Уилладен вспомнила недавнее происшествие в лавке — разбитое стекло на полу, угрозы…
— Герцог — это герцог, — медленно проговорила она. — Кроме того, канцлер Вазул — человек, чью волю никто не назовет слабой.
— Никому не дано построить крепость на песке, тем более когда зыбучие пески готовы поглотить ее камни, — осторожно проговорил Николас. — Вы знаете — разве Сссааа не рассказала?.. — что здесь, в этих стенах, завелась гниль? — Он ударил ладонью по каменному подоконнику. — Ваша госпожа полагает, что это некое зло, с которым мы прежде не сталкивались. Быть может, чума оставила дурное семя, которое должно дать всходы в иные времена… Вы слышали разговоры о старой няньке высокородной госпожи Сайланы, о которой ее госпожа продолжает так трогательно заботиться?
Уилладен покачала головой:
— Джулта никогда не сплетничает, но леди Зута постоянно сообщает новости высокородной госпоже Махарт. Она никогда о ней не упоминала…
— Леди Зута, — повторил Николас. — Посмотрите-ка — видите вон того, в сине-фиолетовом, третьего справа от Барбрика?
Уилладен стоило некоторого усилия разглядеть мужчину, о котором шла речь. Сейчас рассказ Николаса интересовал ее гораздо больше пышной церемонии встречи.
— Это лорд Халфрик; заметьте, его имя напоминает герцогское, хотя он более чем далек от того, чтобы иметь право наследования. В последнее время он проявляет некоторый интерес к этой леди Зуте, пока она разгуливает по замку, собирая сплетни. По временам он пьет вместе с Барбриком, отнюдь не считаясь приятелем этого господина. Последите за Зутой, если вам удастся. О, Лориэна уже приветствует герцог!.. Полагаю, все ревнители дворцовых протоколов могут вздохнуть с облегчением: все прошло просто замечательно.
Выпустив пояс Уилладен, Николас собирался было отойти от окна, но девушка поймала его за рукав.
— Вы на многое намекаете, но ничего не говорите ясно, — серьезным тоном произнесла она. — Скажите, зачем вы меня искали?
— Госпожа, сейчас вы — одна из приближенных нашей госпожи Махарт. А я помню ту ночь, когда вам удалось победить то, что вообще не должно существовать в нашем мире. Под этой крышей есть очень немного людей, которым действительно можно доверять; и мне кажется, что вы — одна из них. Присматривайте за дочерью герцога: планы Уттобрика известны, их осуществлению наверняка попытаются помешать. Мы должны быть готовы к этому.
Он пристально посмотрел на нее, и глаза юноши снова напомнили девушке два стальных острия. Этот таинственный человек — он умел красться в ночи, исполнял всевозможные поручения, однако Халвайс доверяла ему, а Уилладен нисколько не сомневалась в своей госпоже.
Девушка кивнула; Николас скользнул прочь и исчез так стремительно, словно растворился в воздухе или прошел сквозь стену. На какой-то миг Уилладен стало очень одиноко.
Сейчас, подумала она, начнется торжественный пир; потом Махарт вернется в свои апартаменты и начнутся долгие приготовления к вечернему балу. Высокородной госпоже предстояло пережить две церемонии в один день, а затем еще бал… нет, решительно, Уилладен стоило поблагодарить судьбу, что не сделала ее герцогской дочерью!
Вытянувшись на постели, Махарт закрыла глаза. У нее болели ноги, невыносимо ныла спина; кажется, что за время, прошедшее с утра, она постарела на несколько лет. И, кроме всего прочего, — этот аромат папоротника!.. Но по крайней мере, ей дали время передохнуть от этих бесконечных улыбок и от того, чтобы слушать принца, который, следуя этикету, не говорил во время этого бесконечного пира ничего, кроме обычных любезностей. А сейчас необходимо приготовиться к балу, на котором дочь герцога должна появиться во всем блеске.
Махарт мечтала только об одном: уснуть, вдыхая аромат чудесных благовоний Халвайс, и оказаться в поле среди цветов. Она попыталась устроиться на подушках поудобнее; по крайней мере, ее волосы расплели, вынув из них все эти цепочки с молочно-белыми камешками, так что голова могла немного отдохнуть.
Принц… Интересно, называл ли его кто-нибудь просто Лориэном? Он улыбался — но не глазами. Он говорил — обычные вежливые вещи, перемежаемые редкими комплиментами. Он был красив, это верно; его воинские подвиги делали его еще более привлекательным, выгодно отличая от дворцовых щеголей. Однако, хотя Махарт и сидела подле него на возвышении (Сайлана находилась не ближе чем в трех шагах), принц обращал на нее гораздо меньше внимания, его больше интересовали сбивчивые речи ее отца, который говорил так, словно был обязан поддерживать беседу, но все время забывал об этом.
Разумеется, герцог задал несколько вопросов о нападении на убежище Волка; однако девушке показалось, что принц отвечает общими фразами, не вдаваясь в какие-либо подробности. Лориэн признал, что они захватили несколько пленников, которые и были переданы страже герцога несколько дней назад; почему-то это заявление ввергло герцога в задумчивость гораздо более глубокую, чем обычно.
Вазул был должным образом представлен гостю, однако он держался в отдалении, вопреки обыкновению не нависая сзади над Уттобриком, чтобы дать совет или подсказать какую-нибудь мысль. Махарт, однако, не сомневалась, что лорд канцлер и герцог обсудили заранее большую часть вопросов, которые задавал сейчас ее отец.
Поскольку к беседе такого рода ей нечего было добавить, волей-неволей Махарт пришлось просто слушать. Через некоторое время она обнаружила, что в вопросах ее отца кроется определенный порядок: внешне радуясь падению и разгрому банды Волка, он при этом проявлял несколько странную заинтересованность по поводу тех разбойников, которые были взяты в плен, хотя напрямую вопросов и не задавал.
Наконец все закончилось. Махарт не понравились изысканные блюда; компания отца и принца нагоняла на нее тоску. Только одно насторожило девушку: высокородная госпожа Сайлана внимательнейшим образом приглядывалась к Лориэну — или, быть может, к ним обоим. Но какой бы моложавой ни делало ее искусство, Сайлана была слишком стара для принца… или нет? В прежние времена заключались и более странные союзы. Если какой-нибудь лорд, преследуя свои цели, мог взять в жены молоденькую девочку, годившуюся ему во внучки, то почему бы такой опытной соблазнительнице, как Сайлана, не попытаться привлечь внимание принца — который пока ни с кем не собирался связывать свою судьбу? Каким ударом это стало бы для герцога! Что, если весь его тщательно продуманный план провалится, и тот, кто должен был стать его союзником, заключит союз с его злейшим врагом?
Махарт натянула на голову одеяло. Она отослала от себя всех — Зуту, Джулту, ученицу госпожи Травницы; но свободой ей предстояло наслаждаться недолго. Бал… неужели ее отец действительно верит, что она сможет соперничать с Сайланой, если той вздумается раскинуть сети своих чар?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
