Лампы замигали, включилось аварийное освещение по потолком, подсвечивая монорельс для передвижения контейнеров. Когда мы уже почти пересекли заваленный хламом коридор, яркие линии вспороли наполненный темнотой воздух. Пришлось спрятаться за переборкой у пожарной лестницы и отстреливаться. В нас стреляло человек пять.
Я, наконец, отпустил отца. Во мраке было сложно понять, ранен ли он, но двигался свободно.
Стоило мне отвлечься на стрельбу, отец куда-то делся. Залез на лестницу? Я посмотрел наверх, на поблескивающий по потолком монорельс. Если как следует уцепиться, то…
До нас с Сантьяго донеслись крики. Я высунулся из-за укрытия.
Среди стреляющих охранников металась тень. Она ловко лавировала между ними, заставляла их палить друг в друга. В руках тени серебристым отблеском играло зеркальное лезвие катаны. Я застыл, не смея отрывать взгляд от этой смертоносной красоты. Неужели это мой отец?
Кто-то начал стрелять в меня с другой стороны, синеватые лучи проносились рядом. Близко. Врезались в металл над моей головой. В мигающей мгле я увидел в отца прицелился один из охранников, выглянувший из-за контейнера.
Время потекло медленно, и я в нём будто завяз. Не мог пошевелиться.
Казалось, я уже видел, как мигает заряд в накопителе бластера. Убийца жал на курок. Выхватив себя из цепенящего ужаса, я выстрелил врагу в ногу. И в этот момент Сантьяго толкнул меня в пол, заставляя лечь, а сам добил атакующего с тыла противника.
Повисла гробовая тишина, в которой слышалось только наше с Сантьяго дыхание.
– Отец… – негромко позвал я.
Всё было тихо. Я выглянул и увидел разбросанные трупы. К горлу подошла тошнота. Но где отец? Неужели его убили? Внимательно всматривался, ища его тело в синем пиджаке.
– До шахты осталось немного, – отчеканил Сантьяго. – Вперёд.
Мы двинулись вдоль стены к люку, забрались, и только тогда я немного выдохнул.
– Где Смарт? – спросил я у Сантьяго, бежавшего по коридору шахты чуть впереди.
– Изучает коробочку, – холодно сказал он.
– Мы идём к нему?
– Да, – отмахнулся Сантьяго, понятное дело он совсем не хотел со мной говорить, потому что я нарушил приказ.
– Ты в порядке? – я обратился к отцу, идущему сзади.
– Со мной всё хорошо, – нехотя произнёс он, но потом подойдя ближе, тихо спросил: – Зачем ты вмешался?
– Как зачем? – от его вопроса мне стало неловко. – Ты мой отец…
Он замер на секунду, сбитый с толку этим простым ответом.
– Наконец-то! – послышался громогласный шёпот Смарта. – Вещица знатная! О…
Его лицо вытянулось, когда он взглянул на моего отца:
– А это кто? Твой папашка?
– Меня зовут Герман Этнинс, – коротко сказал тот.
– Смарт, – он протянул отцу руку, а во второй держал взрывоопасную коробку.
– Махаон здесь производит оружие? – спросил отец, пожимая ладонь Смарту.
Я опять не мог считать, что он чувствует, неприязнь, или наоборот рад знакомству.
– Очевидно, да, – сказал Сантьяго, протягивая отцу руку. – Сантьяго Родригес.
– У Андромахи их десять, – добавил я.
– Одна такая может взорвать пол станции, – продолжил Смарт. – Десять способны сдвинуть орбиту небольшого…
– Ты можешь её обезвредить? – перебил его Сантьяго.
– Я её деактивировал, – он показал нам синий квадрат, прикрепленный к черной коробочке. – А чтобы активировать достаточно снять чип, который я к ней прикрепил.
– Мы можем вывезти коробку в космос, – снова показал свою смекалку я.
Сантьяго посмотрел на меня как-то неодобрительно.
– Сэр, – он обратился к моему отцу, и как ни странно, очень уважительно, наверняка хорошо запомнил, как отец рассёк его катаной. – Вы знаете что-то о планах Махаона?
– Ещё меньше, чем вы… – отец внимательно посмотрел на меня, затем на Сантьяго. – Знаю только, что у него тесные отношения с корпорацией Дельта. Он собирается взорвать станцию?
