чашку какао.
Фрэнк стиснул ее руку. Довольно сильно.
— Послушай, — зашептал он ей на ухо, — если ты о кладбище, то не хочешь еще раз все обдумать?
— Что обдумать?
— Например, будущее тех, кто из ночи в ночь ждет своих близких под землей.
— Фрэнк, ты сбрендил? У мертвецов нет никакого будущего.
— Это бесчеловечно, Тэсса.
— Мы уже все решили, Фрэнк.
— Это ты все решила, — яростно и громко провозгласил он.
В кофейне снова стало тихо.
Тэсса жевала луковый пирог и расстраивалась.
Чертово кладбище, чертова ночь. Они будто снова овладели разумом Фрэнка, лишая его ясности мыслей.
Если все так пойдет и дальше — как они продержатся до официального решения о закрытии?
Даже если руководство на это согласится, бюрократия сожрет уйму времени.
Зря она послушала Холли и решила идти длинным путем.
И почему правильные решения всегда так сложны?
Глава 26
Радуги, дождь и закат бесновались в небе, но Камиле не было до этого никакого дела.
Она гипнотизировала взглядом темный экран мобильника.
Писать или не писать объекту своей симпатии — кажется, этот вопрос волнует девочек в пятнадцать, но никак не женщин ее возраста.
Почему она вообще должна терзаться такими глупыми сомнениями?
Есть что сказать — говори.
Есть что предложить — предлагай.
Все же очень просто.
Так откуда теперь эта нерешительность?
Эрл казался и без того глубоко несчастным и одиноким, не добавит ли она ему новых печалей?
Возможно, самое милосердное, что можно сейчас сделать, — это оставить его в покое? Он ведь понял, что не умрет от ее прикосновений. Но понял ли он, что теперь у него впервые в жизни появился выбор? Пусть крохотный, всего-то из двух женщин среди миллиардов других, но все-таки выбор?
Знает ли, что нужен Камиле?
И сдалось ли ему хоть на что-нибудь это знание?
Камила застонала и отшвырнула от себя телефон.
Потом выругалась и схватила его снова.
«Я хочу жить с тобой в доме на холме и спать с тобой, — торопливо написала она. — Мне надоела суета внизу. Если ты позволишь».
Затем она, спохватившись, добавила:
«Лучше бы тебе согласиться, иначе я Мэри Лу все космы вырву».
«Не подумай, что я на тебя давлю».
«Ты можешь делать, что хочешь».
«Но сделай так, как мне нужно».
Тут, к счастью, в дверь затарабанили до того, как Камила перешла к тяжелым угрозам.
Нервно вскочив, она бросилась открывать. Кого принесло в такую непогоду?
В дверях под ярким зонтом Мэри Лу стоял Кенни.
— Тэсса хочет тебя видеть в «Кудрявой овечке», — сообщил он.
— Я ей что, девочка на побегушках? — привычно огрызнулась Камила, потом вспомнила про телефон и про пугающие ответы, которые он мог в себе таить, и быстро нырнула под зонт.
В ожидании Тэсса очень крепко держала Фрэнка за руку, на полном серьезе опасаясь, что тот помчится на кладбище прямо сейчас.
Не могла же она драться с ним каждый вечер. Но и отпускать его к Алану тоже было страшно.
Мысли метались перепуганными птицами: как уберечь его от беды? Как защитить? Как убедить?
Перед глазами то и дело вставала Вероника в своей одержимости.
Что пошло не так?
Казалось, кладбище обрело силу, притягивая к себе скорбящих, сводя их с ума.
Стереть все знаки, запечатать могилы и наплевать на Управление — вот что хотелось сделать сильнее всего.
Но и Холли был прав. Она не могла больше поступать как инквизитор.
Она должна учиться быть человеком, а это значит — подчиняться человеческим законам.
Зазвенел колокольчик, и к запаху стирального порошка Кевина добавился кофейный привкус.
— Привет, Камила, — сказала Тэсса. Вежливость. Люди проявляют вежливость, когда просят о помощи.
— Я знала! — с ликованием в голосе вскричала та. — Я так и знала, что однажды преступный взгляд Фрэнка достанет тебя до печенок и ты захочешь спрятаться от него. Что, так и будешь ходить с шарфом на глазах до конца своих грешных дней?
— Я подцепила вирус Медузы Горгоны, — ответила Тэсса, — и теперь каждый, на кого упадет мой взгляд, превращается в камень. Однако не могла бы ты присесть? Я нуждаюсь в твоих профессиональных навыках.
— Что? — удивилась Камила, и стул под ней крякнул. — Вот как ты теперь запела?
— Всем внимание! — повысила голос Тэсса. — Я твердо намерена закрыть кладбище Вечного утешения. Никаких больше покойников, выползающих из-под земли.
Пальцы Фрэнка дрогнули и сжались крепче.
Он причинял ей боль.
Кофейня тут же наполнилась гулом голосов, а чат деревни запикал сообщениями — кто-то уже строчил туда новости.
— Я запущу стрим, — решила Мэри Лу.
— Я тут при чем? — холодно процедила Камила. — Мне дела нет до таких пустяков.
— Ты умеешь работать с информацией, в прошлом провела масштабное исследование об аномалиях Нью-Ньюлина, у тебя аналитический склад ума и дар убеждения. Я очень прошу тебя подготовить хорошее обоснование для Управления кладбищами.
— В том смысле, что у нас чокнулась одна пьянчужка?
Тэсса большим пальцем погладила ладонь Фрэнка.
— Я предоставлю тебе дополнительные аргументы, но хорошо бы ты и сама поискала похожие случаи на других кладбищах. Кенни, где Фанни?
— Переписывает пьесу наверху.
— Пусть она соберет подписи жителей деревни… Вы ведь тоже хотите закрыть кладбище? — немного запоздало спросила Тэсса.
— Пожалуй, — задумчиво согласилась Мэри Лу. — Оно действительно жуткое.
— Но на что деревня будет тогда жить? — задалась вопросом Дебора Милн.
— У нас есть альпаки, — бодро заявил сварливый Джон.
— Жаль, что некому теперь выходить в море, — вздохнула Мэри Лу. — Я скучаю по дедушке и его рыбе.
— Закрыть кладбище? — рассердился Йен Гастингс. — Вы тут чокнулись всей деревней? Это вообще-то государственная программа национального значения. Ее разрабатывали психологи, социологи и политики. А вам это что, игрушки?
— Поэтому я все еще не сожгла его, а попросила Камилу написать официальный запрос, — процедила Тэсса раздраженно.
Дыхание Фрэнка становилось все более прерывистым.
Да он вот-вот сорвется.
— Делай как знаешь, Тэсса, — сказал сварливый Джон, — мы будем на твоей стороне.
— Ладно, — внезапно согласилась Камила, — так и быть. Ты недавно вытащила меня из моря, хоть я и без тебя бы справилась, Тэсса Тарлтон. Но я
