Круг подозреваемых можно было сузить — скорее всего (даже наверняка!), Борохов именно на вчерашней встрече либо разговорился с кем-то из любителей, либо встретил старого знакомого, которого знал еще по Москве — там ведь он тоже покупал кулинарные книги и мог быть знаком с такими же, как он, любителями если не поесть, то хотя бы прочитать о том, как можно получать от еды истинное наслаждение. Второй вариант более перспективен — не стал бы Борохов звать к себе мало знакомого человека, да еще и показывать нецкэ.
— Сколько человек было вчера на встрече? — спросил Беркович.
— Пятнадцать, — сказала Света. — Включая этого вашего Борохова. А что, с ним что-то случилось?
Беркович проигнорировал вопрос и задал свой:
— Кого из них вы знаете?
— Многих, это все постоянные покупатели. Кстати, если вы придете к шести, то наверняка застанете… Сегодня третья встреча — первые две всех так увлекли, что Алкина попросили прийти еще, и он согласился.
— Вот как? — оживился Беркович. — В шесть? Непременно буду!
Это действительно была большая удача — увидеть в сборе всех, кто был вчера. И если кто-то из любителей не придет… Это, конечно, даже не аргумент, но все же зацепка.
* * *
В шесть Беркович вошел в магазин — он сменил форму на цивильную одежду и ничем не отличался от прочих любителей поесть, молодых и веселых, ожидавших российского кумира.
— Все из вчерашних в сборе? — тихо поинтересовался Беркович, пересчитав присутствовавших — их было восемнадцать, даже больше, чем ему бы хотелось.
— Ну… Борохова нет. Зато новых несколько, я их не знаю.
Беркович присел в сторонке, разглядывая аудиторию. Кто из них пошел вчера с Бороховым домой? О чем они говорили?
Время шло, кулинар не появлялся, и в магазине нарастал шум.
— Может, вы позвоните ему и узнаете, в чем дело? — наклонился Беркович к Светлане.
Она смутилась:
— Но у меня нет его координат…
— Вот как? — удивился Беркович. — Как же вы с ним связывались — к примеру, относительно сегодняшнего вечера?
— Он сам приходил… Гулял по Тель-Авиву и заходил в магазин. О сегодняшнем вечере договорились после второй встречи.
— Послушайте, — напряженно сказал Беркович. — А вы вообще уверены, что этот человек — Алкин?
Глаза Светланы расширились.
— Он паспорт показал!
— По вашей просьбе?
— Ну да. Он появился дней десять назад, сказал, что его фамилия Алкин, он кулинар, автор вот этих книг, в Израиле в гостях… Я попросила… Я ведь тоже не из доверчивых. У него был российский паспорт на имя Алкина Эдуарда Леонидовича.
— Да вы что? — встрял в разговор один из любителей, прислушивавшийся к словам Светланы. — Вы что, в натуре, Алкина не видели? Да вон в книге фотка!
Беркович взял в руки пухлый том, на обложке которого красовалась фотография автора — маленькая, паспортного формата, но довольно четкая: круглое лицо, лысоват, темные усы…
— Похож, — сказала Светлана. — И книги подписывал…
— А что вы на это скажете? — Беркович показал продавщице страницу с выходными данными книги. Тираж, формат, номер заказа, фамилии автора и редактора…
— Алкин Эдуард… Сергеевич, — прочитала Светлана. — Но… как же это?
Около них собрались все, кто присутствовал в магазине. Берковичу с трудом удалось восстановить тишину, и он быстро выяснил, что никто из любителей рецептов Алкина прежде не видел кумира в лицо. А фотография действительно похожа. И творчество свое он, ясное дело, знал, хотя кое-чего и не помнил, но это естественно, разве нет?
— Кто-нибудь видел, куда пошел вчера Алкин после встречи? — спросил Беркович.
— Он с этим пошел… с высоким таким, сутулым, он еще немого из себя корчит, — сказал молодой парень, пришедший с девушкой.
— С Бороховым, — ответила Светлана на немой вопрос Берковича.
— Как же вы не спросили у него телефона? — с досадой сказал старший инспектор.
Проблема упростилась — но ненамного. Где искать Алкина Эдуарда Леонидовича? Может, он действительно приехал в гости из России и в компьютерах МВД не значится?
Распрощавшись с любителями кулинарных рецептов, Беркович направился в управление. Было поздно делать детальный запрос, а ждать утра не хотелось, и старший инспектор решил испытать удачу: связался с полицейским участком в аэропорту Бен-Гуриона. Дежурил Ави Шайн, которого Беркович знал по прошлогодним курсам повышения квалификации.
— Попробую, — сказал Шайн, выслушав вопрос коллеги. — Перезвоню через десять минут.
Он перезвонил через полчаса и сказал торжествующе:
— Нашел я его для тебя! Алкин Эдуард, да, имя отца Леонид, гражданин Израиля, вылетел в Москву рейсом Эль-Аль сегодня утром, в семь двадцать.
— Ч-черт! — не удержался Беркович.
* * *
— Придется теперь связываться с российским уголовным розыском, — с досадой говорил он комиссару Хутиэли на следующее утро после второй уже подряд бессонной ночи (Арончик опять плохо спал, хотя температура немного упала). — В компьютере аэропорта нашелся его адрес — Тель-Авивский, конечно, а не Московский. Я там побывал. У него есть сожительница, но она не в курсе. Или ловко врет. Она подтверждает: позавчера Алкин вернулся поздно, где был — не сказал, собрал вещи и уехал. Предупредил, что будет какое-то время отсутствовать. Но, похоже, удрал насовсем…
— Она знала, что он кулинар… ну, то есть, прикидывался кулинаром?
— Утверждает, что не знала. Я думаю, события развивались таким образом. Алкин услышал, что у Борохова есть ценный предмет искусства — об этом многие говорили. Какое-то время он, должно быть, следил за Бороховым, выяснял его знакомства, привычки… Возможно, что грабеж так и не удался бы, но помогла случайность. Совпадение имени и фамилии с именем и фамилией одного из авторов кулинарных книг. Внешность он себе, кстати, чуть подправил — сбрил волосы на лбу, чтобы изобразить лысину, отрастил усы… Паспорт у него российский сохранился. А потом Алкин пришел в магазин и представился… Мог Борохов не клюнуть на приманку? Никого бы он к себе домой не привел, конечно, но самого Алкина! Позвал, а в ходе разговора тот, видимо, что-то загнул о культуре нецкэ. И Борохов не удержался — достал и показал. Тут Алкин его и…
— Предположения… — буркнул Хутиэли.
— Естественно. Но я уверен, что все так и было.
— Уверенность к делу не пришьешь, Борис… Ты прав: без российских коллег не обойтись.
— Только, Бога ради, не посылайте меня в командировку! — взмолился Беркович. — Сейчас это просто невозможно!
— Да-да, — сказал Хутиэли. — У Арончика вирус, Наташа без тебя, как без рук. Хорошо. Дело официально ведет инспектор Соломон — если будет нужно, пошлю его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
