Ослябю как раз взобрался наглый крысолюд и колол его в шею ржавым клинком. Паломник вертелся, но сбросить врага не получалось, приходилось отбиваться от других. Каждый нанесенный удар по союзникам ослаблял мага. Эразм чувствовал, как его плечи тяжелели, а мускулы начинало трясти от напряжения, на лбу выступили мясистые, тягучие капли соленого пота. Из последних сил Брюзгливый концентрировался и поддерживал заклинание, но в любую секунду мог сорваться.
Незаметный для всех маневр под сводами потолка окончился внезапной атакой. Джубал прыгнул вниз. В полете скорпион выхватил два кинжала и обрушил их на большого крыса, что не участвовал в сражении. Эта особь руководила соплеменниками, извергая неприятные для человеческого слуха рыки и писк. Вождь альферанов махал перед собой длинным рыцарским мечом, который еще не успела пожрать ржавчина. Лезвия бесшумного убийцы беспощадно пронзили череп, войдя в него по самую рукоять.
Писк тут же смолк. Крысы остановились и испуганными глазками впились в бездыханное тело командира. Оно рухнуло, будто мешок. Альфераны бросились в рассыпную. Они, избавившись от оружия, скакали на четырех конечностях, чтобы поскорее удрать в нору. Скорпиону пришлось и самому спасаться. Он едва успел вновь забраться на стену. Беснующий поток крыс хлынул мимо, и через минуту в помещении воцарилась тишина.
Пока приключенцы приходили в себя, Ослябя не медлил. Он сразу заприметил в углу растерзанное тело. Обезображенная голова, на которой еще сохранялись остатки тканевого капюшона, была неестественно завернута набок. Паломник перекрестил убитого и принялся шарить в изорванных лохмотьях.
Шалилун рассматривал стальной щит, примеряя его на руку. Джубал и Эфит спешили проколоть головешки мертвым, чтобы те не восстали в виде нежити. Эразм тяжело дышал, прислонившись к стене, а Варвар с опаской осматривал вырытый альферанами широкий лаз, ведущий в нору. Никто и не заметил, как Ослябя вытащил кожаный тубус и спрятал его под кольчугу.
– Видимо снаряжение бедняги приглянулось вождю крысолюдов, – скорпион бесцеремонно пронзил лоб мертвого саблей.
– Да… – ответил паломник и еще раз перекрестил тело.
– Сейчас он скажет, что несчастного необходимо похоронить, – бросил Эфит, работая скимитаром.
– Похороны подождут, – Брюзгливый, наконец, поднялся и вновь принял важный и уверенный вид. – Лить сопли по неизвестному в канализации, будь он хоть рыцарем, хоть бароном, самоубийство, пока рядом открытая нора альферанов. Эти твари могут вернуться.
– Погоди-ка, – Джубал нахмурился, – так ты что, ради этого жмура в подземелье сунулся? Он кто вообще? – скорпион наклонился и заметил цепочку, на которой запеклась кровь.
Ослябя закусил губу. Пытаясь укрыть послание, он совсем позабыл о религиозном символе, который обязательно носил каждый член ордена Рыцарей Меча. Мысленно он проклинал себя и попытался сорвать найденное с шеи рыцаря, но Джубал был быстрее.
– Откуда ты знаешь, что это рыцарь? – Варвар отошел от лаза и встал посреди помещения, широко расставив ноги. – Неужели снова колдовство?
– Ага, – у волшебника не осталось сил на злые насмешки, – вон твой дружок с щитом играется, а в паре метрах меч, что обычно рыцари используют.
– Только вот благородный сир, которого погрызли крысолюды, еще и в ордене, – Джубал поднял перед собой медальон в виде серебряного меча с солнечным кругом.
– Шпионы Рыцарей Меча в Муфтараке, – подхватил Эфит, – это интересно… Возможно где-то тут есть выход из города.
– Или их логово, – предположил железнобокий.
– Сомневаюсь, что тогда альфераны сожрали бы только одного.
– Займитесь норой, Асмодей вас подери! – Брюзгливый прервал ветерана. – Мертвые умеют ждать, а вот крысолюды вряд ли.
Волшебник заметил, как Ослябя покрылся потом и судорожно переминался с ноги на ногу. Слова не требовались, Эразм давно все понял. Пока остальные спорили о том, что делать с лазом, Брюзгливый тихонько поддержал ученика.
– В следующий раз сначала расскажи все мне, – старческая рука потрепала парня по плечу. – Твое обучение в зачатке, а потому помощь не помешает. А по поводу вскрывшихся подробностей не переживай. До этого они знать ничего не знали, и что особенно изменилось?
– Дурак я, дедушка, – парень вздохнул, – едва сам не сгинул, да еще и вас под смерть подвел, а все равно секрет аббата не сохранил.
– Аббат? Тот самый, который не сообщил Великому Магистру о Нахиоре?
– Да. Про него в письмеце писали, что я в пещере Видли нашел. Ну огра этого…
– Помню я, помню. Потом поговорим, а пока веди себя как обычно.
– Ну и чего делать-то с норой? – Джубал окрикнул мага.
– Завалить ее, да и дело с концом, – Варвар бросил внутрь проржавевший осколок трубы.
– Мы так ее неделю мусором закидывать будем. Они уже новую рядышком выкопать успеют.
– Используем огонь, – Эфит указал на обломки труб, что усеивали пол вместе с трупами крысолюдов.
За полчаса проход удалось плотно завалить железом. В ход пошло старое оружие и даже щит, который облюбовал Шалилун. Орк отдал его с огромным сожалением. Ветеран и волшебник объединили силы. Пламя ударило в завал. Температура раскаляла металл, который медленно начинал плавиться. В помещении, достаточно просторном, становилось невыносимо жарко, но через несколько минут освещенная комната вновь покрылась тьмой.
– Если в следующий раз вы сунетесь в авантюру без факела, то я зажгу ваши пустые головешки, – выругался Брюзгливый и принялся колдовать свет.
– Надеюсь, что этот заслон выдержит… – Эфит тяжело дышал. Из-под его одежды валил дым. Ветеран корчился от боли и пытался не подавать виду, но тело предательски дрожало.
– Они могут новую нору сделать, это временная мера.
– И что же тогда?..
– Эти твари обитают глубоко под землей. В бесконечной череде тоннелей и пещер. Дварфы называют эти места Гиблыми тропами. Они несколько десятилетий ведут войны с альферанами, которых, к слову, зовут крысоморфами. И часто вполне успешно. Не только племена альферанов враждебны между собой, даже особи одного племени готовы грызть друг другу глотки ради добычи и власти, но при этом твари очень трусливы, – Эразм указал посохом на Джубала, внимательно слушающего рассказ. – Наш ловкач правильно смекнул. Стоит убить вождя, и отряды крысолюдов либо разбегаются, либо тут же рвут друг друга в клочья.
Сейчас, когда вход запечатан, можно не опасаться нового скоординированного вторжения. Если альфераны и не перебьют друг друга, пройдет не мало времени, прежде чем выделится самый сильный самец и сможет их организовать.
– Все это прекрасно,
