мертвым. По правде говоря, я давно был готов вернуться, но только сейчас принял это решение окончательно.
– Кто-то всегда пытается убить меня, но это не означает, что они доведут дело до конца, – смеется Кронос. – У меня есть страховка на этот случай – и именно поэтому, после стольких лет управления Титанами, я все еще жив. В любом случае я рад, что ты вернулся. Я скучал по тебе. – Голос Кроноса звучит тише, будто он отдаляется от Бена, а затем мы слышим, как он зовет кого-то, кто, должно быть, находится за пределами комнаты. – Не мог бы ты показать моему сыну одну из спален наверху? Сынок, приведи себя в порядок, и мы обсудим твою новую роль в Титанах за ужином.
– Бен отклонился от сценария, – говорит Джейс, оглядывая сидящих за столом. – Но оно и понятно, учитывая, что…
– Учитывая новость, которая прозвучала как гром среди ясного неба, – говорит Кора.
– Учитывая его секрет, – шепчет Артемида.
– Да, вот это все, – хмурится Джейс.
– Неужели это что-то меняет? – бурчу я, упираясь локтями в стол. – В смысле, ну и что? Мы же по-прежнему собираемся…
– Ты забыл о той части, где он сказал, что у него есть какая-то страховка, – говорит Аполлон. – Или ты перестал слушать после того, как было произнесено слово «отец»? Я прав, не так ли?
– Осторожнее! – предупреждаю я, сердито смотря на Аполлона.
– Проблема с отцами, – ворчит Аполлон, отодвигая стул от стола. – Это затуманивает твои суждения.
– А может, это делает меня экспертом в том, о чем думает Бен? – парирую я. – Возможно, я могу быть более полезен для вас, а ты это просто игнорируешь?
– Вульф, – встает Кора. – Мы можем поговорить?
– Да, уведи его отсюда, – говорит Аполлон. – Чтобы взрослые могли решить, что делать с Кроносом.
Кора гримасничает, а Аполлон хмурится, хотя его слова подразумевают то, что Кора не способна усовершенствовать свой же план. Поэтому я бросаюсь на него и хватаю за рубашку. Мы падаем на пол и на мгновение сцепляемся в драке, пока Джейс не оттаскивает меня от него. Он тащит меня на кухню и буквально вталкивает в распашные двери. Споткнувшись, я упираюсь задницей в одну из столешниц из нержавеющей стали и, быстро дыша, опускаю голову, мельком видя, как вслед за Джейсом входит великолепная девушка. Двери за Корой с грохотом закрываются, и для меня вновь существуем на свете только мы.
Почему каждый раз больнее предыдущего?
Кора медленно подходит ближе, будто у нас в запасе полно времени, и проводит пальцами по прилавку, на котором стоит оборудование этой коммерческой кухни. Наконец-то я выпрямляюсь и поворачиваюсь к ней лицом.
– Я попросила Джейса все исправить, – говорит она негромко. – Мы все сломаны, понимаешь?
– Понимаю.
– Но не думаю, что он сможет. Наверное, нам просто нужно пройти через это, а уже после залечивать свои раны. – Она останавливается передо мной. – Но в любом случае нас нужно починить.
– Тебя стоит починить, – сглатываю я.
Она кладет ладонь мне на плечо и, кажется, раздумывает, стоит ли ей провести пальцами по моей шее или вниз по руке, ведь это очень тонкая грань.
Я напряжен. Конечно, Кронос – это тоже чудовище, но мой отец чудовище совершенно другого сорта. Пока он еще не нашел нас и не попытался вернуть меня и Аполлона. И его бездействие пугает меня до чертиков. Под моей кожей поселился холодок. Я испытываю страх оттого, что он может поймать Кору, Джейса, Дэниела, Святого, Никс и Артемиду – всех, кого я люблю. Я не сомневаюсь, что отец подверг бы их пыткам только для того, чтобы заставить меня подчиниться.
– Все будет хорошо, – шепчет Кора.
– Я…
– Есть! – внезапно раздается крик Дэниела. – Я догадался.
Кора закатывает глаза и прижимает свои губы к моим в быстром поцелуе. Слишком быстром, чтобы я успел насладиться им.
Я хватаю ее за талию и, притянув к себе, целую так, как хочу, надеясь, что этот поцелуй пронзит ее тело до кончиков пальцев ног. На мгновение она расслабляется в моих объятиях, и я наслаждаюсь ее вкусом, но слишком быстро отстраняюсь.
– Мы к этому еще вернемся.
Глава 34. Паркер
– Вы арестовали моего мальчика.
– Арестовал. – Я поднимаю глаза от меню и встречаюсь со стальным взглядом, прикованным к моему лицу. – Кстати, не за что.
Мужчина с самым нелепым именем, которое я когда-либо слышал – Цербер Джеймс, – не улыбается и не реагирует на мои слова. Он напоминает мне серийных убийц, которых приходилось допрашивать в колледже для своей диссертации. Хладнокровный, как камень, и идущий по головам. Таких людей, как он, не волнует, каким образом ты добьешься результата. Главное, чтобы он был. И я восхищаюсь этим.
– К делюксу у вас интересное дополнение. – Я указываю пальцем на ламинированное меню, туда, где мелким шрифтом внизу написано: «Закажите делюкс и получите особый соус». – Разве не соусом в наши дни называют дурь?
– Ты что, угрожаешь мне, мальчик? – Он слегка наклоняется вперед.
Мальчик.
Мне стоит показать ему, что осталось во мне от мальчика, но я заставляю себя улыбнуться и расслабиться. На другом конце зала, за одним из столиков, притворяются отдыхающими посетителями несколько идиотов из банды, но я вижу, что они натянуты, как гитарная струна, и готовы в любой момент наброситься на агента Управления по борьбе с наркотиками.
Я улыбаюсь подошедшей официантке, и уголки ее губ автоматически поднимаются вверх, отвечая дружелюбием. Девушка молода, возможно, даже ровесница Коры. У нее темно-каштановые вьющиеся волосы и теплые, почти золотого цвета глаза. Конечно, ей положено улыбаться посетителям, но она делает это еще и потому, что я сижу рядом с ее боссом, а он заставляет ее нервничать. Я же внешне не представляю для нее никакой угрозы, и если учитывать этот факт, то могу покорить ее в одно мгновение.
– Что я могу вам предложить? – Держа руку над блокнотом, она смотрит на Цербера. – Вам как обычно, сэр?
– Совершенно верно.
– А я возьму чизбургер с беконом. Делюкс. – Я снова указываю на меню, привлекая ее внимание к мелкому шрифту. – Меня заинтересовал этот соус.
– О, – по ее лицу пробегает тень. – На самом деле его уже нет в …
– Все в порядке, милая, – перебивает ее Цербер. – Давай подадим молодому человеку то, что он хочет.
Я смотрю на то, как она берет меню и уходит. Затем мы с Цербером возвращаемся к нашему поединку взглядами, и я представляю, как бы он выглядел мертвым.
