проснулся.
— Ч-чего… что за…?
— Ты нарушил правила заведения, — с улыбкой поясняю. — А владелица этого заведения терпеть такого не может.
В этот момент из дверей с грохотом выбегает Гереса, её лицо искажено гневом, а кулаки сжаты так, что суставы побелели.
— А теперь, дружок, — говорит она с ледяной, почти хищной улыбкой, — мы с тобой побеседуем.
Мужчина отшатывается, но не успевает даже сказать слова, прежде чем её кулак с глухим стуком врезается ему в челюсть. Его голова откидывается назад, ноги теряют опору, и он тяжело падает на мостовую, корчась от боли. Камила, наблюдающая из дверного проёма, оживлённо подбадривает:
— Так его, Гереса!
Я качаю головой, отойдя в сторону. Теперь девушки справляются сами.
Вскоре вернувшись внутрь, мы устраиваемся на мягких пуфиках в уютном уголке зала. Стол перед нами уставлен чайником из тонкого фарфора, из которого лениво струится ароматный пар. Гереса, присев напротив, не спеша поправляет волосы, ещё слегка взъерошенные после драки, и улыбается с видом довольного хищника, чья охота увенчалась успехом.
— Всё под контролем, милорд, — сообщает она с лёгкой ухмылкой, махнув рукой в сторону улицы. — Полицию девочки уже вызвали, и скоро этого выродка соскребут с мостовой. Если, конечно, что от него останется после «знакомства» со мной.
Камила одобрительно фыркает, её щеки всё ещё чуть розовеют от пережитого волнения.
К нашему столу осторожно подходит та самая девушка, на которую грубиян наседал всего несколько минут назад. Худенькая, с тёмными локонами, собранными в высокую прическу, она всё ещё выглядит потрёпанной, но на лице блуждает робкая благодарная улыбка
— Спасибо вам, господин… и вам, госпожа Гереса, — произносит она, опускаясь на пуфик рядом с нами. Её голос дрожит, но уже не от страха, а от искреннего восторга. — Я… готова сделать всё, что пожелаете, чтобы отблагодарить вас.
Хм. Всё? Это она про что?
Оу, понятно. Девушка обворожительно прикусывая губу и бросает на нас с Камилой томный взгляд. Брюнетка опускает глаза, стараясь не смотреть на девушку.
— А можно еще конфет? — сразу же пользуюсь предложением, кивнув на опустевшую вазу.
— А⁈ А, да, конечно! — мигом девушка уносится на кухню и тут же приносит аж две вазы. — У нас еще мармеладки есть, вот!
— Мармеладки очень кстати, — потираю я руки. О, они в форме «мишек». Обожаю.
— Как вас зовут? — Камила с пылким интересом смотрит на девушку в ее эротическом платьишке.
— Тюльпан, госпожа, — отвечает та, мгновенно меняя тон и виляя хвостиком, как любопытный котёнок.
— Тюльпан…а расскажи немного о себе? — Камила, глянув на меня, краснеет еще сильнее, но я продолжаю равнодушно уминать мармеладки с чаем. — И о своей работе…если можно.
— Конечно, госпожа! — Тюльпан закидывает ногу на ногу, устраиваясь поудбонее.
Мы продолжаем беседовать за чаем, обсуждая всякие мелочи, пока Тюльпан охотно рассказывает разные пикантные истории из своего опыта в заведении. Пикантные, но не пошлые. Она явно старается держать рамки приличия из-за присутствия «знатных особ». Камила слушает, развесив розовые ушки, а я предаюсь мыслям о стратегической проблеме, слушая только половину рассказов. Мои мысли витают далеко.
«Портакл… Портакл… Где же ты можешь быть, зараза такая?»
Мои перепончатые пальцы! У меня столько планов на жизнь! Столько всего хочу успеть изучить, разведать, попробовать на зуб! Но долбаная Обитель Мучения никак не найдется. А это ведь препятствие на моем жизненном пути! Поскорее бы разобраться с этими монахами и спасти родственников Лакомки, а для этого… для этого нужно отыскать этого трусливого портальщика.
Он ведь тоже Организатор. И, возможно, другой Организатор сможет помочь. Но кто? Лиан не в курсе. Диабло я убил. Ратвера пленил…Ратвер сможет помочь? Да, стоит попробовать.
Откидываюсь на спинку дивана, лениво потягиваясь, и отпиваю из фарфоровой чашечки. Камила болтает с Тюльпан, стала более раскованной, смеётся. В какой-то момент замечаю, как брюнетка осторожно касается мочки уха, её взгляд мечтательно скользит по комнате. А вот что у тебя на уме, а, моя маленькая интриганка?
— Кам, — зову я её, и она оборачивается ко мне, удивлённо моргая. — Нам пора.
Её лицо тут же разочаровано вытягивается, но я только улыбаюсь, наклоняясь к её уху:
— Помнишь, я еще хотел проверить ювелирный магазин на Мещанской?
Камила просияла, кивая так, что черные локоны задрожали.
— Ах, да! Конечно! — она тут же хлопает себя по коленкам, оглядываясь на Тюльпан и Гересу. — Спасибо вам за компанию, было приятно познакомиться!
Девушки смеются, провожая нас до выхода, а я ещё раз оглядываю зал, прежде чем покинуть его. Да, Гереса справляется. Её «Райский угол» стал настоящим оплотом порядка и дисциплины среди хаоса городских удовольствий.
Что ж, город преображается в лучшую сторону, а мне пора заняться делом.
* * *
Через час мы возвращаемся в Невский замок. Камила сразу убегает к другим женам хвастаться бриллиантовыми сережками, а также передать подарки для остальных. В конце концов, скидка в девяносто процентов — это не шутки. Магазин, к слову, тоже выглядит теперь куда презентабельнее, чем в прошлом.
Оставив Камилу хвастаться перед сёстрами, я уверенно направляюсь к порталу. Пустыня Боевого материка зовёт.
Активирую стелу — и вот уже окружающий меня мир искажён вспышками магии, пространство скручивается в плотный узел, который затем разворачивается, выбрасывая меня прямо в пустыню. Я оказываюсь посреди моря песков, простирающихся до самого горизонта.
Поднимаю взгляд и замечаю одинокую фигуру, сидящую в позе лотоса на вершине высокой дюны. Это Ратвер, конечно. Больше тут никого нет. Его массивное тело покрыто ядовитыми ссадинами. И всё же он, похоже, поймал свой собственный дзен.
Поднимаюсь на дюну. Благодаря Жорке, вижу, что Ратвер аккумулирует силы. Ах, ты морда хитрожопая! Симулируешь гляделки с Буддой, говнюк, а сам готовишься напасть? Ну и засранец, же!
Оборотень словно пружина, которая вот-вот разожмётся. Ещё чуть-чуть — и он бросится вперёд, не раздумывая.
— Ратвер! — окликаю я весело, как будто здесь просто погреться на солнышке пришёл.
Вместо ответа он вздрагивает, и в следующее мгновение его тело взрывается движением. Прыжок — молниеносный, мощный, как у разъярённого тигра, и он превращается в полузверя прямо в воздухе. Лицо покрывается черной шерстью, руки становятся лапами с когтями, глаза горят дикой ненавистью, а клыки обнажаются в зверином оскале. Классика.
Но я готов. Магический импульс, и из песка поднимается тяжёлый валун, обвитый искрами электричества. Он с глухим свистом врезается Ратверу
