смотрела на чужаков затаившись. Парню пришлось выйти вперёд и закрыть её от солдат.
— Мы в ваших людей не стреляли. Своей дорогой идём. Отпустите, и дальше ей следовать будем.
Дружинник лишь ухмыльнулся в ответ и движением руки велел помочь раненому. Домовые сорвались с места, чтобы подхватить застонавшего друга. Некоторые из них заглянули в машину, остальные занялись трупами.
— Нет, брат, ты уж извини, но отпустить мы вас точно не можем, — заключил Славомир. — Знаешь, кто мы?
— Конечно — Небесная дружина из шести городов. Вы перевал держите через Пояс.
— Верно, всё так. Только на перевале знаешь ли не сидится. Такая мразь с востока попёрла, что лучше их у Пояса перехватить, чем у себя на загривке почуять. Этим дозоры и занимаются. Вот на один из них вы как раз и нарвались...
С этими словами Славомир грустно взглянув на расстрелянный транспорт. Олежка улучил момент, чтобы аккуратно спросить:
— Но тавриты же не пришлые со стороны, они ведь тоже из шести городов. Разве не так?
Глаза Славомира превратились в две злобные щёлки. Он провел рукой по усам и, будто говоря о какой-то исключительной гадости, произнёс:
— Тавриты — это курвы конченые. Не только на домовых зубы точат, но и на остальных в дружине глядят, как на грязь. Но сегодня они край перешли – это Василий верно отметил. Дальше скотоводы будут дело с Ладоном иметь. Он – воевода законно избранный всеми. Хороший мужик, хоть и из Китежа. Ты с ним и сам скоро увидишься. Приказ у нас есть: всех, кто с востока идёт и полезен окажется к нему приводить. А сказалец я думаю наипервейше полезен.
После этих слов Славомир подошел вплотную к Олегу. Его подозрительность не исчезла совсем, но уже притупилась. Он спросил то, о чём вероятно хотел знать каждый на перевале.
— Ты же видел их, верно? Серую орду, которая во главе со своим Повелителем катится?
Скиталец кивнул, и в глазах Славомира появилось многозначительное выражение.
— Выходит, вам точно с нами идти. Но сам не бойся и за девушку не переживай – мы вас под защиту Дома берём, а значит никто вас не тронет. Садитесь в броневик и поехали.
Звук моторов ничего хорошего не предвещал – Михаил всегда предупреждал своего сына об этом: бойся тех, кто силу имеет. Они отберут последнее и ради смеха заставят страдать. А если не убьют, то покинут тебя беззащитного в холоде и даже не оглянутся.
У гор мог поджидать кто угодно – от Небесной дружины до обычных бандитов. Если Анюта с Олегом попались в ловушку, то выбраться у них шансов не оставалось. Восемнадцать Зим отец пытался вырастить сына, и тот мог сгинуть сейчас за единственный день. Вспоминая всю жестокость увиденную на дорогах, скиталец готовился к бою. Сколько бы врагов ни пришлось повстречать, каким бы оружием они ни владели, он бы всё равно ринулся в драку. Михаил был даже готов умереть, если нужно, но никого всё равно спасти не успел...
На занесенной снегом дороге остались только следы от машин и кровавые пятна. С замиранием сердца старик начал искать среди снега хотя бы подсказки. Вся земля здесь была перепахана колесами автомобилей и ногами людей. В грязной каше валялось много отстрелянных гильз и прочего хлама. Судя по колее одну из машин утащили волоком на прицепе. Среди хоровода следов удалось разглядеть и знакомые отпечатки – они обрывались возле крупного следа броневика. На этом его познания следопыта закончились, но отец всё же сумел сделать верные выводы.
Их увезли прочь на машинах Небесной Дружины. Солдаты возвращаются к перевалу, где стоит войско с запада, а значит Олег в плену и сам он не выберется…
За спиной Михаила вновь послышался зловещий марш барабанов. Близилась кровавая битва, и Олежка с Анютой могли оказаться в самой гуще событий. Они станут невольными свидетелями ненужной скитальцам бойни – её беззащитными жертвами.
Отцовское сердце сжалось – из-за склок семья оказалась в беде. Всё складывалось хуже некуда, но у Михаила ещё оставался шанс на спасение. Нет, не для себя — он никогда бы не бросил Олега в руках людей готовых к резне. Отец должен был попытаться спасти своего единственного ребёнка, как бы дорого это не встало. Долг перед Светланой ещё не был уплачен. Только вместе с сыном он отправятся к убежищу возле гор – семья спрячется там от войны и от лютого холода. Они должны позаботиться о себе, пока не станет уже слишком поздно.
Без отдыха Михаил побежал по дороге, до подножия Пояса оставалось ещё далеко. Снег тихо присыпал его следы белым пухом, но это не стало помехой для тех, кто вышел по ним из лесной тишины...
Анюта не хотела садиться в машину – броневик казался ей невиданным зверем, жадно открывшим раскосую пасть. Олег шепнул ей, что бояться нечего и слегка подтолкнул девушку к люку. Возможно это было действительно так: домовые даже не стали отбирать у скитальцев оружия. Дружинники встретили их хоть и настороженно, но убивать явно не собирались. В рядах ополченцев числились старые, бывалые воины, но были и ещё совсем молодые юнцы. Они с интересом разглядывали напряженно озиравшуюся в транспорте девушку. Мало кому из них доводилось видеть живого скитальца, хотя судьба сама забросила оседлых парней далеко от стен
