уберите руки, – приказала Филлида Брайт ледяным голосом.
Брэдфорд тоже бросился к окну, и они встали плечом к плечу, вглядываясь в заросли цветов.
– Ой, какие мы недотроги… – насмешливо протянул джентльмен (Доббл весьма условно смог назвать Слоупа «джентльменом»). – Ну-ну, не надо смущаться… Здесь нас никто не увидит…
Слоуп стоял рядом с миссис Брайт, одной рукой удерживая ее за руку, а другой пытаясь залезть ей под юбку. Доббл охнул от негодования и готов был уже резко окрикнуть Слоупа, но Брэдфорд жестом остановил его.
– Обождите! – тихо бросил он.
– Я не буду повторять второй раз, – проговорила тем временем экономка. Хоть голос ее звучал спокойно и твердо, даже издалека Доббл мог видеть, как побелела ее рука, которую сжимал Слоуп. – Отпустите меня немедленно!
Слоуп и не думал так поступать. Вместо этого он прижал к себе миссис Брайт и попробовал запечатлеть на ее губах поцелуй. В этот момент миссис Брайт будто споткнулась, слегка дернулась и вывернулась из его хватки.
Не ожидавший этого Слоуп отступил на шаг, но тут же рванулся обратно, схватил ее в объятия, и они закружились на зеленом ковре мха в нелепом танце.
Доббл больше не мог этого выносить. Почему шофер равнодушно смотрит, как нападают на женщину? Вот уж не ожидал от него такой трусости! Дворецкий пулей вылетел из кабинета и понесся по коридору к служебному выходу. Плевать, что он может потерять работу из-за драки с джентльменом, глупую экономку нужно защитить! Он взлетел по лестнице, прыгая через две ступеньки, ворвался в душистую зелень сада…
И ошеломленно наблюдал, как одним ловким, плавным движением миссис Брайт дернула рукой, зажатой в кулаке Слоупа, одновременно заводя ногу за его ботинки и сильно толкая в грудь. Потеряв равновесие, Слоуп замахал руками, несколько раз покачнулся и рухнул в пруд прямо к золотым рыбкам, обдав Филлиду мириадами брызг. Доббл с невольным восхищением отметил, что движения миссис Брайт были точными и осмысленными, почти хореографически выверенными.
За его спиной раздался хрипловатый смех, и, обернувшись, он увидел Брэдфорда, который стоял у окна, опираясь рукой на подоконник.
– Я так и понял, что помощь ей не потребуется, – объяснил шофер Добблу, когда тот подошел к нему, слегка смущаясь своему так внезапно оборвавшемуся героическому порыву.
Если миссис Брайт и заметила своих потенциальных спасителей, прятавшихся в зарослях желтых и розовых цветов у окна кабинета дворецкого, она этого не показала. Просто отвернулась от барахтающегося, покрытого водорослями, изрыгающего проклятия Тадди Слоупа, провела руками по бледно-зеленому платью, пригладила волосы и спокойно пошла в сторону дома.
На ее губах играла удовлетворенная улыбка.
Филлида не знала, осмелится ли Тадди Слоуп пожаловаться хозяевам на ее поведение за инцидент в саду, но в том, что ему придется вернуться в дом через парадный вход, она не сомневалась. Не унизится же он настолько, чтобы прокрадываться по лестнице для слуг! А раз так, чтобы подняться наверх и переодеться, ему, мокрому, грязному и воняющему рыбой, придется пройти мимо гостиной, где гости еще пьют чай. Филлида невольно улыбнулась. Мерзавец получил то, что заслужил, уж это точно. Она несколько раз словами и жестами дала ему понять, что ей неприятны его домогательства, но он проигнорировал ее сигналы и даже удвоил усилия! Пусть не жалуется теперь, его предупреждали!
Филлида не боялась выговора со стороны Маллоуэнов. Она знала, что находится в привилегированном положении, а ведь в других «благородных» семьях все обстояло гораздо менее безопасно для горничных и служанок… Взять хотя бы Ребекку Маккардл. Она перешла на работу в Маллоуэн-холл из гораздо более богатого и престижного «Дома у причала»… почему? На это была причина, и, хотя Филлида точно не знала, в чем дело, она обладала достаточным опытом, чтобы читать между строк в бессвязном рассказе горничной и понять следующее: она ушла не потому, что плохо работала, а потому, что с ней плохо обошлись.
Не поэтому ли она так расстроилась, когда к ним приехали гости, и даже сказала Лиззи: «Он здесь. Не могу поверить!» Что-то в этом роде… А еще эти непристойные снимки, которые были тоже сделаны в «Доме у причала»… И девушка сбежала в Маллоуэн-холл, а теперь здесь гостят все те же люди, а Ребекка мертва.
Филлиде было ясно, что совпадением тут и не пахнет и что убийство Ребекки, безусловно, связано с инцидентом в «Доме у причала» и, скорее всего, совершено одним из причастных к нему людей. Но в ее голове кусочки пазла еще не собрались в стройный узор… Именно поэтому она медлила и не спешила сообщать констеблю о своих подозрениях. Картина должна быть совершенно ясна, а пока так не получилось.
Остаток дня после инцидента в саду прошел очень быстро, хотя что-то не давало Филлиде покоя. Кажется, она что-то упустила, что-то забыла… Какую-то мелочь, крошечную деталь, которая позволит собрать воедино ее подозрения, и тогда последние кусочки пазла лягут на свои места.
Ближе к половине двенадцатого ночи Филлида все еще бродила по своей уютной спальне, расположенной рядом с гостиной, где полиция утром допрашивала свидетелей. Затем уселась в кресло-качалку с чашкой чая в руке и сухим печеньем на блюдце. Аромат душистого горошка, стоявшего в вазе на ее столе, окутывал ее благоуханным облаком, напоминая о недавней победе над развратным Слоупом.
Вначале Сырок и Горбушка, возмущенные отсутствием внимания в последние дни, игнорировали ее попытки примирения, но нежные побеги кошачьей мяты, которые ей подарил Амси, в конце концов растопили лед кошачьих сердец. Теперь Горбушка лежала на коленях Филлиды, мурлыкая на всю комнату, пока Филлида гладила ее мягкую шерстку, а Сырок наблюдал за ними с верхней рамы квадратного зеркала, висящего над трюмо.
И как он умудряется забираться в такие места? Прыгает вертикально вверх, почти не задевая поверхность зеркала лапами, и вниз съезжает, умудряясь ничего не разбить. Иногда он даже засыпал на раме, и тогда его задние ноги и хвост свисали над зеркалом, почти полностью закрывая его.
– Если бы мне только вспомнить то, что я забыла… – громко сказала Филлида. – Но что же это такое…
И поделиться не с кем! Комната мистера Доббла, спальни лакеев, приезжих слуг и садовника располагались ниже уровня земли, недалеко от кухни. Служанки, включая приехавшую со своей хозяйкой Фанни, жили на чердаке. Маллоуэны занимали второй этаж, гости располагались на третьем и четвертом. Ну а Брэдфорд, понятное дело, ночевал в своем гараже.
Поэтому Филлиде оставалось только разговаривать с кошками. Они очень умные создания, возможно, помогут залатать дыры в ее теории.
– Что мы имеем? – обратилась Филлида к кошкам. – Голые мужчины на фото, два
