назад, когда ты без устали тренировался, читал трактаты самых уважаемых кланов и сект и при этом горстями поглощал редчайшие пилюли. Одним словом — готовился к самому важному в своей жизни испытанию, а потом взял и на финишной прямой повернул назад. Это ведь то же самое, как если бы я пришёл в хорошем настроении в зал, как следует разогрелся, размялся, впорол мощного предтреника, а после лёг под штангу и не стал бы её жать.
Бррр ну и жуть! От одной только мысли об этом меня бросает в дрожь!
— За эти долгие пять сотен лет ты единственный, кому удалось разгадать нашу с братом загадку и пройти главное испытание. Юный воин Мудан ты достоин!
— Пи? — дёргает меня за штанину удивлённый крыс.
— Да я сам в шоке…
А тем временем Большая белая обезьяна зарывается правой рукой в область покрытого шерстью паха. Чего-то там шерудит несколько секунд. А после с гордым видом достаёт изящный меч в небесно-голубых ножнах.
— Возьми этот меч, — протягивает он мне находку. — Имя ему Рассекатель небес. Когда-то давно он принадлежал моему молочному брату. Великому воину и сказителю. Основателю секты Мудан величайшему из мастеров Заоблачному Ху Ли.
Ну и имечко — прямо под стать мечу.
— Этот меч особенный. В руках чистого духом и сердцем человека он может стать легче воздуха и вознести своего хозяина в небеса. Мой молочный брат рассекал на нём облака и смотрел на этот мир с высоты птичьего полёта — настолько лёгок был меч под его ногами. Но будь осторожен этот меч очень чуток и стоит ему «услышать» хотя бы одно бранное слово из уст хозяина, как он тут же становится тяжелее камня. И только доблестные свершения и подвиги могут вернуть ему былую лёгкость.
Краем глаза ловлю на себе восхищённый взгляд Ян Гэ. Его полные восторга глаза без устали бегают между мной и мечом. Ещё немного и такими темпами он точно заработает себе косоглазие.
И чего он такой впечатлительный? Это же обычный меч, а не машина Смита — было бы чему удивляться.
— Возьми же этот меч, отныне он твой.
Да не хочу я ничего брать, особенно после увиденного! Он бы хоть ножны от своих волос почистил, прежде чем мне эту штуковину под нос совать. А то я ведь знаю, где эти волосы раньше росли!
— А отказаться можно?
— НЕЛЬЗЯ!!! — рычит в ответ Большая белая обезьяна и пар из её ноздрей едва не сносит меня с ног.
— Ну нельзя, так нельзя, — покладисто отвечаю я и с хорошо скрытой брезгливостью забираю у него эту гламурную, покрытую седыми волосами, цацку.
Ну вот я и получил свои минус сто к гетеросексуальности. А если учесть ещё и то место, откуда этот меч был извлечён, то и все двести.
И вот что мне теперь с ним делать? Он же и впрямь лёгкий как пёрышко, того и гляди из рук вылетит. Вот унесёт его куда-нибудь ветром, а мне потом отвечай перед всей сектой. Да наставники Чой и Дой меня с говном съедят, если я его потеряю!
Ну нет, так дело не пойдёт. А вдруг я и правда его потеряю…О, придумал! Кажется, этот обезьян что-то там говорил, про бранные слова и особые свойства меча с этим связанные. А что если…
— Так говоришь, прошлого владельца меча звали Ху Ли?
— Да.
— И этот Ху Ли был основателем нашей секты?
— Вас что там в секте, совсем ничему не учат⁈ Как можно не знать имя основателя секты⁈
Я начинаю ощущать тяжесть в своих руках! Меч реагирует! Но этого всё ещё недостаточно, надо поднажать.
— А не тот ли это Ху Ли…
— Постой! — обрывает меня на полуслове Большая белая обезьяна. Он с удивлением смотрит на мои ладони, а точнее, на их содержимое. — Как странно. Почему стоит тебе произнести имя моего молочного брата, как меч в твоих руках меняет свой вес?
— О поверь, тебе лучше не знать…
— Невероятно! Это ведь ни что иное, как знак Небес! Между вами точно есть связь! — восклицает хозяин пещеры, а позже чуть тише и более задумчиво добавляет. — Только почему Рассекатель небес становится тяжелее? Похоже, меч что-то хочет нам «сказать».
Ага, например, то, что хозяин ему попался не очень подходящий. И что с чистотой духа и сердца у него явные проблемы.
Да и вообще со своим грязным языком я скорее провалюсь в преисподнюю, чем вознесусь к небесам.
— Брат Ху Ли! — задирает голову обезьян, словно бы обращаясь к самому небу. — Гордись! Я нашёл верного продолжателя нашего дела! Юношу из Мудан с чистым сердцем и душой! Ему я вверяю твой меч мой дорогой брат! Теперь ты можешь спать спокойно! Отныне и вовек твоё наследие не будет забыто!
Насчёт последнего — сильно в этом сомневаюсь. Зная себя и свою удачу, могу с уверенностью сказать — его наследию пи…
Глава 20
— Брат Ху Ли, я исполнил свой долг, — заканчивает он свою пламенную речь, обращённую к небесам.
Ага, нормально так выполнил. Сам от этого мутного меча избавился, а мне теперь с ним возись.
Ну да ладно, чувствую, недолго он у меня пробудет. Как только вернусь в обитель Мудан, так у меня эту железяка тут же с руками оторвут — сокровище секты как никак. Причём судя по ошарашенному взгляду Ян Гэ, сокровище очень важное.
«Ну точно отберут» — мысленно успокаиваю я себя.
А в это время Большая белая обезьяна как-то разом теряет к нам интерес и с довольной мечтательной улыбкой вглядывается куда-то в даль.
Чего это он? Что за внезапный переход? Он ведь только что такую пафосную телегу задвигал, а тут враз замолчал и ещё рожу такую дебильную состроил, будто случайно в лотерею выиграл. Да и лыбится так странно. Ох и не к добру всё это! Как бы ни задумал чего…
— Всё, можете идти, — как-то буднично произносит Большая белая обезьяна.
А ведь совсем недавно он что-то там пафосно кричал, глядя в небеса, а тут такой поворот.
— Точно? — потерянно переспрашивает Ян Гэ.
Видимо, его тоже поразила столь резкая перемена в поведении хранителя горы Мудан.
— Да-да, выход там, — указывает себе за спину Большая белая обезьяна.
Ну точно
