он в опасности?
– Так он же запечатлен на тех компрометирующих фотографиях! Конечно, он в опасности!
Брэдфорд снова хмыкнул, на этот раз скептически. Ну и ладно, ей нет дела до мнения этого хамоватого мужлана.
– Надеюсь, вы предупредили горничных, чтобы они работали в паре? – спросил Брэдфорд, заворачивая на длинную, обсаженную деревьями аллею, ведущую в Маллоуэн-холл.
– Конечно, предупредила.
– И вы тоже, не сомневаюсь, следуете своему совету, миссис Брайт?
Филлида удивленно взглянула на него.
– Мистер Брэдфорд, неужели вы беспокоитесь о моей безопасности?
Эту реплику встретило очередное ироническое фырканье.
– Честно говоря, мне просто надоело возиться с трупами. Снова понаедет полиция, набегут репортеры… – протянул шофер. – Я приехал сюда, чтобы как можно реже встречаться с людьми, а пока выходит наоборот.
Филлида открыла дверь, чтобы выйти из машины, и услышала за спиной раздраженное бормотание:
– Да, черт меня подери, совсем наоборот.
* * *
Как и планировалось, Филлида вернулась задолго до вечернего чая. Она предпочитала сама обслуживать гостей за чаепитием, и сейчас ей не терпелось увидеть всех, чтобы проверить наличие на пальцах перстней.
Держа в памяти форму перстня и изящной кисти загадочного мужчины, Филлида не сомневалась, что по этим двум признакам легко опознает того, кто был запечатлен на снимках в обнимку с Мустардом. Тем более что она подозревала, кто именно это мог быть.
Однако она недооценила упорство мистера Слоупа. Он постоянно подзывал ее к себе – а сам занял место в углу, чтобы иметь возможность безнаказанно проводить рукой по ее ногам, бокам и спине (или пониже спины), – и все время требовал подлить ему виски или чая, поднести спичку, принести печенья, и так без конца. Он вел себя достаточно вежливо, так что другие гости не обращали на них внимания, к тому же все были заняты обсуждением нынешнего положения: кто-то злился, что не может уехать из Маллоуэн-холла прямо сейчас, кто-то хвалил хозяев за гостеприимство и комфортные спальни. А Филлиде тем временем приходилось совершать немыслимые пируэты, чтобы шаловливые пальчики мистера Слоупа не поднимались выше ее колен.
В конце концов она решилась на ответную атаку в ее собственном стиле: изящное уклонение, парирование, смертельный удар.
– Как прелестно нынче пахнет душистый горошек, – томно сказала она, обращаясь к миссис Баджли-Родс. – Он сейчас в самом цвету, я срезаю стебли для букетов каждый день. Такая яркость красок! Я велела горничной отнести букетик в вашу спальню. Надеюсь, вам понравится этот тонкий аромат.
– О да, конечно, миссис Брайт! Обожаю этот чудесный запах! – сидевшая рядом со Слоупом миссис Баджли-Родс улыбнулась Филлиде с искренней симпатией. – Как мило с вашей стороны так заботиться о нас.
– В саду всегда так тихо, он ведь выходит на задний фасад дома. Я часто гуляю там перед ужином, – невинно сказала Филлида и заметила, как мистер Слоуп буквально дернулся в ее сторону. Стерев с лица удовлетворенную улыбку, она продолжала: – Пока все беседуют за рюмочкой шерри и я знаю, что в моих услугах нет нужды, ведь напитки разливает мистер Доббл, я гуляю одна среди гардений и флоксов, их аромат пьянит и будоражит.
После этих слов Слоуп перестал досаждать Филлиде, дав ей возможность изучить руки всех находившихся в комнате мужчин, кроме рук мистера Баджли-Родса, которого Филлида исключила из списка подозреваемых по причине толстых пальцев, и мистера Макса (он и так не попал в список). К своему великому сожалению, Филлиде пришлось исключить из черного списка и самого Слоупа, поскольку теперь она по личному опыту знала, что его пальцы слишком короткие, чтобы принадлежать изысканной кисти, ласкавшей волосы мистера Мустарда…
– Миссис Брайт, у вас еще остались взбитые сливки? – спросила миссис Хартфорд. – Мы с Полом просто наесться не можем ваших булочек! Пожалуйста, передайте поварихе искреннюю благодарность от нас обоих, – Амелия Хартфорд пыталась держаться как ни в чем не бывало, но после яростного дневного скандала это было нелегко. Глаза ее еще слегка опухли от слез, и разговор не соответствовал обычной холодно-элегантной манере.
Они с мужем сидели рядом на кушетке, наверняка желая дать остальным понять, что мимолетная ссора миновала и в семье снова воцарился мир. Их отливающие золотом головы – ее темно-русая и его, подобная полированному золоту, – склонились друг к другу, будто они и сейчас обменивались сердечными тайнами. Филлида заметила, что мистер Хартфорд нежно взял жену за руку, будто хотел поддержать ее.
Филлида не обнаружила на его руке с тонкими, длинными, изящными пальцами, ни одного кольца. Вот черт! Так похоже на руку на фото, но без перстня сказать точно невозможно.
Руки мистера Гримсона все время ходили ходуном: он то вертел носовой платок, то подносил его к губам, то смахивал несуществующие пылинки с пиджака… Филлида специально принесла ему кофе сама, но из-за этих бесконечных суетливых движений рассмотреть его руки хорошенько не смогла.
Мистер и миссис Девайн сидели вместе на другой кушетке, что было весьма нетипично. Хотя эти красавцы никогда на людях не ссорились, наоборот, общались друг с дружкой тепло и нежно, она никогда раньше не замечала, чтобы они сидели или даже стояли рядом. Интересно, какое отношение такое изменение в поведении имеет к утренней сцене, когда Тана Девайн отправилась утешать любовницу мужа?
Руки Джеффри Девайна были столь же красивы, как и остальные части его тела, и Филлида не могла вычеркнуть его из списка – он вполне мог быть изображен на фото. Вот только по снимку не очень понятно, насколько смугла на руках кожа – ведь на них могла упасть тень… Как жаль, что не существует цветных фотографий!
Она вздохнула. Ни одного перстня (впрочем, к этому разочарованию Филлида была готова: во-первых, все в жизни дается непросто, а во-вторых, она достаточно внимательна, чтобы запомнить кольцо на руке, если оно попалось ей на глаза раньше) и три кандидатуры.
Жаль, что у нее нет с собой фотографий – можно было бы сверить с оригиналами. Черт! Надо было попросить оставить фото себе. И почему бы констеблю и инспектору самим не заявиться к ним и не провести опознание? Возможно, они и хотели это сделать, но почему ни словом не обмолвились и так и не приехали в Маллоуэн-холл?
Ей-богу, этих полицейских вообще не понять – как они умудряются раскрывать убийства при такой странной манере расследования? Хорошо еще, она сама этим занялась, а то и фотографий они бы не нашли. И где они сейчас, интересно знать? Понятно теперь, с чем сталкивались и Пуаро, и Шерлок, когда дело доходило до правоохранительных органов.
Вздохнув, она принялась убирать чайную посуду. Скоро, очень скоро она все поймет… и все
