началось с того, что меня распределили в личные апартаменты – небольшие, но весьма уютные. Как человек служивый я сильно удивился, узнав, что у меня не будет соседей. Но ещё больший сюрприз ждал меня на кровати. В виде аккуратно сложенной кадетской формы весящей около тридцати кило.
Я подумал, что это какой-то неуместный эксперимент. Но то был не эксперимент и не розыгрыш, а начало наших суровых, курсантских будней. Как нам объяснили в тот же день, оперативники Отдела должны быть в состоянии выполнять задания любой сложности на Земле. "А как вы, – спросил нас инструктор, – собираетесь их выполнять, коли только в марсианской гравитации действовать привыкли? В гравитации, которая земной в два с половиной раза слабее? Так что будете носить эти красивые, с металлическим отливом костюмы, на всех занятиях. А на ночь заготовлены для вас специальные пижамки, чтобы, значит, организм к постоянной нагрузке привыкал. Но вы не переживайте, через месячишко вы их снимете и наденете другие, потяжелее. Иначе перешибёт вас противник при первом столкновении, причём одним чихом. А "дьяволы" – не проигрывают!"
География… площадь поверхности… суши… воды… количество континентов – один… крайние точки… острова… полуострова… геологические характеристики… рельеф… флора… фауна… отдельно – климатические пояса…
…мы разбираем стволы в оружейке учебного полигона. Вместо привычного "Штайера" получаю "Аллигатор КТ", который до этого видел только в учебных пособиях. Выставляю прицел, вскидываю к плечу, проверяя тактический дисплей. "КТ" – хорошая машинка. Лёгкий, пластиковый корпус, графеновый аккумулятор на пару тысяч импульсов, "умные" иглы из композитов, при необходимости переключающиеся в убойный, "разрывной" режим. В дополнение – инерционный компенсатор, сводящий к минимуму отдачу. Вот уж не думал, не гадал, что достанется мне такой дефицит. Но делать нечего, надо привыкать к экзотике – Отдел снабжается по высшему разряду.
– Даю вводную – рычит инструктор. – У вас тридцать секунд на поражение своих мишеней в заданные зоны. За чужие мишени – штрафные баллы, за попадания в неверные зоны – тоже. Вопросы?
Нет вопросов.
– Пошли!
Звучит зуммер, распахиваются двери. Вбегаем, рассредоточиваемся возле огневого рубежа.
– Огонь!
На табло вспыхивает отсчёт, из пазов в полу выскакивают пронумерованные манекены. Они не статичны – двигаются, исчезают, сокращают и увеличивают дистанцию. Дёргают смешно конечностями, пытаясь уйти от выстрела. И что интересно – периодически уходят.
Шестая мишень, сектор "пах". Выстрел, попадание.
Двенадцатая мишень, сектор "сердце". Выстрел, попадание.
Девятая мишень – чужая.
Третья и пятая – тоже.
Семнадцатая и восьмая – мои. Они выскакивают из пола одновременно, расходятся по сложной траектории, то тормозя, то ускоряясь.
Выстрел. Выстрел. Попадание и… промах. А попробуй не промахнись, когда каждая рука потяжелела на добрый десяток килограммов! Снова выстрел и – игла прошивает чужую, так некстати выскочившую, мишень. Может, не заметят? Но куда там, ведь за каждым движением следят батареи камер. В дополнение чуткие датчики считывают пульс, движения глаз, мозговые волны и чёрт знает что ещё.
Отслеживаю манекены, жду своего часа. В воздухе свистят иглы, пробивая навылет желеобразные "тела" и оставляя в них рваные, быстро затягивающиеся "раны".
Девятый…
Третий…
Восьмой. На этот раз не уйдёшь!
