— Хорошо, — произнес он. — На земле всегда были жертвы и, видно, мне на роду написано быть одной из них. — Потом, протянув руку к видневшимся невдалеке смутным очертаниям земли, продолжал: — Ты опять торжествуешь, Гаральд Биорн. Твой собранные веками сокровища останутся неприкосновенными. Да, теперь ты сможешь достигнуть своей цели. Но если только значат что-нибудь проклятия человека, у которого ты отнял семью, который обречен тобой на изгнанье и теперь по твоей вине умирает, — будь проклят из рода в род ты, твои дети, внуки, правнуки!..
— Парус с левого борта! — прозвучал в ночи резкий окрик вахтенного.
И при ярком свете вынырнувшего из-за горизонта полярного солнца — оно заходит летом только на один час — все увидели стройную и изящную яхту.
Распустив все паруса, яхта быстро и плавно скользила по волнам по ту сторону Розольфсского мыса; на ее грот-мачте[39] ветер трепал небольшой флаг: золотой крест на белом поле.
Весь экипаж «Ральфа» высыпал на палубу и с любопытством следил за странной яхтой.
— Это увеселительная яхта, — пробормотал Ингольф. — Но что заставило ее прийти сюда? Стоит ей обогнуть эти скалы, и она разделит с нами нашу участь.
И, повернувшись к Альтенсу, он приказал:
— Как только течение приблизит нас к мысу, сигнализируйте яхте опасность.
— Есть, капитан! — ответил старший помощник. Между тем, увлекаемый водоворотом, «Ральф» быстро приближался к прибрежным скалам. Еще несколько минут — и бриг налетит на них и разобьется в щепки.
Гибель, казалось, была неминуема. Несмотря на это, ни один человек из экипажа не роптал — так велики были их преданность и вера в своего капитана.
Вот уже не более двадцати метров осталось до скал. Волны с глухим ревом ударялись о берег и, не задержавшись, бешено мчались дальше.
И вдруг, на расстоянии не более одного метра от алчущих своей добычи черных утесов, бриг, повинуясь силе течения, сделал крутой поворот и продолжал свой путь вдоль берега.
Из десятков грудей вырвался радостный крик. Но сердце Ингольфа сжалось от боли; он знал, что настоящая опасность, которую они не в силах избежать, была впереди. И матросы также скоро поняли это.
Со все возрастающей скоростью мчался «Ральф» по окружности… Описывая все уменьшающиеся концентрические круги, он неминуемо должен был достигнуть центра водоворота. Оттуда уже не могло быть возврата.
Тщетно напрягал Ингольф все свои способности, придумывая средство к спасению. Он распорядился притянуть покрепче руль к бакборту и таким образом сделал шире круг, который описывал «Ральф». И все же это означало только небольшую отсрочку.
Ингольф сознавал свое полное бессилие, а помощи ждать было неоткуда.
Глава IV
Неожиданные спасители
Снова, но уже на большем расстоянии от берега, прошел «Ральф» свой второй круг. Теперь его отделяла от яхты только узенькая полоска земли.
Короткая команда старшего помощника — и на грот-мачте брига взвилась коллекция разноцветных флажков. В переводе с морского кода они должны были означать: «Берегитесь этих вод, в них вам грозит смертельная опасность».
Но неизвестная яхта осталась глуха к этому величайшему акту благородства и солидарности. Ни живой души не было видно на ее палубе, и ни одним сигналом не дала она понять, что приняла предупреждение людей, которые, сами погибая, заботились о безопасности яхты.
В следующее мгновение яхта скрылась за извилистой цепью береговых скал. Но взоры всех были обращены ко входу в бухту, ожидая появления таинственного судна.
И оно наконец появилось — стройное, изящное, почти игрушечное. Обогнув линию подводных рифов, яхта смело вошла в бухту и бросила якорь в маленькой природной гавани, совершенно закрытой скалами от ветра.
Ингольф, наблюдавший в подзорную трубу за маневрами яхты, вскрикнул от изумления:
— Глядите, Альтенс, глядите! Никак они собрались рыбу ловить?
Действительно, человек двадцать матросов разворачивали на палубе яхты огромную веревочную сеть.
— Неудачное же время они для этого выбрали, — проворчал помощник капитана.
Между тем люди на яхте продолжали свое дело. Скоро веревочная сеть была переброшена на берег, и на мачтах яхты неожиданно замелькали цветные сигналы: «Внимание! Следуйте нашим указаниям. Мы спасем вас».
Трудно описать безумие, охватившее экипаж «Ральфа». Матросы и офицеры пели, танцевали, смеялись, обнимали друг друга.
«Прицепитесь к большому бую из весел и досок. Поставьте паруса против ветра», — сигнализировала яхта.
Ничего не понимая, Ингольф все-таки слепо повиновался этому приказанию.
Достаточно было одного свистка боцмана, чтобы команда брига пришла в себя и заняла свои места. Через несколько минут все весла, доски и другие деревянные части были связаны все вместе и на крепком канате спущены на воду. Такое курьезное сооружение обладает свойством ослаблять силу течения и задерживать ход корабля.
Тем временем от яхты отчалила небольшая лодочка и бесстрашно направилась к выходу из гавани. Волны подхватили ее там и завертели. На мгновение она скрылась из глаз, потом вынырнула. Два человека, сидевшие в ней, налегли на весла, и лодочка стрелой понеслась к водовороту.
Единодушный крик ужаса раздался на «Ральфе».
— Безумцы! Они погибнут!
— Похоже на то, что эта скорлупка хочет взять нас на буксир, — рассмеялся Надод.
Но никто не обратил внимания на его неуместную веселость. Взоры всех были прикованы к двум отважным морякам, рисковавшим ради их спасения собственной жизнью.
Маленькая лодочка, увлекаемая водоворотом, мчалась с колоссальной быстротой.
В течение десяти минут она прошла путь, пройденный «Ральфом», и быстро приближалась к нему.
Пушечным выстрелом яхта потребовала внимания. На ее мачтах появился новый сигнал: «Готовьте швартовы!».[40]
В мгновение ока все свободные канаты были спущены в море. И вовремя: лодочка поравнялась с бригом, и сидевшие в ней люди схватили концы канатов и быстро привязали их к лодке.
— Тащите! — крикнули они.
Десятки сильных рук схватились за канаты и подняли лодку на палубу.
Ингольф ожидал увидеть двух суровых, закаленных моряков, и был удивлен, когда на палубу вышли двое молодых стройных юношей.
Окинув взглядом весь экипаж, они узнали капитана по шведскому мундиру, с которым тот никогда не расставался, и подошли к нему..
— Капитан, — сказал старший из них, не обнаруживая ни малейшего волнения после только что пережитой опасности, — велите тянуть за эти веревки. — Он указал на свою лодку. — Они доставят вам канат, один конец которого прикреплен к рифам; с помощью него вы выберетесь из водоворота. Только спешите: каждая минута дорога.