– Да… Значит, идём в ангар, туда должен прилететь Шëпот. Пусть решает, что делать с бомбой.
– Шёпот прилетит? – Смарт радостно взмахнул руками и подбросил коробку. Мы с отцом изрядно напряглись.
– Да, он связался со мной. Рассел с Трэнсом откроют им шлюз, – хриплым от усталости голосом сказал Сантьяго и кивнул на узкий проход в ангар.
Действие обезболивающего могло скоро закончиться. Обычно такие препараты работают почти сутки, но ручаться за тот, что мы взяли у Мадлен, я не мог.
Мы влезли в тесный тоннель. Я испытывал небывалую радость, глядя на отца, пускай сейчас я видел только его зад и коричневые подошвы ботинок. Он здесь, он жив. Он не где-то в тюрьме, а рядом. Мне очень хотелось спросить, что отец вообще думает обо всем, останется ли с нами, хотелось просить прощения, что я подвёл его. Но неудобно говорить о таких вещах, когда ползёшь на четвереньках, да и при свидетелях.
Когда мы оказались в ангаре, я снова почувствовал вибрацию и услышал гул прилетевшего корабля. На сей раз я его видел. Это был обычный, ничем не примечательный транспортник в форме шестиугольной призмы, со слегка выпирающими на гранях манёвренными двигателями. Тут же по нему начала палить охрана из чего-то крупнокалиберного. Из корабля ответили залпом, сбившим одну из пушек, но вторая подбила судну орудие. Сантьяго указал мне и Смарту на стрелявших из второй пушки, что находилась на выдвижном постаменте, а отцу жестами указал на контейнеры нависающие над ним. Как ни странно, отец с четкостью солдата ринулся исполнять просьбу. Кем же ты был, папа, до службы в дипкорпусе?
Сантьяго пошёл первым, а мы со Смартом прикрывали.
Пока наши выстрелы отвлекали врагов, управляющих пушкой, отец, забравшись на контейнеры, спрыгнул на них сверху. Разрубил одного, ранил второго, третий выстрелил в него. Мне показалось, что повисла жуткая тишина. Опять.
Вскоре раздался крик очередного убитого отцом, а сам он спрыгнул с постамента, на котором стояла пушка. Я снова начал дышать. Вся эта кровавая вакханалия плохо вязалась с его миролюбивым характером. По крайней мере, с той его частью, которую я знал.
С другой стороны ангара снова послышалась пальба, из корабля уже высыпали десантники в бронескафандрах. И… у меня даже сердце замерло. В тайне я надеялся, что сейчас увижу Принс.
Шёпот, Хан, Вараха, доктор Тардис, Катран… Принс не было среди прибывших. Главное, чтобы с ней всё было хорошо. Ужасно хотелось её увидеть, ведь тогда этот бесконечный поток врагов не воспринимался бы так удручающе. Мне бы влилось больше решимости в грудь, а она была очень нужна.
Но хорошо, что Принс нет в этой стычке. Меньше шансов, что она погибнет. Моя девочка.
В ангар подошла новая волна врагов, их оказалось человек двадцать. А нас в два раза меньше. Но хотя бы уже не четверо.
От автора: С наступившим вас Новым Годом! Очень надеюсь, что закончу эту книгу в январе. Я чуток волнуюсь, что у меня не получается все приключения вложить в две книги, как изначально хотела. Однако история получается такая объёмная, что для Броссара нужна целая книга)))) Спасибо, что читаете. Помните, комменты добавляют мне вдохновения. Я их очень люблю. Мне нужно чувствовать, что с той стороны экрана кто-то читает и машет мне ручкой.
20.2
~3112~
Шепот уже на Линдроузе. Он связался с Сантьяго. Тот жив, как и Смарт, как и Трой. Я на секунду прислонилась щекой к холодной стене, подходя к каюте Альдо. Напряжение таяло в мелкой дрожи.
Они живы. Трой жив. Не предал меня, как говорил Карлос. Сантьяго сказал, что одна из коробок с бомбами отправлена в конуру конгломерата. Я шла к Альдо с очередным предложением, и это было волнительно.
– Сэр, мы должны спуститься на станцию, – сказала я, войдя. – Линдроуз может стать нашим оплотом, но его доверие нужно заслужить. Мне.
Свет в каюте Альдо менялся от светло-жёлтого до оранжевого. Была включена опция «Камин». Мне это нравилось, вспоминались вечера на Веге у костра.
