Он заглянул в видоискатель и ахнул, какой образ ему удалось создать. Как фотограф и предполагал, красный шелк подчеркивал теплый глянец кожи юноши. Игра света и тени скрывала лицо Ника, давая лишь намек на блеск его густых кудрей.
Шелк окутывал изящными складками не менее изящную фигуру, расслабленно устроившуюся в гнездышке из алой ткани. Большая часть тела Ника была скрыта, снаружи оставались только плечо и одна длинная нога, подсвеченная золотистым светом, так что глаз невольно устремлялся вдоль нее к двум идеальным полушариям, словно луны-близнецы на фоне неба, поднимающимся из шелка. Лиловая полоса, оставленная розгой была чуть скрыта тенью, так что при первом взгляде на фото зритель видел лишь обнаженное тело спящего мальчика. След от удара добавлял мрачный, но в то же время чувственный оттенок композиции, намек на опасность.
При том, что Ник был почти полностью укрыт, это была едва ли не самая эротичная фотография из всех, сделанных Дамианом. Если бы не след от розги на попе, ее можно было бы выставить в любой галерее, но у Дамиана не было ни малейшего намерения показывать ее кому-либо.
Дамиан сделал снимок, а затем велел Нику принять еще ряд поз, но ни одна из новых фотографий не поймала ту прекрасную раскрепощенность, первой небрежной позы.
Тем не менее, Дамиан был удовлетворен.
- Отлично, получилось, - крикнул он.
Ник сонно застонал и глубже зарылся в шелк.
- Мне уже почти начало нравится тут, - пробормотал он.
- Вставай. Я отвезу тебя домой, - сказал Дамиан, легко проводя рукой по голым идеальным ягодицам.
Ник пришел в уныние, когда машина фотографа остановилась у его дома, но ничего не сказал. Юноша поцеловал Дамиана и вылез наружу. Он еще некоторое время стоял на тротуаре, глядя вслед удаляющемуся автомобилю. Ему казалось, он совершенно запутался и ни черта не понимает в происходящем.
НИКТО не сказал вслух ни слова, но после каждого рабочего дня Дамиан теперь отвозил Ника домой. Юноша гадал, не было ли все происшествие с розгами настолько отвратительно Дамиану, что тот просто не мог смотреть на него, пока не сошел след. Он проверял свой зад каждый день, отмечая, как цвет меняется с фиолетового на желтый, и придумывая, как бы лучше сказать фотографу, когда полоса исчезнет совсем. И вообще, будет ли это значить, что Дамиан снова захочет с ним играть.
Он грустно улыбнулся, представив, как входит в кабинет Дамиана и, спуская штаны, говорит: «Как новенький, босс! По коням!»
На самом деле, он уже сомневался, будут ли они снова играть хоть когда-нибудь. Или спать вместе. Ему очень не хватало чувства заполненности, не хватало ощущения твердого члена Дамиана внутри, заявляющего на него права. Как же хотелось вновь стоять на коленях, задыхаясь от предвкушения, пытаясь угадать, что Дамиан сделает с ним в следующий момент. На работе Дамиан был предельно вежлив и ни разу не отдал Нику приказа, только очень осторожно просил что-нибудь сделать. Отчего юноша впадал в уныние. Он снова боялся, что все разрушил, даже не понимая, что он сделал не так.
- ЭШЛИ, можно тебя на два слова?
- Ну, наконец-то! – Эшли всплеснул руками. – Ты начал снова соображать.
- О чем ты говоришь?
- Эшли Уинтроп, «наставник топов в беде». Нужно напечатать это на визитке, - сказал Эшли с самодовольной улыбкой. – Ну и в чем ты облажался на этот раз?
- Это не только я виноват, - начал оправдываться Дамиан.
- Ты топ, значит это - в основном твоя вина.
Фотограф уставился на своего друга, уязвленный абсолютной уверенностью, с которой тот возложил всю ответственность на него. Хотя Эшли и был прав.
- Я неправильно повел себя во время сцены. И теперь мы отдаляемся друг от друга.
Со свойственными ему юмором и проницательностью, Эшли немедленно понял, в чем дело и взял быка за рога.
- Ты все еще хочешь играть с ним?
- О, да, - ответил Дамиан, свесив голову. – Но я не уверен, что он все еще хочет играть со мной. Как он может доверять…
- Есть только один способ проверить, - не допускающим возражений тоном прервал его Эшли. – Топ из вас – ты. Он, конечно, саб, но для него все настолько ново, что он еще не знает, как вести себя, чтобы получить то, чего он хочет. Ты должен взять все в свои руки. Только ты можешь все исправить.
- Но я едва не покалечил его.
Выражение лица Эшли смягчилось, и он обнял фотографа.
- Едва, но все же не покалечил. Ты контролировал себя достаточно для того, чтобы остановится и не причинить вреда.
- Никогда не делал столько ошибок с сабом. Не знаю, что на меня так действует, - пробормотал Дамиан.
- Не знаешь?
- А ты?
- Ты его любишь. – Эшли прыснул, когда откровенный ужас отразился на лице Дамиана. – Ты что еще не понял?
- Откуда ты знаешь, если я сам еще не уверен?
Эшли сделал паузу, взвешивая ответ.
- Ты никогда не слышал выражение «мы причиняем боль только тем, кого любим»?
Дамиан кивнул, отворачиваясь от проницательного взгляда Эшли.
- Когда любишь кого-то, даешь ему власть над собой. Ты держал все под контролем так долго, спрятав свое сердце под замок, что теперь не знаешь, что тебе с собой делать. А Ник тебя любит?
- Я не посмел спросить. Сейчас он может думать, что любит, - обеспокоенным тоном сказал Дамиан, - но он еще слишком юн. Он не знает…
Эшли раздраженно закатил глаза.
- Он достаточно взрослый, чтобы распознать хорошего человека, когда увидит. Конечно, ты у нас красавчик, но у него хватает мозгов, чтобы за фасадом разглядеть из чего ты сделан. Ты дом, а в Теме это означает, что если ты хорош, а ты хорош, что ты можешь настроиться на другого человека. С твоей способностью читать реакции саба, шансы, что ваши дороги со временем разойдутся, становятся меньше.
- Откуда ты все это знаешь? – спросил Дамиан, словно желая, чтобы его убедили.
- Если бы у Ника была склонность к саморазрушению, он бы выбрал меня, - засмеялся Эшли. – Я чертовски красивый и придирчивый топ, но я бы ему не подошел.
- Ты думаешь, я ему подхожу?
Эшли никогда бы не показал этого, но его сердце сжалось при виде друга так сильно нуждающегося в уверениях.
- Вы двое просто созданы друг для друга. Осталось вам только вытащить головы из песка.
- Ты считаешь, я должен сказать…
- Не торопись. Пусть оно само проявится. – Эшли хохотнул над своей фотографической шуткой, хотя Дамиан, казалось не заметил отсылки. – Не бросай его у дверей его дома. Пригласи поиграть. Уверяю, он ухватится за возможность.
- Спасибо, Эш.
Дамиан лишь коротко поблагодарил его, но Эшли почувствовал, что ему воздалось сполна, когда увидел, что в движения его друга вернулась уверенность. Он удовлетворенно потер руки.
