всем, расхохоталась.
– У вас прекраснейший смех, Даниэлла, – бархатный мужской голос заставил меня резко развернуться.
У небольшого столика с напитками стоял тот самый незнакомец с непроглядно черными глазами-воронками.
Он подошел ко мне, и бабочки разноцветным облаком испуганно вильнули в сторону.
– Позвольте представиться, – в его тоне засквозила ирония, – Император.
– Очень приятно, – смущенно пробормотала в ответ.
Теперь я смогла разглядеть его – высокого, с черными волосами до плеч. Дав мне немного времени, будто специально, чтобы могла освоиться, он пригласил меня к столу, уже накрытому для ужина. Наш разговор был довольно долгим и, кажется, интересным обеим сторонам. Но забыть, кто именно находится передо мной, я все равно не смогла.
Сложно увидеть простого человека в том, кто отдавал приказы, стоившие десятки тысяч жизней.
Кто приказывал отлавливать магических детей и… Никто так и не узнал, что с ними происходило потом. И даже сейчас, имея возможность это узнать, я не осмелюсь о таком спросить. Не потому что боюсь его реакции. Нет, совсем наоборот – я боюсь своей реакции на его ответ.
Этот маг старательно изображал простого человека, и у него вполне получалось быть обворожительным мужчиной, радушным хозяином и просто приятным собеседником. Но огонек, пылающий на задворках моего разума, не утихал, призывая быть очень, очень осторожной.
– Могу ли я задать вопрос? – отложив крохотную серебряную ложку, которой ела десерт, сказала я, посмотрев на Императора.
– Разумеется, – он остался невозмутимым, но в глубине черных глаз на мгновение мелькнула искорка интереса.
А я опять вспомнила о картинке, которая недавно промелькнула перед глазами стараниями моего воображения. Большой зал с причудливыми экспонатами – представителями вымерших видов, когда-то населявших наши земли.
Мертвые тела, умело сохраненные мастерами-чучельниками будто живые. Оскаленные в притворной улыбке зубы, пластиковые глаза. А в центре всего этого – я, с зависшей над моим телом огромной булавкой, готовой проткнуть мое сердце и присоединить к жителям этого ужасного музея навсегда.
– Не буду ходить вокруг да около, Император, – отогнав воспоминания, продиравшие дрожью вдоль позвоночника, сказала, наконец. – Зачем вам я?
Он не ответил сразу. Улыбка изогнула губы. Мужчина взял кубок с вином и сделал глоток. И лишь потом сказал:
– Чтобы беречь вас, Даниэлла.
Это было неожиданно. Теперь уже молчала я, пытаясь постичь смысл, заключенный в этих словах. Что маг хотел этим сказать? Если честно, не понимаю.
– Почему? – хмурясь, переспросила его. – Вы ведь сами приказали уничтожить Светочей.
– Был неправ, признаю, – он так легко улыбнулся, будто речь не шла о сотнях семей, которые были просто вырезаны под корень.
И одной из них была моя семья! Мама, папа, сестры и братья!
– Я был молод, Даниэлла, – Император откинулся на спинку стула. – Маги тоже ошибаются и способны признавать это. А также пытаться исправить содеянное.
– Вы можете вернуть мне семью? – не выдержав, резко бросила в его лицо.
– Увы, это не в моих силах, – спокойно прозвучало в ответ. – Но я могу вернуть род Светочей. Усилив его кровью магов.
– Ч-что? – внутри все похолодело – потому что поняла, к чему он клонит.
– Я хочу, чтобы вы стали моей Императрицей, Даниэлла.
Опа, офигела даже попа! Так говорит Шустрик. У меня сейчас тоже других слов не нашлось. Хлопая глазами, я молча смотрела на мужчину, который с преспокойным видом восседал напротив.
Это шутка такая, да? Сейчас он рассмеется и начнет потешаться надо мной, принявшей все всерьез, правда ведь?
– Нет, это не шутка, – развеял Император мою надежду на хороший исход.
– Точно? – переспросила я с нелепой, какой-то детской надеждой.
– Да, – он кивнул. – Мне нужна супруга. Достойная, способная подарить магически сильное потомство. Вы – последний Светоч. Великая драгоценность этого мира, которая нуждается в заботе и охране. К тому же, это поможет мне исправить совершенную в молодости ошибку. Все сошлось в одной точке.
– А если я не соглашусь? – с опаской посмотрела на него, известного своей репутацией правителя, не принимающего отказов.
– Тогда придется вас связать и тащить к алтарю силой, – вздохнул мужчина, а потом расхохотался. – Видели бы вы свое лицо, Даниэлла! Успокойтесь, я не из тех неудачников, которым приходится заставлять суженую цедить «да» сквозь зубы.
Хотелось бы на это надеяться.
– К тому же, вовсе не хочется портить прекрасное свадебное платье кандалами. Каждая девушка в день своей свадьбы прекрасна, как цветок. Согласитесь, это же на самом деле какое-то волшебство!
Экий романтик с руками по локоть в крови выискался! Я усмехнулась. Ну, так-то проблемка небольшая имеется, жених с большой дороги!
– Простите за сарказм, но вас не смущает, – посмотрела ему в глаза, – что я уже немного замужем?
Да еще и в Сопротивлении состою. Но об этом умолчим, а не то вместо увеселительных мероприятий невеста будет перебазирована на плаху. Или в темницу – в виду своей высокой ликвидности из-за статуса последнего Светоча.
– Ах это? – он пренебрежительно махнул рукой. – Нисколько не смущает. И вас беспокоить не должно.
– Почему? – моя бровь удивленно изогнулась. – Императрице позволено распутствовать в собственном гареме?
– О, вовсе нет. Тут я старомоден, прошу простить. Конкурентов не потерплю. Моя супруга должна хранить мне верность.
– А ответная любезность предусмотрена? – удержаться и не съехидничать не смогла.
– Разумеется. Оскорблять свою жену наличием фавориток я не намерен.
Какие мы сладкоголосые! Все мужики ангелы, пока ухаживают, как говорит Таранта. Ну, никто же не мешает мне посмотреть демонстрацию лучших качеств Императора, верно? Послушаю, покиваю, могу даже поаплодировать. Дадут цветы – швырну букетом. А вот верить в этот спектакль я не нанималась.
– К тому же, уважаемая невеста, – черные глаза заискрились смехом, – я уже позаботился о том, чтобы вам вернули статус свободной женщины.
Что?.. Сердце сделало кульбит и шлепнулось на самое дно души, которую окатило ужасом. Я теперь свободная женщина? Как так? Что он сделал с моим драконом?! Где мой Черут, что с ним?!
– Не пугайтесь так, – Император перестал улыбаться. – То недоразумение, которое вы называли мужем, не пострадало. Он жив.
Я снова смогла вдохнуть, и ожившее сердце застучало так, что из-за шума в ушах мир вокруг на несколько мгновений стал немым.
– Но документы на развод оформлены, – продолжил мужчина. – Вы полностью свободны от него, Даниэлла. И хоть мне немного претит участь второго мужа, – Император вновь усмехнулся, – я утешаю себя тем, что важно, кто будет последним, а не кто был первым. Не так ли?
Я посмотрела на него, хмурясь. Мне сейчас до кружевных словесных конструкций. Пытаюсь свыкнуться с тем, что Черут более не мой супруг. Сама недавно думала об этом, намеревалась развестись. Никак, конечно, не рассчитывала, что
