это животное сейчас ускользнет от меня на свою охоту, и буквально обхватываю его руками, останавливая. Мое тело льнет к нему, и, наверное, это впервые в жизни, когда я по своей инициативе так тесно обнимаюсь с профессором.
Я бы даже не сказала, что это плохо. От него приятно пахнет, и наощупь он слишком хорош. Недаром все в институте по нему тащатся. Однако, какая бы мягкая шерстка у тигра не была, когти и клыки у него очень острые.
— Давай переспим. — выпаливаю я.
Понравилась глава?
Честная оценка поможет автору в написании книги. Анонимно.
Глава 36
Я чувствую, как вздрагивает его тело при смешке. Эта хищная масса мышц, к которым я сейчас прижимаюсь щекой и зажмуриваюсь, уже жалея о произнесенных словах.
Почему я просто не ляпнула что-то вроде “давайте сыграем в шахматы”?
Мне кажется, что это предложение абсолютно так же поразило бы этого психопата.
— Ничего себе. — хотя это “ничего себе” обычно означает удивление у здоровых людей, у профессора оно звучит совершенно никак. Я с такой же интонацией в школе “Войну и мир” пересказывала. — Правда переспать с тобой? Или это был такой странный способ отвлечь меня?
— Второе. — севшим голосом отвечаю я. Это не тот случай, когда есть смысл врать и настаивать на своем.
— И у тебя есть план на случай, если я соглашусь?
— А что... вы собираетесь согласиться? — еще тише интересуюсь я. Тело профессора, находящееся все еще в моих объятиях, заметно выдыхает, словно я его начала задалбывать, а затем он наклоняется ко мне. Судя по всему, для этого он опирается рукой на подоконник за моей спиной, заставляя меня податься назад, а затем я слышу его голос возле уха:
— Цветкова. У меня нет с собой презервативов.
У меня округляются глаза.
— А?
— Я говорю тебе, что не вожу презервативы на работу. Они тут просто не нужны. — его тон и ответ - уже сюрреализм какой-то. — Даже если кого-то и приходится трахать, то только в переносном смысле.
— То есть, это отказ, да? — уточняю я на всякий случай, а профессор выпрямляется, заставляя меня его отпустить из-за неудобства. Я поднимаю глаза и в этот момент встречаюсь с его взглядом.
— Если хочешь - будет простым предупреждением.
— Нет. — я выдыхаю с неким облегчением. Большое хищное животное сделало “кусь” в сантиметре от моей шеи, но решило меня пощадить. Вот такое у меня ощущение. Поэтому я решаю быстро перевести тему. — Давайте, все-таки, я быстро спущусь и отдам одежду этому...
Я осекаюсь, когда профессор, будто не слушая меня, берет со стула футболку Кирилла и возвращается к окну, посмотрев вниз. Кирилл беспечно продолжает ждать возле отеля, уткнувшись в экран телефона и, кажется, судя по цветным двигающимся пятнам на нем, проходя какую-то игру.
— Антонов. — окликает его профессор, и парень шокировано задирает голову вверх. Его глаза расширяются, стоит ему только встретиться взглядом с профессором.
Психопат в этот момент кидает вниз футболку. Так как она мокрая и грязная, а до земли не так высоко, то футболка точным движением приземляется парню на лицо.
Спустя секунду парень опоминается и сдирает ее. Его лицо все еще явно шокировано.
— Вещи Екатерины Цветковой оставь где-нибудь здесь. — говорит ему профессор, а Кирилл отмирает окончательно:
— А сама Катя где?
Психопат расслабленно складывает руки на груди, прислонившись бедром к подоконнику. На его губах появляется легкая усмешка.
— Если в понедельник я снова не увижу твое лицо на паре - про тебя будут спрашивать так же. В новостях.
С этими словами этот ненормальный закрывает окно и опускает жалюзи.
Я в шоке смотрю на него. Это что за шутки такие были? Но, слава богу, профессор сменил свой настрой и просто, хотя бы, вышвырнул вещи парня на улицу. Честно говоря, я боялась другого. Что из Кирилла сделают сегодня тартар или сашими.
— Теперь он подумает невесть что. — вырывается у меня, а профессор переводит на меня свой фирменный взгляд. — А его отвезут обратно?
— Почему ты спрашиваешь это у меня? Я его сюда не тащил, не знаю.
— Просто отсюда далековато до водоема. — я растерянно смотрю на жалюзи, за которыми в ночи чем-то занимается наивный парень по имени Кирилл. В полном одиночестве. — Что, если он заблудится...
“... как я” — я проглатываю продолжение, потому что как я Кирилл уже точно не заблудится, и ему очень повезло. Вряд ли в лесу поблизости ходит второй ненормальный, решивший избавится от своих конкурентов под покровом ночи.
Пока я думаю об этом, психопат смотрит на меня. Судя по тому, как он это делает, хорошо, что он молчит, потому что вряд ли бы мне понравилось то, что он скажет с таким взглядом. У него просто потрясающий набор навыков заставлять собеседника чувствовать себя каким-то никчемным от одного только выражения его лица. Недостойным существования.
— Ложись. Спать. Цветкова. — внезапно произносит он, сделав зачем-то четкую паузу между этими словами, а я едва приподнимаю брови.
— А можно для начала я спущусь и заберу свои вещи?
Вообще, я надеялась, что меня отвезут домой... но как-то мне уже неохота спорить. Мне кажется, я уже потратила у психопата лимит терпения на споры. Он его не озвучивал, но я чувствую всеми трясущимися поджилками эту очень тонкую грань, которую лучше не переходить.
Потом что даже от такого вопроса мне становится уже немного не по себе. От того, как он продолжает смотреть на меня.
— Хотя, знаете, не надо. — тут же говорю я, отходя к стулу и забирая с него то ли простынку, то ли пододеяльник. Накинув чистую, белую ткань на плечи, я заматываюсь в нее, как в саван, и падаю на новый матрас, ощутив, как скрипит подо мной его упаковка. Затем бормочу: — Лучше заберите вы. Спасибо. Спокойной ночи.
Тишина, которую я получаю в ответ, немного меня напрягает.
Сука. Почему я чувствую себя человеком, который тупо накрыл ядовитого паука листком бумаги и, посчитав, что проблема решена, отправился спать?
Поправив пододеяльник, чтобы не загораживал обзор, я смотрю на профессора. В этот же момент я ловлю его взгляд и вижу, как он чуть поднимает уголок губ в странной усмешке. Отчего у меня встают волосы дыбом.
Что ты, черт побери, там
