рукой. Жест этот выглядел настолько естественным, что становилось ясно — он привык к такому положению тела.
— Я подумал, что тебе будет полезно получить защиту на случай возможных опасностей, — сказал он, глядя в глаза своей бывшей учительнице. — Этот браслет поможет тебе выиграть немного времени, если на тебя или ребенка совершат покушение. Я предусмотрел не только отклонение стрел и ударов, магию всех известных человечеству стихий, но и яды. С последними пришлось повозиться — в свое время Ченгер показал, как определять их, но там очень большая вариативность, так что пришлось собирать анализирующее заклятье, которое работает от мысленного посыла. В общем, полезный артефакт получился.
Салэм нахмурилась.
— Значит, ты уверен, что что-то обязательно случится, — строгим голосом сказала она, застегивая украшение на своем запястье. — Но что именно?
Киррэл несколько секунд смотрел в сторону далекого горизонта, будто решал, признаваться графине или оставить свои знания в тайне. Но, вздохнув, все же заговорил:
— Через несколько дней я начну войну против Хоккена, — сказал Киррэл, и в самой глубине его глаз вновь затлело демоническое пламя. — Твой старый знакомый — Хэммет, наверняка прямо сейчас призывает к участию еретиков Аронии и остатки ордена Аркейн. Как ты понимаешь, я не стану никого отговаривать.
Графиня выслушала его речь внимательно, после чего плотнее закуталась в мех. В отличие от собеседника, ее здешняя погода пробирала едва не до костей. А от его речи веяло ужасом, от которого становилось не по себе даже ей.
— Зачем же воевать со всей страной, если тебе нужна только жизнь одного человека? — спросила Салэм.
Шварцмаркт улыбнулся.
— Потому что только показав всему миру, насколько опасно призывать меня воспользоваться своей силой, я смогу избавиться от вечных попыток втянуть меня в конфликты, — произнес он. — Будет много жертв, но я устал переживать за всех и каждого. У меня есть семья, есть подданные. И если для их благополучия мне придется вырезать несколько тысяч человек, так тому и быть.
— Одержимость тебя изменила, — покачала головой некромантка. — Ты ведь понимаешь, что уже перешагнул черту, за которой тебя ждет только смерть? Киррэл, все темные маги срываются, пьянеют от силы. Я убила собственного брата за то, что он стал поступать так, как хочешь ты!..
Киррэл хмыкнул.
— В том и проблема, Салэм, — произнес он. — Орден из кожи вон лез, чтобы не позволить темным магам войти в полную силу. Но благодаря и твоим действиям в том числе, меня это не коснулось. А теперь уже поздно пытаться меня останавливать. Я принял решение, и не отступлюсь.
Некромантка опустила взгляд, а потом посмотрела на своего бывшего ученика.
— Ты думаешь, мне захотят отомстить за то, что ты стал таким сильным и опасным? — спросила она.
Шварцмаркт покачал головой.
— После того как Аркейн устранит Максимуса Торна, у ордена вновь появится и поддержка и силы для того, чтобы набрать новых искоренителей, — произнес он. — А ты возглавляешь конкурирующий орден. Так что убить тебя, обезглавив таким образом поклонников Марханы — естественный для магистров Аркейна шаг. А я не хочу, чтобы ты погибла, и поэтому побеспокоился о твоей защите. Я, конечно, надеюсь, что она не понадобится, но мой жизненный опыт говорит о том, что если что-то дурное может случиться, оно обязательно произойдет.
Салэм вновь вздохнула, прикрывая живот рукой. Может быть, матерью она себя еще и не чувствовала, да и к беременности относилась как к неизбежному состоянию, однако вбитые природой рефлексы никуда не делись.
— Ты ведь не держишь на меня зла за то, что я… — начала она, но барон ее перебил.
— У нас с тобой разные дороги, Салэм, — проговорил он, чуть улыбаясь. — Я тебе очень благодарен за все, что ты для меня сделала. Ведь если бы не та встреча в мертвом городе, я бы скорее всего уже давно был бы мертв. Я за тебя искренне рад. И надеюсь, когда-нибудь, когда все это закончится, мы еще встретимся за бокалом вина. А теперь, прости, но мне пора.
И, не дожидаясь ответа графини, «Чертополох» щелкнул чем-то на трости. За его спиной раскрылся провал в пространстве, сквозь который можно было рассмотреть алхимическую лабораторию. Салэм этого места не знала, но заподозрила, что это и есть та самая лавка в Меридии, где Киррэл когда-то прятался от Аркейна.
Прорыв закрылся, оставив графиню на крыше башни в одиночестве.
Погладив пальцем браслет на запястье, Салэм медленно стала спускаться. Казалось, артефакт даже оберегал ее от холода. После встречи с бароном Чернотопья некромантка ощутила облегчение, будто тяжелая ноша, которую ей довелось нести, наконец, была сброшена с плеч.
Никому и никогда она не признается, что Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт был единственным человеком в ее жизни, который был способен напугать Саломею фон Ней до дрожи. Мог, но вместо этого — оберегал.
* * *
Чернотопье, стрельбище баронской стражи.
Густав дождался, когда стражники израсходуют запасы магических снарядов, и только после этого разрешил отдохнуть.
Результаты стрельбы становились все лучше. А учитывая убойную мощность вложенных в револьверы барона чар, эти артефакты вполне могли обеспечить охране правопорядка Чернотопья шансы не только против группы магов. Только с тем объемом кристаллов этерния, что Киррэл Шварцмаркт приказал расстреливать за день, можно было захватить средних размеров город.
Однако никаких наступательных действий демонолог не планировал. И капитан стражи был этому рад. Многие бы на месте барона сочли такой перевес в магической мощи идеальным шансом для расширения владений. Но по опыту Густав знал, какой кровью может обернуться попытка захвата чужой земли. Слишком много повидал Густав жертв подобных войн — от солдат до наемников. Выживали в распрях аристократов немногие, и еще меньше людей получали от участия в подобной войне прибыль.
Ведь мало перебить стражу и гвардию, нужно подчинить себе подданных. Иначе от завоевания не будет толка, ведь неодаренные вполне могут дать отпор даже самым сильным чародеям. Арбалет делает одинаковые дырки во всех — как в магах, так и в простых людях. И никакая защита не может держаться вечно, так что там, где не хватает одного арбалета, восставшие против узурпатора простолюдины могут устроить несколько залпов.
— Мартин, и сегодня твой результат — лучший, — объявил капитан, осмотрев мишени. — Это уже неделя меткой стрельбы. По приказу барона Шварцмаркта тебе положена премия.
Вытащив талер из специально прихваченного сегодня кошелька, Густав вручил монету гордому стрелку.
— Благодарю, — чуть подрагивающими пальцами схватил награду стражник.
— Не пропей все сразу, — посоветовал Густав, после чего обернулся к остальным. — Теперь приводим оружие в порядок. И смотрите мне, лично
