собрали экстренное совещание в конференц-зале станции.
– Ситуация хуже, чем мы думали, – начала Новак без предисловий. – За время моего вынужденного "карантина" я проанализировала новые данные с солнечных обсерваторий. Киан был прав – вторая вспышка будет гораздо мощнее, и она наступит раньше. У нас осталось не больше трёх недель.
– Три недели? – переспросил Ли. – Предыдущий прогноз давал нам как минимум два месяца!
– Предыдущий прогноз не учитывал квантовые флуктуации и нелинейный характер процесса, – ответила Новак. – Феномен развивается ускоренными темпами. Каждая последующая фаза наступает быстрее предыдущей.
Она вывела на голографический дисплей модель Солнца с выделенной аномальной зоной.
– Смотрите, как она растёт. Неделю назад её диаметр составлял примерно шесть тысяч километров. Сейчас – почти десять тысяч. И скорость роста увеличивается экспоненциально.
Ли внимательно изучал модель, пытаясь осознать масштаб угрозы.
– Что с миссией к Солнцу? – спросил он. – Сможем ли мы запустить её вовремя?
– Это возможно, – кивнула Новак. – Но есть проблема. – Она активировала новую проекцию, показывающую конструкцию квантовых щитов. – Изначальный план предполагал автоматическую активацию щитов с использованием ИИ-систем. Но мои последние тесты показали, что автоматика не справляется с квантовыми флуктуациями в экстремальных условиях близости к Солнцу. Щиты нужно активировать вручную, с постоянной калибровкой параметров.
– Вручную? – Ли нахмурился. – Это значит…
– Да, – подтвердила Новак. – Кто-то должен будет находиться на борту корабля в момент активации щитов. И этот человек не сможет вернуться.
В конференц-зале воцарилась тяжёлая тишина. Все понимали импликации этого открытия.
– Я сделаю это, – сказал Ли после долгой паузы. – Это моя миссия с самого начала.
– Нет, – покачала головой Новак. – Не вы. Я. Только я в полной мере понимаю, как работают щиты. Только я смогу правильно откалибровать их в момент активации.
– Но это самоубийство, – возразил один из инженеров. – Даже с максимальной защитой, радиация в точке размещения щитов…
– Я знаю, – спокойно ответила Новак. – Но другого выхода нет. Если щиты не будут активированы вовремя и правильно настроены, Земля примет на себя полную силу вспышки. Миллиарды погибнут. – Она обвела взглядом присутствующих. – Одна жизнь против миллиардов. Математика проста.
Ли смотрел на неё с новым уважением. Под внешней холодностью и научной отстранённостью скрывалось глубокое чувство долга и готовность к самопожертвованию.
– Мы должны сообщить об этом Элайдже и Ситаре, – сказал он. – И начать подготовку к миссии немедленно. Каждый час на счету.
Новак кивнула и поднялась, готовая вернуться к работе.
– Полковник, – сказала она, остановившись в дверях, – когда будете связываться с Землёй, передайте сообщение и своей дочери. Серена должна знать, что времени осталось очень мало. Если там, на Земле, есть какие-то проекты, которые могут помочь людям пережить вспышку, они должны быть завершены в ближайшие дни.
Ли кивнул, чувствуя, как тяжесть ответственности давит на его плечи. Не только за миссию, не только за дочь, но за будущее всей человеческой цивилизации.
Глубоко под пустыней Аризоны, в бункере, скрытом от всех официальных радаров и систем наблюдения, Ситара Пател наблюдала за работой своей подпольной команды. Последние две недели превратились в отчаянную гонку со временем – после того как службы безопасности Консорциума заблокировали доступ к официальным объектам проекта, им пришлось воссоздавать лаборатории практически с нуля.
К счастью, её "чёрные ходы" в системе безопасности комплекса позволили им вывезти ключевое оборудование и данные до полной блокады. А контакты Серены Ли с "Новыми Ноевыми" обеспечили неожиданную поддержку – сеть автономных лабораторий и мастерских, разбросанных по всему юго-западу США.
