скальпель, взял ранорасширитель и шприц с иглой для получения пункции спинного мозга. – При встрече с ней Всеотец испытал новое, удивительное чувство и назвал его Любовью. Он увидел, что Свет Тэи создал нечто новое на многих планетах. Создатель возрадовался и назвал это Жизнью. Он увидел, что именно Жизнь наполняет его творение смыслом. Поэтому Создатель полюбил Свет, который рождает Жизнь. Создавая новые звезды, Он стал нести Свет во все уголки Вселенной. Туда, где уже царствовала Тьма. И она вовсе не хотела делиться со Светом. Тогда Создатель посмотрел на то, что создано Тьмой, не испытал ничего, кроме Ненависти, и назвал это Смертью. Одиннадцать сыновей Тьмы обозлились на Отца. Они решили погубить Тэю и все другие звезды и планеты, на которых зарождалась Жизнь. Но Всеотец не допустил этого. Он отправил Свет и Тьму по разные стороны Вселенной и разрушил проход между ними могучим взрывом, который потряс всю бесконечность пространства и обозначил Начало Мироздания. С того времени Отец сделал так, что лишь воедино Свет и Тьма могли создавать другие силы, управляющие Вселенной. Он назвал это Равновесием. После того как было положено Начало Мироздания, Всеотец отправился к центру Вселенной. Там, окруженный безудержной энергией Света и Тьмы, Он бесконечно долго восседал на звездном троне, поддерживая главный закон Вселенной. Очень долго… до восстания Сыновей Тьмы.
Закончив рассказ, Иерион извлек иглу, отложил ранорасширитель и спрятал шприц с экземпляром спинного мозга в складках одежды. Стряхнув кровь с рук, он направился к выходу, чтобы продолжить эксперименты с образцом в своей келье.
– А как же моя мама? – спросил малыш. – Почему ты не рассказываешь о ней?
Заклинатель остановился, обернулся и долго смотрел на малыша белыми глазами. Он выглядел самым обычным ребенком, и в его лице Иерион узнавал черты маленького, безобразного существа, что когда-то давно создал.
– Потому что она мертва, и воспоминания о ней доставляют мне боль, – ответил Иерион.
Слова тяжело ранили малыша. Сильнее, чем жестокие опыты заклинателя. Он понимал смысл сказанного, его лицо изменилось. Опустив глаза, мальчик глубоко задумался. Его взгляд, еще мгновение назад полный неподдельной детской радости и надежды от одного лишь упоминания о матери, быстро угас, стал пустым и холодным, как пылающие Тьмой мертвые звезды. Иерион ощутил, как внутри ребенка вскипает разрушительная, дикая энергия. Заклинатель положил руку на меч.
– А Тэя… моя мама… она любила меня? – спустя долгое молчание, спросил мальчик так, будто боялся услышать ответ.
– Не думаю. Она была лишена этого изъяна.
– Мамочка… – грустно прошептал малыш.
Он тяжело переживал услышанное, и заклинатель физически ощущал боль, что копится в этом маленьком создании. Его детские, совсем еще маленькие ладони вцепились в края алтаря. Иерион услышал, как камень начал крошиться.
– А что же мой отец? Ведь у меня есть отец? Почему он не заберет меня? – скорее с интересом, чем с прежней надеждой спросил мальчик.
– Твой отец – великий и могущественный правитель. Но при рождении… он приказал скормить тебя химерам.
Лицо ребенка исказилось от ужаса и горькой обиды.
– Химерам? – испуганно переспросил он, глаза вновь наполнились слезами. – Мамочка… за что? Чем я ему так не угодил?
Иерион молчал и с интересом фиксировал происходящие внутри высшего сына Тьмы перемены. Он чувствовал их. Боль и страх пробудили в ребенке нечто новое, источник невиданной силы, которой заклинатель хотел бы овладеть.
– Выходит, я никому не нужен в этом мире… – перестав плакать, сказал мальчик с задумчивой грустью, спрыгнул с алтаря и пошел во мрак, волоча скованные на руках заговоренные цепи.
С того времени малыш больше не сказал ни слова. Каждый раз он приветствовал заклинателя молчанием, отправлялся на алтарь и смотрел, как по острым краям камня стекают ручейки крови.
Теперь он вновь стоял перед владыкой Света. Еще больше повзрослевший. Глаза ребенка загадочно светились во мраке, и Иериону казалось, что малыш видит его насквозь. Выдыхая кровянистый туман, заклинатель подошел к нему ближе, расковал заговоренные цепи.
– Старик, ты долго не навещал меня, – сказал мальчик.
– Я был очень занят, – ответил Иерион.
– Но ты так и не нашел источник моей силы.
Мальчик повернулся к заклинателю и посмотрел в глаза. Иериону не понравился этот взгляд.
– Нет, но мы сможем продолжить, когда ты вернешься, – предложил заклинатель, подумывая, что нужно будет зашить глаза маленькому поганцу.
– Я бы не хотел. Это доставляло мне боль.
Ребенок смотрел так, будто сквозь белые глаза видел внутри заклинателя нечто, о чем и сам Иерион не догадывался.
– Следуй за мной. Больше ты не должен здесь находиться, – сказал владыка и пошел к выходу.
Жестом самого обычного ребенка мальчик взял его за руку и пошел рядом.
– Куда мы идем?
– Я получил послание от воителя. Он угрожает всему, что мы так долго планировали с твоим отцом, – ответил Иерион.
– Его имя Энэй? – спросил ребенок.
– Да. Кто сказал тебе об этом?
– Я слышал его имя во Тьме.
Путь давался заклинателю с трудом. Лицо под маской пылало. Держа мальчика за руку, он сильно согнулся под тяжестью горба.
– Расскажи мне, о чем еще Тьма говорила с тобой?
– О разном, – загадочно ответил ребенок. – Я не терял времени и научился управлять потоком своих мыслей. Мне удалось направить их в пещеры Темных Истин и говорить с древнейшим Скоготом. Он рассказал мне много интересных, удивительных историй.
Сердце Иериона брызнуло зловонной, черной завистью, как раздавленный червивый плод. Сгорбившись, он искоса посмотрел на ребенка. Считая себя самым могущественным созданием на планете, он и желать не мог того, чтобы отправить свой разум так далеко за созвездие Скорпиона, где среди мертвых звезд обитает мудрейший из темных сыновей. Как многого он бы достиг, обладая силой этого мальчишки? Иерион и мечтать не мог о таком могуществе. Владыке захотелось наброситься на ребенка и выцарапать знания из его крошечного мозга.
– Еще я слышу, как торжествует Тьма. Дети ее во дворцах Мертвых Сыновей поют серебряную песню о падении Ордена Света. Жаль, мне не выразить, насколько она прекрасна.
– Там, на Земле, твой брат, – прервал мальчика Иерион. – Воитель не знает о нем, но, возможно, догадывается о присутствии высшего сына Тьмы. Он станет искать князя или отправится к башне Рагдареила, как я ему приказал. Ты должен быть рядом с воителем в этот момент и сделать все, чтобы отвести от брата, защитить, пока он не исполнит свою миссию. В удобный момент постарайся убить Энэя, но помни: у тебя будет лишь один шанс. Воители бездушные, безжалостные машины, созданные убивать таких, как ты.
– Я буду осторожен, – кивнул мальчик.
– Постой,
