он и двинулся навстречу.
Не отрываясь, я смотрела, как старик обошёл вокруг, остановился напротив меня и облокотился о железную поверхность стола. Почему-то у меня не возникло никаких эмоций, даже удивления или интереса, как я здесь очутилась и было ли такое вообще возможно. Я не мучилась вопросом, каким образом он умудрился перенести меня в пространстве и как сам здесь оказался. Сейчас я просто была благодарна за кофе, за возможность немного согреться и перебить уже начинавший подкрадываться голод. Я ведь так и не успела поужинать, желая как можно скорее покинуть ставшую ненавистной квартиру.
— Это вы подстроили? — спросила я, нарушив чуть затянувшееся молчание.
Сам он, похоже, не собирался ничего объяснять.
— Мы, — Елизар сдержано улыбнулся.
Я сощурилась, разглядывая его необычное лицо и пытаясь понять смысл такого простого слова.
— Мы — это кто? «Свет»? «Тьма»? Или вы лично?
— Все, — он улыбнулся чуть шире.
Ох, как же мне надоели его улыбочки!
— А что именно было вашим? То есть «Света»? — решила я не останавливаться, пока не добьюсь от него хоть какого-нибудь вразумительного ответа. — Монеты или кондуктор?
— Лариса Ивановна?
— Наверное, Лариса Ивановна, — усмехнулась я. — Она была так вежлива, что не представилась.
— Она, — коротко ответил Елизар, опершись на другой локоть. — Замечательная женщина! Очень добрая и отзывчивая!
— Ага, я заметила!
— Не всё на самом деле такое, каким кажется.
— Понятно… Получается монеты — дело «Тьмы»?
Я уже знала ответ на этот вопрос, но хотела услышать его от Елизара, чтобы лишний раз убедиться.
— Да.
— Угу. Значит, «Свет» хотел меня остановить, чтобы я не добралась до Вани, — подытожила я скупую беседу.
— Да.
Я вздохнула. Сегодня Елизар был немногословен, впрочем, как и всегда. Мне снова приходилось прилагать усилия, чтобы выудить из него хоть каплю информации, но, наверное, я просто задавала не те вопросы. Ведь он вытащил меня из тёмной подворотни не для того, чтобы напоить кофе и по-дружески помолчать.
— Зачем? — не выдержав, взвыла я. — Что плохого могло произойти от нашей встречи с Ваней? Теперь мне и видеться с ним нельзя?! Может, запрёте меня в четырёх стенах и наручниками к батарее пристегнёте для полного контроля? А то я того и гляди сделаю шаг, который вы не планировали!
Елизар даже глазом не моргнул. Без эмоций выслушал мои обвинения и остался таким же невозмутимым. Хотя я истерила перед ним по полной.
— Что ты хотела сделать? — спокойно спросил он, и это немного охладило мой пыл.
— А?
— Что ты хотела сделать? — повторил он.
— Я… — я запнулась и ощутила вдруг появившийся в горле ком. — Я хотела увидеть Ваню и попросить помощи… Хотела переночевать у него, потому что не могла вернуться домой…
Странно, почему я оправдывалась перед ним?
И почему не могла перестать оправдываться?
— Что ещё? — спросил Елизар, ожидая продолжения.
— Я хотела ему рассказать… Всё, — я закрыла глаза, начиная что-то понимать, хотя ещё и очень смутно.
— И как бы Иван отреагировал?
— Наверное, посчитал бы меня абсолютно сумасшедшей…
— Не думаю.
— Ну, или…
— Или?
— Не знаю! Разозлился бы…
И тут до меня дошло!
— Ведь я бросила его из-за вас, — вслух произнесла я фразу, которую раньше не раз произносила мысленно, но которая теперь приобрела совершенно иной смысл.
Я осторожно поставила стаканчик с недопитым кофе и уронила голову на руки.
Дура!
Идиотка!
Эгоистка!
Почему я решила, что это происходило только со мной и с моей семьёй?! Я настолько зациклилась на самобичевании, что перестала замечать происходившее с другими людьми. У Вани был взволнованный и даже испуганный голос — я помнила это как сейчас, хотя мы разговаривали две недели назад. Он хотел посоветоваться, открыться, излить душу. Ему было тяжело не только из-за нашего разрыва, как я себе самовлюблённо надумала. Но я от него отмахнулась. Я боялась, что он увидит меня израненной и некрасивой, но о нём я не подумала! Даже на секунду не предположила, что с ним могло происходить подобное…
— Его тоже… — я запнулась и набрала в грудь побольше воздуха. — К нему… «Тьма» тоже приходила?..
— Да, — подтвердил Елизар мои самые страшные догадки.
— И Ваня тоже отмеченный?.. — продолжила я расспрос, стараясь не разреветься.
— Нет, он не отмеченный, — Елизар слегка покачал головой.
Я уже приготовилась задать следующий вопрос, но он опередил меня, неожиданно продолжив:
— Из-за твоего признания Иван возненавидел бы Свет, поэтому мы не могли допустить, чтобы вы с ним встретились. А Тьма наоборот — вела тебя к нему. Ради вашей встречи Павел Наумович тебе открылся. Ради вашей встречи потерял сегодня дочь, хотя противился этому всем сердцем…
— Вы что же, оправдываете моего отца? — я слегка отстранилась, недоумённо уставившись на Елизара.
— Мы не ненавидим Тьму и тех, кто связал свою жизнь с ней. Они просто проявили слабость, которой подвержены все люди. Тьма проще и понятнее, потому что она потакает человеческим страхам, прихотям и желаниям. А чтобы быть со Светом, нужно гораздо больше усилий: нужно работать над собой, уметь прощать и проявлять милосердие, уметь сдерживаться и чем-то жертвовать…
— Не прикидывайтесь добреньким и невинным! Вы тоже не всегда поступаете честно! — громко воскликнула я, не задумываясь о посторонних.
Всё равно люди вокруг словно оглохли и ослепли.
— Вы тоже хотите заполучить и меня, и Ваню, — продолжила я обвинения, чувствуя, как внутри закипает гнев.
— Да. Свет, как и Тьма, пытается каждого склонить на свою сторону, — не стал он отрицать.
— И вы сделали так, чтобы мы с Ваней расстались! Разве манипулирование чужими жизнями милосердно?
— Нет, — признал старик, даже не моргнув.
У меня зачесались ладони. Захотелось броситься через крошечный стол, вцепиться Елизару в идеальную бородку и вырвать ее вместе со всей его невозмутимой важностью.
— Ты злишься? — спросил он, уловив изменения моих эмоций.
Хотя скорее это было утверждение, поскольку Елизар и так видел, что меня всю трясло от злости. Можно было не отвечать, но я не смогла сдержаться.
— Да, злюсь! — крикнула я, выплёскивая всё своё негодование. — Вы со своими чёртовыми разборками превратили наши жизни в кошмар! «Свет», «Тьма» — да какая разница?! Папа прав, вы ничем друг от друга не отличаетесь! И я ненавижу вас всех!
Я стукнула кулаком по столу, от чего стоявший на нём стакан с кофе подпрыгнул, упал набок и описал несколько полукружий, прежде чем остановился. Коричневая, липкая жидкость быстро растеклась по крышке и закапала на землю, чуть не испортив Елизару потрёпанный костюм и заставив того отстраниться от подбиравшейся к нему лужицы.
— Не стоит так говорить, — укоризненно покачал он головой.
— Пошли вы со своими нотациями! —
