— Вернитесь! — закричал Хмурый. — Беги, останови наших, степняков слишком много, — велел он одному из воинов.
Теперь вся надежда была только на лучников.
Русичи приблизились настолько, что можно было разглядеть лица.
Это действительно был Георгий со своей сотней. Если он не сбавит темпа, то через несколько минут будет на заставе.
Выехавшие воины выстроились возле ворот, подняв луки.
Сейчас стрелять мешали свои же всадники. Правда, это не мешало тем, кто бил со стен.
Вражеские стрелы не производили на степняков желаемого эффекта. Темп погони не снижался. И все же расстояние между погоней и преследуемыми не сокращалось. Его могло хватить на то, чтобы сотня успела въехать в крепость.
Русичи были уже совсем рядом. Хмурый отчетливо разглядел Георгия. Не снижая темпа, всадники влетели в ворота, за ними, сделав выстрел по степнякам, въехали воины, стоявшие снаружи.
Створки ворот захлопнулись почти перед самым носом у преследователей.
Хмурый видел, как Георгий, спрыгнув с коня, тут же поднялся на стену.
Степняки сбились кучей возле ворот. У них был численный перевес, но они, похоже, не собирались штурмовать заставу и на всякий случай отошли подальше.
Вперед выехали несколько воинов, в одном из которых Хмурый узнал предводителя Белых волков.
— Ну что ты прячешься, рус! — закричал он. — Выходи из-за стен! Сколько ты будешь от меня бегать?
Он явно обращался к Георгию.
Хмурый посмотрел в сторону своего начальника. Тот никак не отреагировал.
— Выходи биться один на один! Все должны знать, кто лучший воин, — снова закричал владелец лисьей шапки.
На этот раз сотник удостоил степняка ответом.
— Не сегодня. Но обещаю тебе, мы обязательно встретимся, — негромко, но вполне отчетливо произнес он.
Амир-бек резко развернул коня и поскакал прочь. За ним поскакали и его верные Волки.
Георгий устало усмехнулся и стал спускаться вниз.
Хмурый тоже заторопился.
Внизу сновали люди. Кто-то расседлывал и уводил коней. Кто-то перевязывал раны.
Дружинники были измучены до предела — практически валились с ног, но несмотря на это все приветствовали друг друга и улыбались. Они только что смогли избежать смертельной опасности. Кто-то, размахивая руками, оживленно рассказывал о погоне. Другие жадно слушали. Лица горели. Пыл скачки еще не оставил воев.
С трудом Хмурый нашел среди этого столпотворения сотника. Тот стоял, поглаживая своего гнедого коня, шепча ему что-то ласковое. Коня уже успели расседлать и вытереть. Отрок стоял рядом и ждал, когда сотник передаст ему поводья.
Георгий выглядел уставшим и озабоченным. Что-то в нем неуловимо изменилось. Видимо, поездка в Орду наложила свой отпечаток.
— Здорово! Егорий хоробрый! — поприветствовал Хмурый сотника с усмешкой.
Лицо Георгия осветила улыбка. Такая, как всегда.
— Будь здоров и ты, Федор! Я так и знал, что ты здесь!
Он отдал поводья молодому дружиннику и крепко обнялся с Хмурым.
— А как ты догадался, что я на заставе?
— По выстрелу, который снял первого степняка. Так стреляешь только ты, — сотник снова улыбнулся, — видать, говорит в тебе половецкая кровь.
— Ты прав, — Хмурый почувствовал внутреннее удовлетворение, ему было приятно, что сотник его похвалил, — это был мой выстрел.
— Пойдем внутрь, проводишь меня к начальнику заставы, а потом расскажешь последние новости. Нам нужно торопиться к князю. На рассвете двинемся в путь.
Хмурый ухмыльнулся.
— Сдается мне, что и ты мне можешь рассказать много интересного.
— Могу и расскажу.
На заставу спустилась ночь. Тишина окутала все. Только где-то был слышен говор дозорных, переговаривающихся, чтобы не уснуть.
В одном из узеньких окошек был виден отсвет. Там еще не спали.
В свете лучины тени, которые отбрасывали Хмурый с Георгием, принимали причудливые очертания.
Они уже полчаса провели в разговорах. Сначала Хмурый рассказал о том, что творится в Холме и Галиче, а потом сотник стал делиться впечатлениями от поездки. Рассказал он немного, по большей части о том, как встретились с Якимом и его сыновьями, и о том, как нашли Михаила. Говорить о себе Георгий не любил, поэтому о своих приключениях умолчал.
— Теперь понятно, почему Семён был вынужден вернуться раньше… — произнес Хмурый. Он нашел ответ на мучивший его вопрос, почему Семён оставил сотника.
— Да, я его отправил с важными вестями.
Хмурый подумал, что никакие важные вести не заставили бы его отплыть отдельно от начальника.
— А этот Яким верный человек? Не доверяю я что-то купцам… — задумчиво произнес он.
— Верный и правильный. На него можно положиться. Он будет посылать нам весточки о том, что сейчас происходит в Орде.
— А-а-а, ну ладно… Ты что, сотник?
Георгий смотрел на Хмурого, а видел, казалось, что-то иное.
Разведчик решил не тревожить начальника, на того явно нахлынуло какое-то воспоминание.
— Но как? — произнес в замешательстве Яким.
— Что как? — не понял Георгий. От нескольких глотков крепкого меда тепло разлилось по телу, и он смог наконец прийти в себя, — как я попал в руки тархана или освободился?
— И то и другое… постой, ты цел? — Яким начал ощупывать сотника. — Что с тобой? — спросил он, заметив, как тот поморщился.
— Цел я, цел, плечи только болят: руки чуть не отвернули начисто супостаты. Да еще царапина, кинжалом по боку чиркнули, спасибо кольчуге — помогла.
— Я не понял, как ты сегодня влип во столько неприятностей. Мы же вместе возвращались, куда ты делся?
Сотник задумался. Казалось, события этого утра происходили неделю назад.
— Я увидел человека, который подал мне знак о том, что со мной срочно хотят встретиться. И я пошел за ним. Извини, что не предупредил.
— Ну ты даешь, Егор, это была ловушка?
— Нет. Я встретился со своим давним знакомцем, который сообщил мне очень важные новости. Они всего на полчаса опоздали, чтобы отправиться вместе с Семёном.
— А что за такие новости, что не могут медлить?
— Я думаю, что тебе можно доверять, поэтому скажу. На князя Даниила Галицкого готовится новое нападение. Уже на днях на Русь отправляется отряд, который должен будет любым способом подстроить гибель князя и начать смуту.
— Один отряд? Разве у князя мало дружины?
— Нет, дружины достаточно, просто я не знаю, каким образом будет устроена западня. Эти люди — мастера неожиданных нападений и засад.
— Понятно, тогда тебе нужно спешить. Жаль, что наши не подождали еще денек.
