Дамиан почувствовал, как острые зубы Ника укусили его за нижнюю губу. Мальчик лихорадочно двигался на нем, и было так приятно сжимать извивающееся тело, так остро нуждающееся в его прикосновениях. В приливе озарения, Дамиан понял, что Нику требовалось это, чтобы заново упрочить их связь. Он провел рукой вниз по тонкому телу, просовывая ее между их беспорядочно двигающимися бедрами, прижал друг к другу члены и, лаская, довел и себя и Ника до оглушительного оргазма.
Из-за горячей жидкости, пролившейся ему на живот, Ник начал соскальзывать, так что, пока они возвращались с небес на землю, Дамиану пришлось обнимать мальчика еще крепче.
Ник продолжал целовать мужчину, все мягче и мягче, пока совсем не затих, просто касаясь губами губ, деля на двоих дыхание.
- Спи, - прошептал Дамиан.
- А ты? – спросил Ник.
- Я тоже.
Но забытье сна так и не подарило покой Дамиану. Он смотрел на прекрасное лицо спящего Ника. Губы мальчика слегка изогнулись в довольной улыбке, и фотограф задумался, как же тот все еще может доверять ему. Он наделал много ошибок в их отношениях, но ни одна из них не казалась ему настолько непоправимой, как то, что он поддался требованию Ника выпороть его плетью. Дамиан тихо застонал. Ну что на него нашло? Обычно он виртуозно играл с ответными реакциями саба, всегда оставаясь в допустимых пределах к взаимному удовольствию всех участвующих сторон. А вот теперь он показал, что ему нельзя доверить заботу о Нике, и это значило, что для их общего блага, отношения стоило прекратить. Если бы только он мог найти на это силы.
- Я хочу слишком многого, - прошептал он сам себе.
- Я ТОЧНО был не в себе, - сказал Ник, разглядывая себя в зеркале в ванной.
- Твоей милой попке очень идет, - лукаво глянул Дамиан, похлопывая мальчика по упомянутой части тела.
- Она немеет. – Ник извернулся, чтобы посмотреть на себя с другой стороны.
- Черт побери, да ты просто гордишься собой, - рассмеялся Дамиан. – Так самодовольно разглядываешь свою задницу.
- Ну ты же сказал, что это моя первая и последняя полоса от розги, - запротестовал Ник. – Должен же я ей насладится, пока могу. И я выжил, чтобы об этом рассказать!
Дамиан шагнул ближе, так что их полувозбужденные члены скрестились словно мечи.
- Я же обещал, что сделаю снимок для потомства, значит так и будет. Думаю, завтра цвет будет максимально интенсивным, прекрасного оттенка темной сливы. Так что если у тебя завтра будет время заглянуть в студию, и ты дашь мне себя сфотографировать…
- Это не для каталога, - нахмурился Ник, он чувствовал себя не в своей тарелке при мысли о том, что его располосованная задница будет украшать чей-то журнальный столик и ее будут с жадностью разглядывать.
- Нет, это только для меня. Чтобы смотреть на нее, когда… - Дамиан оборвал себя, не хотелось говорить «когда ты оставишь меня».
- Ты собираешься показывать кому-нибудь эти снимки?
Волной нахлынула ревность. Дамиану стало не по себе от этого приступа.
- Нет! Их никто не увидит кроме меня и тебя.
- Ну, тогда ладно, - Ник удовлетворенно улыбнулся и вздохнул. Может быть, Дамиан будет вспоминать его после того, как бросит ради следующего увлечения. Ему хотелось бы быть достаточно умным или достаточно красивым, или обладать любым другим качеством в достаточной степени, чтобы не наскучить Дамиану, но это было настолько невероятно, что даже не стоило и надеяться.
- Одевайся. Я закажу пиццу. И не забудь свою подушку, - поддразнил его Дамиан и выскочил из ванной, пока Ник не нашел, чем в него запустить.
НА СЛЕДУЮЩИЙ день после занятий Ник приехал в студию, передвигаясь все еще с осторожностью. Он сказал друзьям, что перезанимался в спортзале и потянул мышцы. На его счастье, ни у кого из них не было привычки шлёпать людей по попе, так что дополнительных ощущений на свою задницу ему удалось избежать.
Он толкнул дверь, и услышавший его Дамиан крикнул из задней комнаты:
- Ник?
- Да, Иан, это я.
- Запри дверь и иди посмотри на это.
Ник запер дверь и прошел в студию.
- Нифига себе!
Дамиан установил платформу с огромной кроватью, задрапированной полосами роскошного алого шелка. Он триумфально улыбнулся Нику.
- Раздевайся и залезай на кровать.
Ник автоматически потянулся руками к джинсам, но сказал:
- Не думаю, что смогу…
- Не для секса, Ники. Чтобы запечатлеть на фотографии единственный поцелуй розги, который тебе довелось испытать. Давай быстрее, раздевайся.
Дамиан развернулся и направился к камере, незаметно прижимая ладонь к паху. Одно только предвкушение того, что он увидит наготу Ника, возбуждало его. Он покачал головой.
Ник разделся и сложил свои вещи на стул. Он медленно подошел к застеленной алым шёлком кровати и провел пальцем по переливающемуся материалу.
- Это для меня?
Он почувствовал спиной тепло и понял, что Дамиан стоит сзади.
- Все для тебя, детка. Только подумай, как этот шелк будет сочетаться с твоей медовой кожей.
- Что ты хочешь, чтобы я сделал? – Ник повернулся и заметил лукавый огонек в глазах Дамиана. – Наверное, не стоило этого спрашивать?
- Стоило, стоило, - уверил его Дамиан. – Но сейчас просто заберись на кровать и ползи, остановишься, когда я велю.
Ник залез на кровать, становясь на четвереньки. Свет вспышки ослепил его, и он воскликнул:
- Ты не посмел!
- О да, еще как посмел. Отличный снимок твоей задницы получился, с этой полосой через ягодицы, - самодовольно заявил Дамиан. – Только для меня, помни.
- Ну и ладно. Извращенец, - проворчал Ник, ползя по кровати дальше.
Дамиан рассмеялся от облегчения, Ник достаточно оправился от своего испуга, раз уже может шутить таким образом.
- Хорошо. Замри. Ложись на живот, да, вот так. Дай мне замерить экспозицию.
Взяв экспонометр, он направил его на Ника, оценивая уровень освещенности разных участков тела от головы до пяток, изменил установки на вспышке и снова сделал замер.
- Хорошо, так и лежи. Я все сделаю.
Ник не двигался, пока Дамиан драпировал его шелком. Он чувствовал тепло рук мужчины, когда тот время от времени задевал его, и легкую щекотку от движения ткани, пытаясь представить, как выглядит в глазах Дамиана.
Мягкий шелк ласкал его спину, руки, ногу, и Ник вздрогнул от чувственности ощущения, от мысли, что Дамиан смотрит на него, обнаженного, смотрит на отметку оставленную своей рукой.
- Отлично, теперь не двигайся, - предупредил Дамиан, отходя от кровати.
Он заглянул в видоискатель и ахнул, какой образ ему удалось создать. Как фотограф и предполагал, красный шелк подчеркивал теплый глянец кожи юноши. Игра света и тени скрывала лицо Ника, давая лишь намек на блеск его густых кудрей.
