Крисп стряхнул ее.
– Вы не потеряете меня ни за что ни про что, – сказал он, разозлясь на Яковизия не меньше, чем на высокомерного кубрата. – И я тоже знаю, чего стою. А если сомневаетесь, вспомните, как я уделал Барса с Мелетием полтора года назад. Меня в деревне учил борьбе ветеран имперской армии.
Яковизий снова глянул на Бешева.
– Этот варвар больше Барса с Мелетием, вместе взятых, – сказал он с сомнением. – Ты уверен, что сможешь победить его?
– Не уверен, конечно, но рискнуть можно. Чего вы хотите: чтобы эту пирушку запомнили как ваш триумф или как победу варвара, который расхвастался почем зря и не получил отпора?
– Хм-м… – Яковизий, задумавшись, покрутил навощенные кончики усов. Потом внезапно решился и вскочил на ноги. – Ладно, я дам тебе шанс. Пошли поговорим с Петронием.
Они подошли к Севастократору сзади, и тот резко повернулся в кресле.
– В чем дело? – прорычал он; Глеб с Бешевом изрядно подпортили ему настроение.
– У меня тут есть человек, который, если позволите, господин, вызовет на бой этого «славного»… – последнее слово Яковизий произнес с нескрываемым презрением, – кубрата. Ибо его похвальба унижает видессиан; и унижение будет еще сильнее, если он вернется в Кубрат небитым.
– Верно. Кубраты о себе слишком высокого мнения, – сказал Петроний. Он окинул Криспа наметанным глазом воина. – Возможно, возможно, – пробормотал он себе под нос и медленно встал.
Подождал, пока станет тихо, потом поднял кубок над головой. – Я пью за отвагу храброго Криспа, который проучит Бешева за наглость!
Тишина продлилась еще минуту, и вдруг Зал девятнадцати лож взорвался криками:
– Крисп! Крисп! Ура Криспу! Убей варвара! Раздави его! Сделай из него отбивную!
Звук собственного имени, вырвавшийся из тысячи глоток, пробежал по венам Криспа подобно вину. Он чувствовал, что способен побить дюжину кубратов, не то что одного. И с вызовом посмотрел на Бешева.
Взгляд, на который он наткнулся, был таким пустым и холодным, что воодушевление Криспа тут же остыло. Для кубрата он был очередным телом, которое предстояло сломать. Не говоря ни слова, кубрат встал и начал раздеваться.
Крисп стянул рубаху через голову и бросил ее в сторону. Снял тонкую нательную рубашку и остался в льняных подштанниках и сандалиях. Какая-то женщина тихо вздохнула. Улыбнувшись, Крисп расстегнул сандалии.
Но, взглянув на Бешева, улыбаться перестал. Кубрат был ниже ростом, но больше весом. И в нем не было ни жиринки; эти громадные, твердые мускулы казались высеченными из камня.
Пока Крисп с Бешевом раздевались, Петроний выкрикивал команды.
Слуги суетливо отодвигали столы, освобождая площадку посередине Зала девятнадцати лож. Двое борцов направились к ней. Крисп наблюдал за походкой Бешева. Она по-прежнему выглядела медлительной. «Дай-то Фос! – подумал Крисп. – Не то он враз свернет мне шею, как бедняге Стилиану».
Крисп размялся, отгоняя непрошенную мысль. Страх может лишить его победы с таким же успехом, как сила противника. Сделав несколько глубоких вдохов, Крисп сосредоточился на ощущении холодного скользкого мрамора под ступнями.
Скользкого… Он повернулся к Петронию:
– Ваше высочество, можно присыпать здесь пол песком? Не хочу, чтобы исход боя зависел от того, кто из нас случайно поскользнется. – «Особенно если это буду я», – подумал он.
Севастократор вопросительно глянул на Бешева. Тот кивнул. По команде Петрония четверо слуг поспешили из зала. Оба борца отступили в сторонку и подождали, пока слуги не вернулись с двумя большими кадками. Песок высыпали на пол и разровняли щетками.
Когда они закончили, Крисп с Бешевом заняли свои места на противоположных краях площадки. Бешев, глядя на противника, сжимал и разжимал кулачищи. Крисп скрестил руки на груди и тоже уставился на кубрата, стараясь изобразить крайнее презрение.
– Готовы? – громко спросил Петроний. И махнул рукой:
– Начали!
Борцы начали сближаться, низко пригнувшись и выставив руки перед собой. Крисп попытался ударить Бешева по ноге. Кубрат отбил удар. Это первое прикосновение убедило Криспа, что Бешев и вправду так силен, как кажется.
Они кружили, бросая быстрые взгляды то на ноги, то на руки противника, то друг другу в глаза. Бешев бросился вперед. Борец он был искусный, а потому ни малейшим движением не выдал своего намерения заранее. И тем не менее Крисп увернулся от его рук и сам зашел ему за спину. Схватил Бешева за пояс и попробовал повалить.
Бешев, однако, был слишком приземист и тяжел, чтобы свалиться так просто. Он схватил Криспа за руки и рывком упал на спину.
Крисп крутанулся, и Бешев, вместо того чтобы рухнуть на противника сверху, шлепнулся рядом. Они сцепились, потом оторвались друг от друга, встали и сцепились снова.
У Бешева была сверхъестественная способность выворачиваться из захватов. Каждый раз, когда Крисп надеялся, что вот-вот собьет его с ног, кубрат умудрялся освободиться. Казалось, кожа его смазана маслом, хотя на ощупь скользкой она не была. Крисп потряс головой, сбитый с толку и разочарованный. Бешев, похоже, владел такими приемами, о которых старый Идалк и не слыхивал.
К счастью, могучий кубрат тоже нашел в Криспе нелегкого противника. Они стояли, тяжело дыша и сверля друг друга взглядами после очередной попытки, когда Бешев каким-то образом вывернулся из захвата, даром что Крисп сжал его запястье по всем правилам, а потом, через мгновение, чуть было не вышиб Криспу глаз.
Во время этой краткой передышки до Криспа наконец дошло, какой шум стоит в зале. Борьба поглощала все его внимание, и он просто ничего не замечал. Теперь он услышал, как Яковизий призывает его изувечить Бешева; услышал подбадривающие выкрики Петрония; услышал множество незнакомых голосов, болевших за него. Эти крики помогли ему собраться с духом и снова наполнили волей к победе.
Бешева никто не подбадривал. Глеб с остальными кубратами стоял на краю площадки и наблюдал за своим борцом, но наблюдал молча.
Лицо у Глеба было предельно сосредоточенным; ладони, которые он выставил перед грудью, двигались и тряслись, точно живя самостоятельной жизнью.
Где-то, давно, Крисп уже видел такие дергающиеся ладони. Но углубляться в воспоминания было некогда: Бешев обрушился на него подобно лавине. Он не нуждался в ободряющих криках болельщиков.
Крисп упал на бок; Бешев, тоже свалившись, схватил его за лодыжку и потянул к себе.
Он и правда был медлителен, но хватка у него была железной.
Крисп саданул ему под ребра свободной ногой. Бешев крякнул, однако лодыжку не отпустил. А когда Крисп попытался схватить кубрата за руку, ладони опять соскользнули.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
