оставалось несколько километров, Мидори внезапно замерла на полушаге в густых зарослях акации, потом медленно развернулась и пошла прямо ко мне, будто забыла, что злилась на меня и считала мерзавцем-подлецом-скотиной.
— Он где-то рядом, — прошептала она, подходя ко мне вплотную. — Знак Сферы Памяти... он где-то здесь, я чувствую это... Кирилл... он существует...
Девушка заулыбалась, в её глазах блеснули слёзы счастья.
— Вперёд, быстрее! — велел я остальным.
Вместе мы устремились к деревне Дзию, быстро преодолевая заросли, болотину и ручьи. Демон бежал впереди, разведывая местность, да и сам я постоянно использовал образ Следопыта, чтобы не наткнуться на местных жителей или засаду военных.
Чутьё подсказывало, что всё будет непросто.
Почувствовать знак — не значит, найти его.
— Да... да, я чувствую! — всё чаще повторяла Мидори, стремясь вперёд. — Он здесь! Он рядом! Я ощущаю его всё лучше! Камэко спрятала знак Нагину где-то в этих лесах!
Когда до Дзию оставалось совсем немного, я остановил отряд и снова обратился к Мидори.
— Если подойдём ближе, ты сможешь определить, где именно знак? В каком именно месте деревни?
Девушка уже еле дышала от нетерпения.
— Думаю, смогу. Но надо подобраться близко. Так близко, насколько сможем. Я могу отправиться на Демоне и...
— Нет, — отрезал я. — Одну я тебя не отпущу, даже с Демоном. Это опасно.
Мы снова двинулись к деревне, шли бесшумно и осторожно. Демон, я и Мидори — впереди; Котов, Горо и Мичи страховали в отдалении по флангам; а Кудинов замыкал.
Девушка уверенно указывала путь.
— Туда. Это там. Там.
Но уже через какое-то время схватилась за лоб и понеслась в сторону деревни ещё быстрее, бормоча на ходу:
— Он пропал... знак пропал... я его больше не чувствую... только не это...
Внезапно я ощутил лёгкий запах гари.
Сначала не придал этому значения — мы пару раз встречали места пожарищ в лесу. Только запах становился всё гуще, всё настойчивее, а когда вдалеке показались первые дома и заборы Дзию... точнее то, что от них осталось — то сразу стало понятно: деревни больше не существует.
Она сгорела...
Эпизод 15.
Одна неделя до Дня Сидха
— О нет! Нет! — Мидори рванула к сгоревшим домам, но я догнал её, остановил и прижал к себе.
— Тихо, не кричи только.
Она уткнулась лбом мне в грудь и всхлипнула.
— Они сожгли деревню... Кирилл... ничего не осталось, знак пропал... я его больше не чувствую...
Я крепче прижал её к себе, а сам быстро оглядел округу. Деревня дымилась, едко несло гарью, даже жар от пожара ещё не выдуло. Дома, изгороди, садовые деревья, огороды — всё это было сожжено не так давно.
От Дзию остались только почерневшие останки, но убитых или раненых не было видно, деревня будто вымерла. Скорее всего, жителей увели отсюда, а потом всё сожгли.
— Они тоже искали знак, да? — тихо спросил Мичи, подходя к нам.
— Похоже на то, — ответил я. — Больше причин сжигать деревню не было.
— Вот ублюдки, — сплюнул Котов. — Они надеялись, что в огне сгорит и знак Нагину.
Мидори продолжала всхлипывать.
— Я больше ничего не чувствую. Знак исчез. Они уничтожили его.
Я переглянулся с парнями, а потом — с отцом Мидори. Тот покачал головой.
— Так просто силу Сферы Памяти не уничтожить. Камэко Чи не была настолько глупа, чтобы спрятать знак там, где его легко сжечь огнём Ган. Нужно лишь разгадать. Как говорят мудрецы, когда один видит тину на дне пруда...
— ...другой любуется цветком лотоса на его поверхности, — вдруг закончил за него Горо.
Он подошёл и встал рядом со мной, затем внимательно оглядел пепелище и добавил, обращаясь уже ко мне:
— Этот пожар должен был помешать нам, но он нам и поможет. Нужно лишь посмотреть на это событие под другим углом.
— Но как? — Мидори со слезами уставилась на Горо. — Как на него смотреть? Всё сгорело! И я ничего не чувствую, чурбан ты янамарский!
Она не поняла, на что намекает Горо.
А вот я, кажется, понял и уже через десять секунд карабкался по одному из уцелевших деревьев на краю деревни.
— А ты молодец, Исима, — прошептал я себе под нос, когда поднялся на самый верх и посмотрел на пепелище с высоты.
Деревня действительно сгорела полностью, гигантским пятном она чернела посреди леса. Пожар захватил и деревья вокруг Дзию, и поле пшеницы, и коровники на окраине, и даже торфяное болото неподалёку.
Но кое-что осталось. Его не сжёг огонь Ган, как бы он тут ни бушевал, и как бы ни надеялись на это люди императора.
Я быстро спустился с дерева и скомандовал всем:
— Идём к полю! Там стоит каменный колодец. Это единственное, что не сгорело во всей округе.
Через пятнадцать минут мы уже подходили к тому месту, где стоял колодец. Приближаясь, я спросил у Мидори:
— Ну? Ты что-то чувствуешь?
Та покачала головой.
— Нет. Ган всё уничтожил. Этот колодец ничего нам не даст. Это обычный колодец, которых тысячи в Янамаре.
Мы окружили колодец. Он был старый, очень старый. Кладка кое-где осыпалась, сооружением не пользовались уже много лет, поэтому закрыли его каменной крышкой, чтобы никто не свалился.
Приняв образ Следопыта, я ухватился за тяжеленную крышку и сдвинул её в сторону. Наверное, мне показалось, но изнутри на меня пахнул свежий ветер с ароматами лотосов. Это длилось всего мгновение, но я его ощутил так сильно, что мурашки пронеслись по телу.
— Мидори, а сейчас?.. Ты чувствуешь что-нибудь?
— Не знаю... не уверена... — прошептала она, заглядывая внутрь, в тёмную бездну.
— Тогда проверим! — Не спрашивая разрешения, я обхватил Мидори одной рукой, а второй взялся за край колодца и полез внутрь.
— Ты пси-и-их! — зашипела на меня девушка, когда мы спустились уже метров на двадцать. — Ты псих, Волков! Я не хочу туда!
— Мы ненадолго.
— Ненавижу тебя, дурак. А я ещё переспать с тобой хотела. Да ни за что на свете! Я не хочу, чтобы такой придурок был отцом моих детей!
— Не ори, — прошептал я. — Тебя отлично слышно наверху.
— Правда?.. — Мидори моментально стихла и покраснела.
Я тем временем цеплялся когтями за каменную кладку и спускался всё ниже, крепко прижимая девушку
