замедляться у ответвлений — кто знает, куда понесло второго охранника. После третьего поворота я увидел впереди пляску света на стенах и еще ускорился — теперь не уйдет.
Он все же попытался. Даже поставил щит из огня у меня на пути. Я его разбил еще одним копьем и запустил в спину теневым лезвием. Он упал и больше не двигался.
— Падаль, — проворчал я и поспешил обратно. — Только силы на тебя потратил. Девушки-красавицы, вы тут?
— Конечно, тут, красавчик, — с хихиканьем появилась самая молодая из призрачных ведьм. — Хорошо, что ты с ними разобрался — надоели зануды. Чего ты хочешь?
— Сможешь посмотреть, что там за дверью, и рассказать?
— Там два охранника в коридоре и мальчик в камере. Грустит у тела старика, — сообщила она тут же. — Мы там были — провожали его.
— Граф ушел, не застрял здесь? — с тревогой спросил я.
— Ушел. С облегчением ушел. Мы указали ему, в какой стороне Навь. Марта даже полетела его проводить, — серьезно добавила она.
— Спасибо за это.
— Он был хорошим. А теперь поспеши, а то мальчику совсем грустно. Он может сделать глупость.
Я кивнул и побежал. Вскоре увидел свет — Ольга подняла фонарь охранника и теперь изучала стены.
— С ними покончено. Бежим, а то Слава на грани, — сказал я.
— Он… — она оступилась от страха.
— Нет, не умирает, — поспешил я успокоить царевну и поддержал, чтобы не упала в грязную воду. — Но глупость сделать собирается.
— Откуда ты знаешь? — удивилась Ольга.
— Привидение сказало.
— Ты и тут с нелюдями общий язык находишь, — иронично усмехнулась она. — Как так?
— Не делаю различий и отношусь по-человечески, — фыркнул я и понизил голос до шепота. — Пришли. Теперь тихо.
— Твои друзья уже начали, Темный. — Выскочило из стены привидение средних лет. — Торопись.
Оля вздрогнула и зажала рот рукой, чтобы не закричать. Но тут же поняла, что опасности нет и перевела дыхание, покачав головой.
— Где они? — спросил я.
— Уже у главного входа.
Времени на аккуратную работу не осталось, слишком долго разбирался с охранниками. Да и какая аккуратность, когда на поверхности кипит бой⁈
— Я не буду снимать иллюзию — сразу выбью дверь. Пойдешь прямо за мной, — предупредил я Ольгу и начал чертить руны.
Ничего сложного тут не требовалось — только попасть. А куда бить, я знал. Так что начертил всего две руны: Алатырь и Чернобог. Из моей руки вылетел темный луч толщиной с хороший таран и врезался в стену. Раздался треск дерева, скрип петель и грохот падения чего-то тяжелого. Видение стены на миг пошло рябью и снова выровнялось.
Я потратил еще лишь секунду на подготовку заклинания темных осколков, но не стал пока указывать направление. И первым проскочил иллюзию стены.
Оказался я в полутемном коридоре метров в десять длиной. Слева и справа виднелись по три двери, видимо, в камеры. В конце коридора стоял человек, возле левой центральной камеры еще один. У его ног валялась искореженная дверь.
Они нас ждали и уже заканчивали писать латинские буквы — один огнем, другой кровью. Я не успевал поставить щит и выскочил обратно, сбивая Ольгу с ног. Над головой пронесся огненный шар и рой кровавых стрел. Они разбились о стену. Кровь стекла в воду и поплыла темными разводами.
— Дубль два, — пробормотал я. Плечо тянуло, но сейчас не до того.
Подошел к невидимому проему, просунул руку и все же активировал темные осколки. Я не видел, но хорошо представлял, как туча острых сгустков тьмы летит по коридору, часть впивается в живую плоть и исчезает, остальные летят дальше, пока не разобьются о преграду, живую или не очень.
Послышались возгласы боли. Я подготовил еще одно заклинание и вошел. Ближний ко мне охранник валялся мертвым, второй стонал и зажимал рану на животе. Я потянулся за кинжалом и понял, что рука не слушается и висит плетью. Следом пришла боль. Как же я устал от нее.
— Оля, заходи! — крикнул я и пошел к раненому, неловко доставая кинжал левой рукой. За мной тянулись мокрые следы.
— Шеф… — булькнул умирающий охранник, когда я занес над ним оружие.
— Продолжай, — подтолкнул я его и остановил руку.
Сзади слышалось шлепанье мокрых ног по полу — царевна благоразумно сняла туфли.
— Он сказал, что ждет тебя наверху. Принц… знает… — выдохнул охранник и умер без моей помощи. Вот молодец.
— Ты ранен, давай… — Ольга подошла и подняла руку.
— Сначала Слава, — прервал я ее и указал на одно из тел. — У него связка на поясе.
Сам я больше наклоняться не захотел, хватило первого раза — едва не потерял сознание, пока слушал шепот этого смертника.
Ольга забрала ключи и подошла к двери. Начертила руны, какие показал ей Миша. Запорное заклятие исчезло и мы с облегчением выдохнули. Царевна подобрала ключ и повернула его в замке. Дверь открылась, но мы никого не увидели внутри.
— Свят, это я, — позвала Ольга.
— И я. Не надо на нас нападать, твое высочество, — добавил я и прислонился к стене. — Давай быстрее. Там на улице бой идет.
— Я даже не могу спросить у вас ничего. Если вы подменные, знаете то же, что и моя сестра и друг, — мрачно ответил Слава из темноты. Его голос звучал устало и тускло.
— Слав, заканчивай, я тут раненый вообще-то, — фыркнул я и первым вошел в камеру.
Темноту разгонял свет единственной свечи. В нем хорошо виделось тело. Включать фонарь я не стал, чтобы не травмировать глаза друга.
— Я не знаю, каким был настоящий Леонид Григорьевич, — сказал я уже серьезно. — Но Подменыш играл его роль хорошо. Наверное, если бы играл хуже, мы бы успели.
— Это что, кровь? — строго спросил Слава. Все это время он стоял у стены рядом с дверью, как я и предполагал. — И почему Ольга не залечила?
— Он не дает, — вздохнула она.
— Точно Димка, — с облегчением выдохнул он и звякнул цепями.
— Ты где такую армию Подменышей бы нашел? — усмехнулся я. — Так, надо с тебя снять эту дрянь.
— Оля, лечи его сначала, — решительно заявил Слава. — И не теряй время на споры, если там идет бой.
Ольга всхлипнула и занялась моей спиной. Сразу стало легче.
— Почему вы такие мокрые? — спросил он.
— Там буря. Никакой зонт не спасает, — ответил я. — Где ключ от варежек, на связке?
— Нет, вон там, на стене.
— Закончила, — сказала Ольга и кинулась в объятия брата.
Он осунулся, лицо закрыла густая светлая поросль. О запахе немытых тел я предпочитал не думать и пошел за ключом. Взял его и замер.
Теперь я
