Есть мне не хотелось вовсе, просто надо было что-то делать. Я хотела маму прокатить на новой машине, но не доверяла теперь Косте настолько, что боялась снимать машину с сигнализации. Смелости отнять у меня ключи у него бы не хватило, а в машину мог запрыгнуть и хрен бы я его выгнала потом.
— Помирились бы уже, чего вы собачитесь? Родные же, — сетовала мама, суетясь на кухне, накрывая на стол.
— Ну уж нет, — фыркнула я, — Он меня как корову на рынке Исаеву почитай продал, а я с ним мирись? Скорей уж рак на горе свистнет, чем такое случится.
— Доченька, но ведь тебе же с мужем хорошо? Может не всё так ужасно? — с надеждой спросила мама.
— Он хороший, я не жалею, что замуж за него вышла, но никто из нас не знал об этом. Все думали, что Исаев бандит! Только это не так, он трудится и с умом, а отец с братьями хотели на его горбу в хорошую жизнь въехать! И знаешь, этому не бывать, муж сам мне сказал, что братьям моим не доверяет, даже не пускал сюда пока его в посёлке не было. Не станет он им ни местечки под солнцем искать, ни помогать. Сами пусть крутятся, всё что они выгадали это те украденые у меня деньги и моя комната теперь свободна. Большего не получат, а тебе мы всегда рады мама. Кстати, Анна Захаровна тебя в гости зовёт и я с мужем, они тебе привет передавали, — уже не стала разделять, думая, что мой муж бы с радостью моей маме передал привет.
— Спасибо, и им приветы передавай, — с улыбкой ответила мама, но тут же вновь вернулась к прежней теме о примирении.
Всё то время что провела у мамы, только и слушала её нотации о том, что кроме братьев у меня родней никого не будет и стоит помириться. Только внутри меня всё против шло. Да мне мой муж стал родней и ближе Кости с Борькой, про отца я думать боялась.
Вернувшись домой из головы всё не выходили резкие слова брата, о том, что мне такая машина ни к чему. Сидеть дома и детей рожать, вот мой удел и всё пока так и выходило. И месяца после свадьбы не прошло, а уже беременная и всё, что остаётся, это ждать рождения ребёнка, тогда будет хоть чем-то заняться.
Мои мысли плохо влияли на моё настроение. К концу дня я загрустила и поникла, рисуя в уме красочные картинки моего не радужного будущего в роли матери и домохозяйки. Всё это не осталось незамеченным для моего мужа.
— Давай прокатимся, погода хорошая, — сказал Анатолий, после ужина.
Согласилась и мы приехали к реке. На улице было уже не светло, но и не темень, луна светила ярко и можно было разглядеть тени деревьев вдалеке, да и фары машины светили неподалёку. Муж развёл костёр на берегу, я постелила то самое покрывало, на котором происходило наше первое ужасное свидание.
— Не девай его никуда, — попросила Исаева, — Будет нашим покрывалом для пикников, — придумала себе ещё одну традицию.
— Я и не собирался, — улыбнулся муж, явно вспоминая тот жуткий денёк.
Теперь всё было смешным, а тогда плакать хотелось и это было чудно́. Уселись перед костром, чуть позже я вовсе легла к мужу головой на ноги. Хотелось просто молчать в тишине, слушать треск костра и любоваться красотой огня. Молча.
— Ну рассказывай, милая. Чего нос повесила? — попросил муж после недолгого молчания.
— Ничего, просто скучно, — не хотела рассказывать про брата, признавать, что его слова задели.
— Да не ври мне, я же вижу всё. В гостях у родителей побывала и ходишь весь вечер потухшая. Рассказывай, — потребовал, но мягко и я всё ему рассказала.
Про Костю и его слова, про мамино желание чтобы мы помирились и все свои переживания. И это было сложно поначалу, но потом стало так легко. Рассказывать мужу всё, ничего не скрывая, словно мне только что ампутировали эту дурную привычку.
— И чего ты хочешь, Ника? — строго спросил муж, после всего того, что я на него вывалила, пялясь на звёзды.
— Эм... А ты о чём? — не поняла мужа, потеряла нить разговора.
— Об учёбе. На кого учиться хочешь? — Анатолий погладил меня по голове и посмотрел устало, словно ему надоела вся эта эпопея с моим желанием учиться, и он готов сдаться.
— Не знаю, я хотела на финансы и кредит идти, но можно ещё подумать. Какие специалисты тебе нужны? Я могла бы у тебя после учёбы работать, — тараторила, пока муж не остановил мой поток желаний, положив свой палец на мои губы.
— Мне нужна жена и мать моих детей, — сказал Исаев твёрдо, дав понять, что про учёбу можно не думать.
— Ясно...— буркнула я, садясь и вырывая пучок пожухшей травы.
Бросая его в костёр, превращающий всё в пепел.
— Что тебе ясно? Ясно ей... Мне пять лет было, а я уже чётко знал, чем хочу заниматься, а тебе уже девятнадцать скоро, и ты что-то мямлишь про финансы без интереса в глазах. Это не твоё, милая.
— А что моё? Дома сидеть и детей рожать одного за другим? — спросила тихо и без нервов, потому что малыша что рос во мне я уже хотела и не отказалась бы от него.
— Кто сказал, что надо одного за другим? Я такое говорил? — усмехнулся Исаев.
— Нет не говорил, — признала это, ведь действительно не говорил ничего подобного.
— Ну и вот, нечего сочинять. Чем тебя роль матери и домохозяйки не устраивает? Это тоже труд, и труд нелёгкий. Хлеб вырастить тяжело, скотину, птицу, а детей ещё тяжелей. Чтобы людьми были, а не зверьём. На погодные условия потом не попеняешь.
Глава 18
Три месяца спустя...
Декабрь был пасмурным и снежным. Ещё в начале месяца небо над посёлком заволокло серыми тучами и солнышко не могло прорваться сквозь них до сегодняшнего дня. Утром выехали с мужем в город
