Однако она ошиблась. Когда Валечка, нагруженная пакетами, вернулась из магазина, Влад забрал у нее сумки и протянул ей телефон:
– Вам, милая моя, звонили ваши неудачники, а я имел неосторожность снять трубку. Один из них уже едет сюда, так сказать, реанимироваться… Я даже могу помочь вам с ним побеседовать, в знак благодарности за то, что вы тащили для меня эти тяжелые пакеты…
– Спасибо, – пробормотала Валечка. – И когда он будет?
– Думаю, нескоро. Не помню, откуда он едет, но точно издалека…
Валечка бросила пакеты, забрала у Влада телефон и позвонила Костику:
– Слушай, ты сейчас очень занят?
– Для тебя – свободен. А что?
Валечка улыбнулась, но тут же спрятала улыбку, заметив, с какой иронией косится на нее Влад.
– Помнишь нашего Shegl'а, или Shegol'a? Так вот, он мчится сюда и, видно, хочет поговорить… Влад обещал мне помочь, но, думаю, если ты приедешь, будет просто здорово. Две головы хорошо, а три – лучше. Тем более работают они у нас по-разному…
– Конечно приеду, – сразу же согласился Костик. – Уже бегу, только куртку надену.
– Жду, – коротко ответила Валечка и положила трубку. – Что это вы так на меня смотрите? – поинтересовалась она у Влада, который все еще разглядывал ее и, улыбаясь, качал головой. – Лучше бы пакеты на кухню отнесли.
– Да вы, моя милая, влюблены… – еще шире улыбнулся Влад. – Глазки горят, голосок дрожит… И не вздумайте со мной спорить, я, знаете ли, это выражение на девичьем личике вижу уже не в первый раз… И надеюсь, не в последний…
– Да ну вас, – покраснела Валечка.
Она и без Влада узнала это хорошо знакомое, но давно забытое легкое, пьянящее чувство. В последний раз нечто похожее она испытывала к мужчине, которого едва успела разглядеть, – Neznakomc'у, но тогда к этому чувству примешивался страх. Страх не понравиться, страх снова оказаться обманутой, отвергнутой…
С Костиком этого страха Валечка не испытывала. Во всяком случае, она знала точно, – он не лжет. Единственное, чего она опасалась, поддавшись этому новому внезапному и сильному увлечению, – того, что Костик воспринимает ее не как женщину, а скорее как подругу. По неудачам… Как хорошего человека, увлеченного светлой идеей, той же, что увлечен он сам…
Конечно, услышать это от Костика было бы неприятно и даже болезненно, но Валечка отдавала себе отчет в том, что такая правда гораздо лучше отвратительной лжи, которой несколько лет пичкал ее Славик…
Костик превзошел самого себя и добрался до Валечки всего за пятьдесят минут, даже не заметив, как пролетело в дороге время.
Уже стемнело, на его лицо, волосы и руки падали мягкие хлопья первого снега, и Костик ловил этот снег ртом, с трудом удерживаясь от желания закричать во весь голос или что-нибудь запеть.
Собственная «незаметность» в последнее время не докучала ему так, как раньше. Тычки прохожих, оттоптанные ноги, дороги, которые он был вынужден переходить, пристроившись шаг в шаг к какому-нибудь пешеходу, – все это казалось теперь такой мелочью… А возможно, людей, не замечающих его, и правда стало меньше?..
Около подъезда Костик заметил молодого человека в оливково-зеленой куртке, отороченной мехом какого-то пушистого зверька. Парень, как слепой щенок, тыкался в домофон, и, чуть не плача, проклинал все коды, а заодно и тех, кто их придумал.
– Вы что, код забыли? – спросил Костик.
Молодой человек обернулся. В его небесно-голубых телячьих глазах было написано отчаяние.
– Нет, номер квартиры, – объяснил он. – Я здесь первый раз… Ни фига не открывается…
Выглядел он настолько подавленным, что Костик сразу понял: домофон тут ни при чем.
– Да не волнуйтесь, – утешил он парня, – сейчас все откроем.
Набрав девяносто пять, Костик услышал уже знакомый голос Влада:
– Слушаю?
– Это Костик, пришел в гости, – улыбнулся Костик.
Домофон запиликал, Костик потянул за ручку двери:
– Заходите.
Парень буквально вбежал в подъезд и рванулся к лифту. Костик пожал плечами, придержал дверь, чтобы не хлопнула, и поднялся за ним.
– Вам какой этаж? – спросил Костик, когда они зашли в лифт. Сейчас, при свете, он заметил, что молодой человек дрожит, как заяц под прицелом ружья.
– Кажется, пятый… – неуверенно ответил тот.
– Кажется? – Костик нажал на кнопку. – Мне вообще-то туда же. А вы к кому?
– К Вале…
– К Вале? – Костик потихоньку начал догадываться, что к чему. – А вы, случайно, не Щегол?
– Да не Щегол я, а Щеголь, – раздраженно исправил парень и тут же уставился на Костика изумленным взглядом. – А вы-то откуда знаете?
– А я – Валечкин друг. Вы, наверное, меня видели на форуме. Я – Ансельм.
– Ах, Ансельм… – пробормотал парень, которому это имя явно ничего не говорило. – Приятно познакомиться.
Когда они вышли из лифта, дверь в квартиру была уже открыта. На пороге стояла Валечка, а за ее спиной подпирал плечом стену Влад.
– Привет, а мы тут с Щеголем в лифте встретились… – сообщил Костик и тут же заметил, что Валечкино лицо вытянулось и даже побледнело. При этом Валечка смотрела явно не на него, Костика. Она во все глаза уставилась на новоприбывшего Щегла, то есть Щеголя.
– Славик? – одними губами прошептала она. – Ты что тут делаешь?
– Валечка? – спросил Щеголь, который удивился и смутился не меньше Валечки. – А ты?
Влад наблюдал за этой сценой с улыбкой человека, ожидающего увидеть интересное представление.
– Вы что, знакомы? – покосился на Валечку Костик и тут же понял, что сморозил глупость. Эти двое смотрели друг на друга такими глазами, что только он, дурак, не понял, насколько близко они были знакомы.
– Знакомься, Костик, – это мой бывший парень, Славик. – Влад – это Славик…
– Очень приятно, – не меняя выражения лица, поздоровался Влад.
– Я бы сказал, что мне приятно, – угрюмо произнес Костик, – но кое-что о вас уже слышал…
– Значит, ты и есть Щегол?
– Щеголь, – поправил Славик. – Ну да… Только мне в голову не могло прийти, что Валя – это ты.
– Я, – подтвердила Валечка, на чьем лице все еще блуждала растерянность.
– Разговаривать на пороге будем? – вмешался Влад. – Я, знаете ли, не горю желанием подхватить простуду. Вы, милая моя, решайтесь – пускаете его в дом или нет. Если нет – закрывайте дверь. У меня уже ноги замерзли…
Решение оставалось за Валечкой. Костик понял, что сейчас ей, как никогда, нужна поддержка. И хотя Костик ненавидел Славика всеми фибрами души, и хотя Костику очень хотелось попросить его убраться, и хотя ревность лезла изо всех щелей, как тараканы, расплодившиеся на грязной кухне, он предложил:
– Заходи, Славик. А потом будем разбираться…
