- Да? Ну ладно... И все-таки, - присушиваясь к гневному голосу, рычащему из глубин квартиры, - не хотел бы я отказаться в ситуации... когда генеральный директор будет говорить таким тоном со мной.
- Да с чего бы? - беспечно пожимает плечами Георгий. - В профессиональном плане к тебе претензий нет и быть не может. А по поводу этой истории... Я тебе прикрою, если что.
- Обязательно. У меня жена и маленький ребенок. Меня убивать нельзя, так Григорию Сергеевичу и передай.
- Это и буду тебя отмазывать, если что, - смеется Гоша.
____________
- Гриша... - она поверить не может, что он это все говорит всерьез. Абсурд какой-то. - Это ведь моя работа - трогать других людей. Прикасаться к ним так, чтобы помогать, приносить облегчение, стимулировать развитие или реабилитацию. В этом смысл работы массажиста. Как ты себе представляешь массажиста, который не прикасается к своим пациентам?
- Ты работаешь с детьми! - у него все-таки получается что-то сказать, несмотря на то, что гнев по-прежнему душит.
- Во "Фламинго" - да, - согласно кивает она. - Да и на дому тоже много именно детей-пациентов. Но есть и взрослые. И в том числе мужчины. Ведь мы именно так и познакомились - я делала массаж твоему брату.
Хочет завыть от бессилия. Стоит только представить, что она еще кого-то трогает, вот как его самого тогда, когда у него в шею вступило. Одно дело Гошка, а другое - какие-то неизвестные мужики. А он ведь даже не задумывался раньше, до сегодняшнего дня, когда увидел. Хоть об стену головой бейся.
- Для меня нет разницы, какого пола клиент, - пытается образумить его Люся. - Гриша, пожалуйста... Неужели ты не понимаешь?
Нет, он не понимает, не хочет понимать категорически ничего, кроме одного - она его, и он не собирается ее ни с кем делить!
- Гриш, пожалуйста... - она подходит к нему, робко снова кладет руку ему на плечо. - Пожалуйста... я не знаю, в чем я виновата перед тобой. Это только работа, правда. - Люся вдруг всхлипывает. - Гриш, ну разве я что-то плохое делаю?
Каждое слово, словно пощечина ему, его эгоизму и такой внезапной ревности. И совестно становится, и противно. Прижимает ее к себе. Что сказать, кроме банального:
- Прости меня. Я дурак.
__________________
Он переехал, в конце концов. Собрал вещи под ехидные комментарии брата, на которые даже ответно огрызаться желания не было. Новая квартира была объективно хороша, но ему в ней было... никак. Пусто, уныло, бесприютно. Словно в гостиничном номере. Желание туда возвращаться после работы отсутствовало.
У него был дом. Потом дома не стало, но в Гошкиной квартире ему тоже было комфортно. Большей частью потому, что там был брат. Да и времени ни на что не хватало - все мысли даже дома занимала работа, тем более, что о ней было с кем дома поговорить. Теперь же тишина и пустота нового жилища угнетали. Если быть до конца откровенным, то, переехав, он рассчитывал... на что?
Люся даже ни разу не осталась у него ночевать. Отказалась, сначала сославшись на какие-то малоубедительные доводы - что у нее нет с собой зубной щетки, что ей завтра рано на работу, еще что-то. А потом и вовсе сказала странное: "Меня дома не отпустили". Он никак не мог взять в толк - как можно взрослого человека куда-то не отпустить? Как?! Но Люся упорно стояла на своем, и ему пришлось смириться. Видимо, у них в семье как-то все иначе устроено. Так, что ему не понять. Но вот какая-то почти детская обида грызла. И чувство, что она ему нужнее, чем он ей. А еще его доканывала ревность. Он просто не мог не думать о том, как Люся работает с другими мужчинами. Его Лютик!
Мелькавшие смутные мысли предложить ей переехать к нему так и остались невысказанными. Если уж она даже ночевать у него не хочет, то и не переедет. Откажется. А отказы Григорий Свидерский плохо переносил.
______________________
- Что значит - домой ночевать не приду?!
- А что в этом непонятного?
- Чем твоя кровать вдруг плоха стала? - бабушка закидывает полотенце на плечо и упирает руки в бока. - Что, на ней теперь спать нельзя?
- Да не в этом же дело...
- А в чем? Людям, чтобы ночь ночевать, кровать нужна только. Чем твоя вдруг стала не годна?
Людмила вздыхает. Вот с самого начала ясно было, что это затея обречена на провал. Не объяснишь. Если только поступить наперекор, по-своему. Но во что это может вылиться... Да и не хотелось ей особенно, если честно. Большего хотелось. Гораздо, гораздо большего. Не на одну ночь, и не на две. Навсегда. На всю жизнь.
________________
Ему ее не хватает просто смертельно. Они так редко видятся, Люсе постоянно некогда. Что он за мужик, если у его женщины нет достаточно времени для него?! Он ужасно злился от этого ощущения бессилия, невозможности, неправильности.
Последняя капля в чашу его многострадального терпения упала в офисе. Они с Георгием собрали развернутое совещание по результатам месяца работы в режиме "антикризисных мер", как это не без пафоса называл Жорка. В конференц-зале, человек двадцать народу, все ключевые сотрудники из числа руководства. И, едва начавшись, совещание прерывается звонком мобильного генерального директора. А потом генеральный директор вскакивает с места и начинает метаться из конца в конец по конференц-залу. Что-то громко и бессвязно, по крайней мере, на слух собравшихся, кричит в трубку. А затем и вовсе вылетает вон, не дав никаких указаний. Совещание завершается, не успев начаться.
_________________
Его трясло, пока он ехал до места. Люсин звонок. Ее слова, которые он перестал толком понимать, едва услышав слово "авария". Она что-то говорит про машину, но он не слышит - все затмевает страх за нее. Он кричит, чтобы она сказала, где находится. А еще ему начинается казаться, что она плачет. А потом он слышит чей-то резкий и агрессивный голос на заднем фоне. И он просто срывается с места.
На его счастье, это недалеко от офиса, долетел за десять минут. Красную "Сузуки" заметил сразу, Люсю - бесконечное мгновение спустя. Подбежал к ней, едва не поскользнувшись на льду дороги. Наверное, выглядел как идиот, ощупывая ее - руки, плечи, наклонился к ногам. А она пытается ему что-то сказать, про машину, но ему плевать на машину!
- Люсенька, с тобой все в порядке? Больно где-нибудь?
- Да все в порядке со мной! Вот на машине... Там бампер задний, фара, крыло левое повело, кажется...
