спиной.
— Дари? — окликает он, а затем несется ко мне быстрыми шагами. — Что происходит?!
— Все нормально. — Я морщусь.
Он сжимает челюсти и подходит ко мне.
— Да ты же горишь! — выдыхает Альп, приложив ладонь к моему лбу. Садится на край кровати. — Точно температура поднялась.
— Такое и раньше бывало. — Я отворачиваюсь от него. — Пройдет само. Оставь меня.
Но Чакырбейли не отступает.
— Кажется, я говорил, что буду о тебе заботиться? — Он обеими руками берет мое лицо. Поворачивает к себе.
— Но…
— Никаких «но», — обрывает он. — Сейчас я вызову врача. Подожди немного.
Я сопротивляюсь, но вскоре сдаюсь. Сил совсем не остается. Да и делать нечего — лучше уж принять помощь, чем потом мучиться от болей.
Альпарслан достает телефон и звонит знакомому врачу, который раньше к нам часто приходил.
— Добрый день, Барыш Мехметович. Срочно нужна ваша помощь. Моя жена приболела. Да… Не знаю, что делать. Лоб горячий. Состояние плохое. Дрожит вся. Нужно ее осмотреть.
Врач что-то отвечает, но что именно, я уже не слышу.
— Давайте так. Вы сейчас где? Мой человек подъедет и заберет вас. Договорились? Хорошо. До встречи. Адрес жду.
Сбросив вызов, он снова смотрит на меня. Глаза полны тревоги.
— Все будет хорошо, Дари, — подбадривающе шепчет Альп, и я киваю.
От его заботы щемит сердце.
— Может быть что-нибудь принести? — спрашивает домработница, находящаяся позади него.
— Да. Градусник для Дарины и чистые полотенца. Сейчас приедет врач.
Когда она уходит, на телефон Альпа приходит сообщение. По всей видимости, геолокация от Барыша Мехметовича. Затем он набирает чей-то номер и прикладывает мобильник к уху.
— Нужно срочно привезти ко мне домой одного человека. Местонахождение уже скинул… Да, это новая больница. Частная. Сообщи, как доедешь.
Альпарслан четко раздает указания, устало трет глаза. Впивается взглядом в меня. Вновь сканирует. Встает с кровати и опускается на колени рядом со мной.
— Не подходи! — Я начинаю кашлять. — А то еще заразишься.
Он мотает головой, а уже в следующую минуту прикасается губами к моему лбу. Осторожно целует.
— Плевать. Главное, чтобы ты была здорова.
Я шумно сглатываю непроходимый комок в горле. Ответить ничего не могу.
— Все будет хорошо, Дарина. Обещаю. И ты мне тоже пообещай, что будешь пить все лекарства, которые наверняка пропишет врач, и пойдешь на поправку… Ты мне нужна. Очень нужна.
Его слова вонзаются в меня острыми иглами. Возвращают в прошлое. В те времена, когда я была счастлива рядом с ним.
Глава 33
С раннего утра звонки с незнакомого номера убивают все настроение. Я прекрасно знаю, что это псы Гейдаровых, но никак не могу понять, почему они не угомонятся.
Да, я стал провокатором, чтобы все их грязные дела выплыли наружу. Я же, можно сказать, подставил их. Потому что за**али. Несколько лет я боролся с ними, они были сильнейшими конкурентами и в то же время врагами, которые всегда были готовы перегрызть мне глотку. И спустя годы ничего не изменилось.
Да, отец Ларисы и дядя за решеткой. Но связей у них так много, что и там не могут нормально сидеть. Ко мне то адвокат их вызывается, то кто-то еще… А сегодня звонок с угрозой…
Мне плевать. Совершенно на все. Но страх за сына и жену разрывает сердце. Едва думаю о них, о том, что с ними может что-то случиться, как начинаю задыхаться. В носу, сука, щиплет, а в горло будто битое стекло сыплется. Поэтому не дергаюсь слишком резко — вдруг прилетит ответка. Мое слабое место они нашли, бить будут именно туда, а этого я не могу допустить.
Все пытаюсь мирно решить проблемы, но они постоянно путаются под ногами, жить по-человечески не дают.
Захожу в кабинет, где сидит Дарина. Она настолько увлечена документами, что не сразу замечает, что в помещении уже не одна. Шевелит губами, явно читая строчки на бумаге.
Такая красивая… Совсем простенькая, никакого макияжа. Но так притягивает к себе. Как магнит.
Она три дня болела. Я чуть с ума не сошел. В компанию не ездил. Думал, отойду на час-два — так все, что-то точно случится. Не успею ей помочь. Но она настолько сильная… Даже больная сыном интересовалась, вопросы по работе задавала, будто без нее все дела сорвутся.
Как увидел ее в том обессиленном состоянии, так решил: лучше сам подыхать буду, но, черт возьми, пусть она и сын всегда будут здоровы. Наверное, это та самая любовь, из-за которой люди с ума сходят… Раньше не ощущал все так остро. Раньше вообще все было иначе… Тогда страха потерять не было, думал, однозначно моя, никуда не денется. Но судьба… она такая. Не поймешь, какие игры подкинет. Я до сих пор выбраться из дерьма не могу, дабы жить так, как мечтаю, как хочет моя семья. Они будто в тюрьме находятся. Постоянно прячутся. Знаю, что Дарине все это не по душе, однако она терпит. Верит мне… Я ей обещал со всеми проблемами покончить.
— Ой, извини, не заметила, когда ты пришел, — говорит Дарина уставшим голосом, увидев меня. — Что-то случилось?
А я торможу. Смотрю на нее, не понимая, для чего пришел. Вроде хотел что-то важное сказать, но вылетело из головы, едва с ней взглядом встретился.
— Долго тебе еще? — киваю на бумаги.
— Нет, почти все. Я хочу пораньше домой поехать. Тамила звонила, сказала, что Каан капризничает. То играть не хочет, то кушать… Постоянно глаза трет.
— Не спал днем? — Я хмурюсь. Уже наизусть знаю все привычки сына.
— Совсем мало. Поэтому и ведет себя так…
— Выйдем пораньше, — решаю я.
— Да нет. — Дарина машет рукой перед лицом. — Ты же с кем-то встретиться должен был. Разве нет?
— Не горит. Подождет.
— Альп, — хмурится она. — Еще вчера ты говорил… что это очень важно. Ты должен остаться. Я же знаю, как ты готовился к этой встрече. А со мной ничего не случится. Уже столько времени прошло, и ничего страшного нет. Водитель меня отвезет.
Подумав, я киваю. Встреча действительно важная. Я ее отменял уже три раза. Оперативник — мой давний друг и близкий знакомый моего юриста. Мне нужна информация о Руслане, а еще слежку хочу за ним установить. С сестрой поговорить не удалось. Она упорно избегает меня, не выходит на контакт. Несколько раз в родительский дом ездил, дабы ее там встретить. Но нет.
Слова Дарины засели в мозгах. Она неспроста говорила Рустаму, чтобы держал брата как можно дальше от Альмиры. А я давить на нее не хотел. Все ждал,
