Ахмета, эти дела стали и нашими.
Пири приподнял бровь, но больше не сказал ни слова.
– Твоя каюта готова, – сообщил он. – Думаю, ты не откажешься отдохнуть, пока мы не отправились в путь.
* * *
Оставшись в одиночестве, Эцио снял с себя экипировку, почистил и наточил оружие. Потом запер дверь каюты, достал пятый ключ и, положив его на складной стол, сел. Ему было любопытно, явятся ли ему на этот раз видения. Он хотел узнать, что еще Альтаир передал через века, тем более он не был уверен, получили ли мистическое откровение тамплиеры, отыскавшие ключ первыми. Какие знания он мог им открыть? Или же ключ обладал способностью самостоятельно решать, когда открывать тайны, а когда хранить молчание?
Не мог перестать думать Эцио и о Софии. Он с нетерпением ждал возвращения в Константинополь, чтобы защитить Софию и убедиться в том, что остальные ключи в безопасности. Но здесь и сейчас он посоветовал себе запастись терпением, потому что корабль (и сам Эцио) полностью зависели от милости ветра и моря.
Ключ выглядел так же, как остальные. Он совпадал и по диаметру, и по пропорциям, и так же был украшен странными, непонятными символами и аккуратными загадочными выемками. Взяв себя в руки, Эцио коснулся ключа, который оправдал его ожидания. Эцио показалось, что каюта погрузилась в непроглядный мрак, и единственным источником света в нем служил обсидиановый диск, сияние которого становилось все ярче и ярче…
ГЛАВА 67
Будучи простым наблюдателем, Эцио не участвовал в происходящем, поэтому неведомым образом ощутил, что с момента предыдущего видения прошло десять лет. Постепенно он полностью растворился в разворачивающихся перед ним событиях.
На залитом солнцем дворе крепости Масиафа стояли под раскидистым коричным деревом люди.
Альтаир был так закутан в одежды, что были видны только худое лицо и длинные бледные руки. Кожа у него была тонкой, словно лист бумаги. Рядом с ним стояли два коренастых венецианца около тридцати лет. У старшего из них на рукаве был вышит герб – синий щит, внутри которого на желтом фоне размещался кувшин. Над кувшином в ряд были вышиты три пятиконечные звезды. Венчал щит на гербе серебряный шлем. Позади венецианцев собрались ассасины, готовящиеся к битве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