– Доктор Пател, – обратился к ней Рамон, указывая на экран коммуникационной системы, – входящее сообщение от полковника Ли. Высший приоритет.
Ситара быстро подошла к терминалу. Лицо полковника на экране выглядело усталым, но решительным.
– Ситара, у нас новые данные, – без предисловий начал он. – Вспышка наступит через три недели, максимум. И она будет мощнее, чем мы прогнозировали.
– Три недели? – Ситара почувствовала, как её сердце пропустило удар. – Но это значит…
– Да, все сроки сдвигаются. Мы начинаем подготовку к миссии немедленно. Первый корабль флотилии стартует через шесть дней.
– А как с квантовыми щитами? Они готовы?
Ли на секунду отвёл взгляд, и этот жест сказал Ситаре больше, чем слова.
– Новак решила проблему с их активацией, – сказал он наконец. – Но ценой… высокой ценой.
Ситара поняла, что он имеет в виду, и коротко кивнула. Время сентиментальных реакций прошло – сейчас каждый из них должен был принимать тяжёлые решения.
– Что с убежищами? – спросил Ли. – Вы успеете подготовить хоть что-то?
– Работаем круглосуточно, – ответила Ситара. – "Новые Ноевы" оказались неожиданно полезными союзниками. У них уже есть сеть подземных комплексов, которые мы модифицируем для защиты от радиации и ЭМИ.
– Вместимость?
– В лучшем случае – несколько миллионов человек по всему миру, – мрачно ответила Ситара. – Это меньше одной десятой процента населения Земли. Без квантовых щитов мы обречены на катастрофические потери.
Ли кивнул, принимая суровую реальность их положения.
– Есть ещё кое-что, – добавил он. – Наша станция подверглась попытке саботажа. Рамирес пытался вывезти ключевые компоненты квантовых щитов на Луну, по приказу Монтгомери. Мы остановили его, но это значит, что Вайс и его люди готовы на всё, чтобы сорвать наши планы.
– Они не просто готовы на всё, – мрачно ответила Ситара. – Они уже действуют. Вчера было совершено покушение на Элайджу. К счастью, неудачное – Киан заметил подозрительное поведение систем безопасности их апартаментов и успел предупредить отца.
– Серена в безопасности? – напряжённо спросил Ли.
– Да, – кивнула Ситара. – Она сейчас с "Новыми Ноевыми", координирует их усилия с нашими. Они обеспечивают надёжную защиту для всех членов нашей группы.
Ли с облегчением выдохнул.
– Хорошо. Передай ей, что я… – он запнулся, не привыкший выражать эмоции, – что я горжусь ей.
– Обязательно, – пообещала Ситара с лёгкой улыбкой. – Теперь о планах эвакуации. Мы создали систему раннего оповещения и маршруты к убежищам. Но без официальной поддержки правительств охват будет ограниченным.
– Я говорил с контактами в Космическом Командовании, – сказал Ли. – Не все военные слепо следуют Монтгомери. Есть группа высокопоставленных офицеров, которые поддерживают наш подход. Они готовы предоставить транспорт и ресурсы для эвакуации гражданских, когда начнётся кризис.
– Это что-то меняет, – кивнула Ситара. – Но противостояние с Вайсом неизбежно перерастёт в открытый конфликт, когда правда о вспышке станет общеизвестной.
– К тому времени наша миссия уже будет в пути, – ответил Ли. – И если мы успеем активировать щиты вовремя, даже элитные бункеры Вайса могут оказаться ненужными.
Их разговор прервал сигнал тревоги, раздавшийся в бункере. Ситара быстро проверила системы безопасности.
– У нас проблемы, – сказала она. – Похоже, службы безопасности Консорциума обнаружили один из наших тайных объектов в Неваде. Там хранились компоненты для защитных экранов.
– Вы сможете эвакуировать
