инициативу Макс. - Нам не осталось ничего, кроме как доказать тебе делом, что мы и правда хотим стать лучше, малышка, - мужчина останавливается и с надеждой заглядывает мне в глаза. - До встречи с тобой в жизни меня интересовали только деньги и власть, которую они давали. Я думал, что был счастлив. Думал, что этого достаточно, - Макс с грустью вздыхает. - В погоне за этим сомнительным счастьем я шёл по головам и делал больно другим... Я сделал больно тебе, - он берёт меня за руку и подносит её к губам. - Лина, я знаю, что не заслуживаю второго шанса, но всё равно смею просить о нём.
У меня в глазах начинает жечь... не знаю, куда девать взгляд.
- Мы хотим, чтобы ты поняла глубину наших чувств к тебе, - вступает в разговор Эд. - Ты самая добрая и чистая девушка из всех, что я когда-либо встречал. Ты мой Ангел, - мужчина берёт меня за другую руку, а потом внезапно кладёт ладонь мне на живот.
Так нежно и робко, что я буквально лишаюсь дара речи от переизбытка чувств.
- Я люблю тебя, малышка, - говорит Эд.
- Мы хотим, чтобы весь мир узнал о твоей ангельской доброте, - голос Макса подрагивает. - Поэтому мы решили построить эту детскую больницу в честь девушки, которая готова была пойти на всё, чтобы спасти одного маленького мальчика. Была готова на всё, ради любви к нему, - Макс привлекает моё внимание, показывая куда-то вдаль. - А теперь ради любви к этой девушке я готов пойти на всё.
Слёзы застилают мне глаза, но я всё равно напрягаю зрение.
Чуть дальше, прямо перед полукруглым светлым зданием возвышается четырёхметровая статуя... ангела.
- Вчера установили, - сияет Эд. - Я сам эскизы делал.
- Пошли посмотрим? - взволнованно интересуется Макс.
Я медленно киваю.
Мужчины подводят меня ближе.
Статуя сделана из бронзы. Фигура девушки-ангела кажется величественной, но одновременно хрупкой и воздушной...
Крылья красиво расправлены. Длинные волосы будто развиваются по ветру. Руки сложены в молитвенном жесте.
А её лицо...
- Боже... - шепчут мои пересохшие от волнения губы, пока я вглядываюсь в правильные черты девушки-ангела.
- Это ты, малышка, - подтверждает мою догадку Эд. - Это всё ты.
- Да, Эд прав, - соглашается Макс. - Эта больница для детей появилась благодаря тебе. Благодаря твоей храбрости, силе духа и безусловной любви.
Я ещё какое-то время продолжаю вглядываться в лицо статуи, находя между нами всё большее сходство.
А потом перевожу взгляд на стоящих передо мной мужчин.
Кажется, что я вижу их впервые.
Конечно, их красивые и такие привлекательные лица мне давно знакомы, но сейчас меня гораздо больше пленяет то, что скрыто у них внутри. Сейчас я впервые вижу их души. И они… очень мне нравятся.
- Вы сделали всё это… ради меня?
- Не только, - смущённо говорит Эд. – Конечно, когда мы только начинали строительство, то не думали, что оно настолько поглотит нас. Мы лишь хотели заслужить твоё прощение. Но в итоге…
- В итоге, - подхватывает Макс. – Мы нашли в этом то, чего не хватало в нашей предыдущей работе.
- И что же это? – спрашиваю я.
- Отдушину, смысл, удовлетворение, - загибает пальцы Макс.
- Простор для творчества, - вставляет Эд.
Поражённая до глубины души, я перевожу взгляд в одного мужчины на другого.
- Ну что, детка, - Макс смотрит на меня, улыбаясь. - Сможешь подарить нам своё прощение?
- Сперва мне, - Эд усмехается. - А то вдруг на двоих её не хватит?
Я тоже не могу сдержать улыбку.
- Хватит, - твёрдо говорю я, глядя им в глаза. - Моей любви хватит на двоих, - моя рука ложится на живот. - А точнее, на троих.
Ангелина
- Наш самолёт совершает посадку в аэропорту имени Бен-Гуриона, - сообщает громкоговоритель.
Макс, сидящий всё это время у прохода, устало морщит лоб.
Как и обещал, он всю дорогу держался и не жаловался на тяготы полёта бизнес-классом. Конечно, для него это стресс по сравнению с привычными частными рейсами на самолёте, принадлежащим компании… но мы с Эдом убеждаем его проще относиться к жизни. И иногда у него это получается.
Я ёрзаю в кресле. Малышка сегодня как никогда активная. Весь полёт возилась и не давала мне ни минуты отдыха.
- Ты как? - заботливо спрашивает мужчина, когда самолёт успешно завершает посадку.
Именно Макс захотел познакомиться с моей мамой до рождения ребёнка.
У него нет семьи, и, как мне кажется, Максу очень хочется её обрести.
- Нормально, - вздыхаю я.
Эд сидит спереди и то и дело оборачивается к нам.
Так странно, что боссы теперь друзья... За последние три недели я так к этому и не привыкла. Видеть мужчин спокойными и дружелюбно настроенными по отношению друг ко другу.
Настоящая дружба, наверное, всегда возвращается. Несмотря на разногласия и противостояние, души, некогда связанные друг с другом узами дружбы, никогда не перестанут примагничиваться.
Когда я спросила Макса по поводу их с Эдом отношений, он лишь пошутил в ответ: "Ангел, настоящий друг это тот, кто верит в то, что ты хорошее яйцо, даже если внутри ты немного протух."
Макс сказал, что они оба с Эдом внутренне протухли и только моя слепая вера в них заставляла их держаться на плаву.
Помню Эд услышал наш разговор и улыбнулся, сказав, что невозможно ненавидеть друг друга, если вы искренне любите одного человека.
Последние несколько недель мы заново привыкаем друг ко другу. Это так странно и волнительно… Семья, состоящая из троих людей.
Знаю, что всю жизнь на меня будут косо смотреть, но, несмотря на это, внутри себя я чувствую, что сделала правильный выбор.
