взбитыми сливками.
– Понятно. Меня брат обычно на лыжах таскает, – Розе стало понятно, почему Митя так и пышет здоровьем и руки у него сильные. – Ты с Люсей увидишься, да? Вы, кстати, так и дружите? Ты говорила, что брата ее учишь, но я не уловил…
Роза грустно улыбнулась. Обида все еще жгла грудь. Сема написал полугодовую контрольную по английскому на пять, а с Люсей Роза больше не общалась после того разговора. Девушка для себя поставила точку в их отношениях. Зачем себя обманывать? Не ее она человек, вот и все.
– Неприятно, – согласился Митя, когда Роза рассказала ему всю историю. – Ну да ладно! Есть много хороших людей.
– Есть, ты совершенно прав, – согласилась она. – Мне вообще очень везет на хороших людей. Аня, Оля, Саня – это наш староста, помогал мне сдать долги – мама моего ученика, которая всегда угощает меня чаем, молодой человек, который мне как-то помог занести тяжелые сумки в подъезд… Ты, – закончила она дрогнувшим голосом.
Роза думала, что Митя сейчас обязательно пошутит, чтобы разрядить обстановку, потому что Роза, сама того не желая, снова заставила их обоих вспомнить, как они стояли, обнявшись на катке. Но он молчал.
В кафе тоже играли новогодние песни. Когда они вошли, крутили детскую песенку: «Кабы не было зимы», а сейчас вот Роза услышала «Happy New Year».
В отчаянной попытке найти тему для разговора Роза оглядела кофейню, при этом подпевая новогодним песням себе под нос. Взгляд ее наткнулся на стеллаж с книгами.
– О! Может, погадаем, – предложила она и проворно встала, чтобы взять какой-нибудь томик стихотворений. Вернувшись к своему столику, она сказала: – Нужно задать вопрос, а потом назвать страницу и строчку. Начнешь?
Она подняла взгляд на Митю и смутилась от того, как он прямо и серьезно смотрел на нее.
– Давай ты, – отозвался он задумчиво.
– Хорошо… А-а… Когда я отдохну и станет легче в работе? Страница тридцать пять, строчка четвертая сверху. Та-ак… – Роза пролистала страницы. – «Я не буду больше молодым». М-да, не вдохновляет. Твоя очередь.
– Страница двадцать пять, первая сверху.
– Та-ак, двадцать пятая… – Роза принялась искать. – А вопрос?
– Ты влюбилась в меня?
В животе скрутился узел. Ладони вспотели. Роза не стала поднимать голову. Открыла книгу на нужной странице, нашла первую строчку и прочитала:
– «Мне грустно на тебя смотреть».
– Расшифруешь?
– Зачем?
– Как хочешь.
Роза быстро допила остатки какао, вскочила и сказала, что хочет домой. Затем так же быстро накинула шубу и, не застегнувшись, вылетела на улицу. Снег все еще валил огромными хлопьями.
«Завтра все заметет», – промелькнула у Розы совершенно ненужная мысль. Вдруг ее кто-то схватил за руку и повернул к себе. Она взвизгнула, а затем успокоилась, поняв, что это Митя. Но спокойствие улетучилось почти мгновенно.
Он обнял ее и поцеловал прямо тут, у дверей кофейни, из которой они только что вышли.
– Неожиданно… – тихо сказала Роза, отстранившись.
– Да что ты! – насмешливо, но тоже тихо ответил он и снова ее поцеловал.
Ей сразу стало хорошо и радостно на душе. Так же спокойно и умиротворенно, как чувствовала себя она, падали на землю огромные, пушистые, нескончаемые хлопья снега.
А всю улицу освещали гирлянды на окнах магазинов и кофеен.
17
Роза написала маме: «Снегопад не заканчивается. Еще на час вылет отложили».
Она устало откинула голову на спинку неудобного простого кресла в аэропорту. Она здесь уже четыре часа! Каждый раз, когда она думала, что вот сейчас точно объявят посадку, вежливый женский голос извещал ожидающих, что снегопад не прекращается и нужно подождать еще час. Даже надежда уже утомилась и покинула Розу.
Она вздохнула и, не поднимая головы со спинки кресла, посмотрела в огромное окно, за которым сплошной стеной валил снег.
Какой снегопад, мамочки!.. Даже темного неба не видно. Только огни аэропорта и города вдалеке иногда мерцают.
Будет настоящей удачей, если она улетит хотя бы сегодня, а не после полуночи.
Вчера снегопад тоже был, но не такой.
Вчера, вчера… Роза улыбнулась и скатилась еще ниже в кресле. Погулять толком они тогда не успели – у Розы было назначено еще одно занятие. Митя проводил ее до дома. Они долго целовались у подъезда. Падающие снежинки холодили горячую шею и щеки. Потом она улыбнулась ему, с трудом попрощалась и поднялась к себе. Оля тоже только вернулась и пила чай на кухне.
– Тебе налить? – спросила она, выглянув в коридор.
– Давай.
– Какая ты загадочная. У вас что-то там произошло на этом несвидании?
Роза кивнула, не сумев скрыть улыбку.
– Да ладно! – взвизгнула Оля. – Что?
– Мы поцеловались.
Подруга захлопала в ладоши, хотя это и было не в ее характере.
– Наконец! Садись и рассказывай все!
Оля вскочила, налила Розе чай, поставила перед подругой, а затем включила гирлянду. В уютном полумраке Роза пересказывала весь вечер. Подруга постоянно взвизгивала от счастья, а потом принялась обнимать Розу.
– Слушай, – вдруг спросила Оля, – а девушка-то его? Как ее…
Роза ощутила себя чуть менее счастливой.
– Я не знаю, – честно сказала она.
– Напиши.
– Ей?
– Господи, ей-то зачем? Ему. Спроси. Лучше сразу все выяснить.
Роза кивнула и достала телефон. Написала только два слова: «А Диана?»
Сидела, уставившись в экран, наверно, минут десять.
– Ну что? – спросила Оля.
– Прочитал, но не ответил. Слушай, может, я себе лишнего напридумывала? Ну поцеловались. Вдруг, для него это так… Не любовь? У него и с Дианой были какие-то несерьезные отношения. И у него проблемы с ответственностью. Если он и со мной не хочет ничего такого?
Оля с присущей ей прямолинейностью сказала:
– Такое может быть, это правда. Но пока ты с ним не поговоришь, не накручивай себя и ничего лишнего не придумывай. Мало ли, почему он не ответил. У тебя когда занятие?
– Через пятнадцать минут.
– Вот и отлично. На час, да? Давай потом посмотрим какой-нибудь новогодний фильм? Нам обеим нужно отвлечься и отдохнуть.
– А у тебя что случилось?
– Да так, – Оля встала и унесла кружки в раковину. – Была на свидании. Такого провала не было уже давно. Пятнадцать минут он мне объяснял, что его будущая девушка должна спрашивать, можно ли ей надеть мини.
– А ты была в мини?
– Да нет, юбка почти до колен.
– И ты слушала его целых пятнадцать минут?
– Ну пока салат ела. Я была голодная. О, угадай, что было потом. Он попросил перевести ему за салат позже, уже после того, как он оплатит! Вот так патриархат! Ну я взяла и при официанте приложила карту к терминалу и сказала: «Я угощаю, зай».
