привыкнуть к мысли, что столкнулся сразу с двумя ожившими легендами. А ведь до этого момента все было так хорошо! Демоны добывали руду и ковали мечи, мы защищали их от диких тварей. Все было хорошо, пока не появился ты.
Я бы возмутился, но в голосе настоятеля не было обвиняющих ноток. Он просто делился со мной своей печалью.
— Не грусти, святой отец! — весело сказал я. — Теперь мечей будет еще больше, чем раньше. И мы с тобой неплохо разбогатеем!
Настоятель снова покачал головой.
— Всему конец, — твердо сказал он. — Ты закрыл аномалию Боли. Это значит, что святой Георгий со дня на день проснется. И тогда нам всем несдобровать.
Чего?
Вот теперь настала моя очередь удивляться.
Похоже, настоятель и в самом деле сошел с ума от предстоящих финансовых потерь.
— Святой Георгий? — недоверчиво спросил я. — Ваш первый настоятель? Тот самый, меч которого висит на стене собора?
— Да, — кивнул настоятель. — Я даже думал, что это ты его украл. Но меч нашелся, хотя теперь это вряд ли поможет. Только святой Георгий не был настоятелем монастыря. Это красивая легенда.
Я понимающе кивнул. Что такое красивая легенда, я хорошо знал на собственной шкуре.
— А кем он был?
— Он был кузнецом и фанатиком.
— Расскажи-ка подробнее, — попросил я, присаживаясь на край стола.
* * *
Аномалия Земли появилась на землях монастыря почти сто лет тому назад. Отряд вооруженных монахов спустился туда. Они были готовы погибнуть в бою — лишь бы не допустить прорыва демонов.
К своему удивлению, вместо злобных тварей монахи обнаружили в аномалии мирных кобольдов. И даже сумели с ними договориться. Кобольды согласились добывать для монахов аномальную руду в обмен на молоко и мясо.
Тогда ресурсы из аномалий были диковинной редкостью и стоили огромных денег.
Дела монастыря быстро пошли в гору. А затем появилась аномалия Огня.
— Георгий с братом Юрием были в первой группе монахов, которая пошла к демонам Огня, — объяснил настоятель. — И вот тогда случился Прорыв. На демонов Огня напали дикие твари. Была жуткая бойня.
— Могу себе представить, — хмыкнул я, вспомнив нападение демонов Воздуха.
— Нет, ликтор, не можешь, — сурово ответил настоятель. — Монахи были не готовы к нападению, и многие погибли. Очень многие. Юрия демоны разорвали прямо на глазах у брата. Вот тогда Георгий и сошел с ума.
Настоятель посмотрел в окно и вздохнул.
— Георгий пропал на три дня — прямо в аномалии. Его искали, но не очень тщательно — решили, что его, как и брата растерзали и сожрали дикие демоны.
Но через три дня монах объявился. Просто пришел в монастырь. И это был уже не человек.
Огромную фигуру кузнеца окутывало серебристое сияние. Магией от него разило так, что одаренные вокруг еле держались на ногах. Только суровое лицо осталось прежним. А глаза горели фанатичным блеском.
Монахам Георгий объявил, что на него снизошла благодать. И призвал братьев в поход против демонов.
— Он собирался прикончить их всех, понимаешь, ликтор? Всех — даже мирных кобольдов!
Игумен прямо взглянул на меня. Наконец-то, он начал оживать.
Монахи пытались образумить Георгия. А он просто начал убивать — прямо в монастыре! Первым погиб настоятель, и еще несколько монахов.
Безумец искромсал их мечом.
Затем Георгий объявил себя новым игуменом.
Уцелевшие монахи быстренько примкнули к безумному рыцарю в сверкающей кольчуге и вслед за ним отправились в аномалию Земли. А что им было делать? Погибать мучительной смертью никто не хотел, а остановить Георгия было невозможно. Жажда мести свела его с ума, а магия сделала всесильным.
Георгий собрал отряд и отправился убивать демонов.
Но еще раньше в аномалию прибежал чудом спасшийся послушник и предупредил кобольдов. А затем — и демонов Огня.
— И что было дальше? — спросил я.
Рассказ настоятеля вызывал много вопросов.
— Я точно не знаю, — вздохнул настоятель. — Знаю, что была резня. Демоны сражались за свою жизнь и гибли десятками. Монахи — тоже. Но Георгий и не думал останавливаться. Вот тогда и открылась аномалия Боли.
Обезумевший фанатик бросил своих товарищей прямо посреди боя и отправился в новую аномалию. Говорили, что он как будто услышал зов. Но кто разберет бредни безумца?
Ни монахи, ни уцелевшие демоны больше не хотели воевать. Они сумели мирно договориться между собой.
Аномалия Боли все не закрывалась. Тогда самые смелые монахи отважились заглянуть в портал. И там нашли Георгия.
Он лежал на выгоревшей земле. Сверху падал пепел, он почти засыпал воина. Его меч лежал рядом.
Лицо Георгия было изуродовано жуткой гримасой страдания.
Монахи решили, что он мертв, хотя на его теле не было ран. Принесли тело в монастырь и похоронили в соборе.
* * *
— Каких демонов они его не сожгли? — спросил я.
— Магия, — объяснил настоятель. — Магия не позволила уничтожить его тело.
— Рассказывай дальше, — кивнул я.
— Пойми, ликтор, — горько усмехнулся настоятель. — Сам я ничего этого не видел. Меня тогда и на свете-то не было. Но монахи догадались, что безумца усыпила аномалия Боли. Похоронили его в соборе и объявили святым. Надеялись, что это поможет. А аномалию Боли решили не закрывать, чтобы ненароком не разбудить кузнеца. Куда проще защищать одних демонов от других, чем иметь дело с обезумевшим убийцей.
— Согласен, — кивнул я. — Но с чего ты взял, что он непременно проснется? И когда это случится?
— Я не знаю, — настоятель беспомощно пожал плечами. — Может, все и обойдется. Зачем ты полез в аномалию, ликтор? Что тебе стоило сначала прийти ко мне?
— А ты бы мне поверил? — спросил я.
— Нет, — подумав, ответил настоятель.
— Вот видишь, — хмыкнул я. — Ладно, что ты думаешь делать? Я в жизни не поверю, что у тебя нет плана на такой случай.
— Бежать с островов — вот и весь мой план, — откровенно сказал настоятель. — Если Георгий проснется, то мы ничего не сможем сделать. Только бежать и молиться.
— Остальные монахи знают? — спросил я.
Настоятель покачал головой.
— Нет. Они знают только, что аномалию Боли нельзя закрывать. И входить в нее строго запрещено.
— Надо было табличку у портала поставить. — пошутил я. — Ладно, святой отец. И в самом деле, лучше вам убраться