Выцеливаю "голову", жму на сенсор… Но наши кураторы придумали сюрприз. Вокруг раздаётся серия оглушительных хлопков, что-то ярко вспыхивает и стрельбище заполняется вонючим дымом. Пол дёргается, имитируя землетрясение или мощный взрыв, а в месте с ним дёргается и рука, отправляя "в молоко" иглу. Я не одинок – из нас семерых только двое смогли абстрагироваться от неожиданной помехи. Матерясь сквозь зубы, мы снова прицеливаемся слезящимися глазами, но не успеваем. Звучит гонг, полигон гаснет, манекены уходят в пол. Время вышло.
Возвращаюсь в оружейку, утирая пот. Таких стрельбищ у меня ещё не было…
Климатическая система… среднегодовая, среднесезонная и среднемесячная температура… отдельно – по широтам… отдельно – в низинах и на возвышениях… данные метеорологических наблюдений за последние 100 лет… за последние два десятилетия – глобальное и резкое потепление… вероятная причина – солнечная активность вкупе с начавшимся межледниковьем… сокращение осадков… засуха… "Сухие бунты"… "Великая Водная"…
…мы сидим с инструктором в кабинете, детально отсматривая запись последних стрельбищ. Инструктор хмурится, он недоволен моими результатами.
– Слишком резко давишь на тактильный датчик. Обрати внимание, как ведёт из-за этого в сторону ствол, – он прокручивает и приближает голограмму, подсвечивая красным траекторию движения выпущенной иглы. – Ты попал, но попал буквально в край сектора. Для боевых условий это неприемлемо.
Пытаюсь возражать, но он останавливает меня жестом.
– Я знаю, что ты скажешь. Ты привык работать с массивными и простыми "Штайерами", без сенсоров и "этих ваших наворотов". Советую умерить гордость. Командира "Ареса" больше нет, есть – оперативник Отдела, который должен владеть любым оружием, хоть импульсным, хоть лазерным, хоть атмосферным. Ты не выйдешь отсюда, пока не разберёшься во всём "до косточек". Вопросы?
Вопросов, как водится, нет. А значит – здравствуй огневой рубеж и здравствуй, стрельба. В положении стоя, сидя и лёжа, в одиночку и группами, двигаясь короткими перебежками и перекатываясь. Мишени теперь не просто передвигаются – они огрызаются болезненными выстрелами, перемещаются непредсказуемыми рывками и даже прячутся за укрытиями. Искусственный интеллект полигона не даёт расслабиться ни на секунду – он ставит дымовые завесы, оглушает нас шумом взрывов и обжигает языками настоящего пламени. Иногда мне кажется, что проклятая железка хочет, вопреки воле создателей, сжить нас со свету. Те, первые стрельбища кажутся теперь детской забавой…
Атмосфера… химический состав – идентичный земному… суммарная масса… молярная масса… плотность приземного слоя – низкая, идентична земной тропосфере… давление… стратопауза… линия Кармана – 48 километров… подъёмная сила… экзосфера… температура кипения…
Экономя время, мы почти не спим. Вместо этого мы закидываем в себя горсти мощных стимуляторов, которые заодно помогают мозгу создавать нейронные связи. Проще говоря, помогают быстрее учиться.
Не выдержав нагрузки, сходят с дистанции двое из нашей семёрки. Интересно – куда, ведь путь в обычную жизнь им после "похорон" закрыт. Я стараюсь не думать об этом.
Обучение продолжается. В нас вбивают премудрости ведения боя в земных условиях. Мы учимся учитывать направление ветра и расположение солнца, принимать во внимание влажность и брать поправку на силу тяжести. Нам объясняют, как вычислить противника по крикам потревоженных птиц, обломанным ветвям и даже по запаху. От вываливаемой на нас информации идёт кругом голова, но я упрямо вгрызаюсь в монолит новых знаний.
Мы пристреливаем, разбираем и собираем на скорость земное оружие, от новейших импульсных "Бергманов" до напечатанных на 3Д принтерах древних "калашей", что до сих пор в ходу в нестабильных регионах Содружества. Мы пачкаемся в смазке и принюхиваемся к
