– Джулз.
– Да, сэр?
– Ты слышал, что произошло?
– Да, сэр.
Очевидно, они находились на грани глобальной террористической атаки. Той, которую они всегда ждали – и на этот раз были готовы. Очевидно, они уже предотвратили бóльшую часть того, что должно было произойти, а теперь должны остановить остальное.
– Тот, кто тебе звонил, сказал бы тебе, – хмуро поведал ему Макс, – тащить свой зад обратно в Вашингтон. Когда ты перезвонишь, тебе скажут, что ты должен попасть на военный транспорт, потому что все коммерческие рейсы в США отменены.
Сладчайший младенец Иисус.
– Все?
– Да. Я не полечу, – сказал ему Макс, – по очевидной причине. Но командовать будет Пэгги Райан, я полностью ей доверяю. Всем отделом. И тобой тоже. Но я знаю, что ты и Пэгги не сошлись характерами, так что... Просто скажи мне, куда ты хочешь быть назначен, и отправишься туда. Как руководитель группы. В конечном счете она привыкнет к тебе.
Что?
– Простите, сэр, вы говорите так, словно никогда не вернетесь.
Макс кивнул:
– Да.
Черт.
Черт подери.
Джулз не ожидал, что Макс попросит его остаться и помочь найти Джину и Молли.
Не так многословно, во всяком случае. Но он действительно не ожидал, что тот спросит, куда Кэссиди хочет быть назначен, и прочей «проживи хорошую жизнь» чуши.
Что не означало, будто Джулз не может остаться добровольно. Особенно учитывая количество человеческих ресурсов, необходимых для освобождения заложников. Если Макс думает, что сможет попросить помощи у любого подразделения спецназа, как, например, шестнадцатый отряд морских котиков, чтобы спасти Молли и Джину... Милый, тебе бы пораскинуть мозгами как следует.
В следующие несколько дней эти ребята будут немного заняты, спасая мир и все прочее.
А это означает... что? Макс и неизвестный Джоунс выломают дверь похитителя собственными малыми силами?
– Боже, вы знаете, я действительно ненавижу Пэгги Райан, – сказал Джулз. – Она такая заноза в заднице. Если вам без разницы, сэр, то я просто продолжу помогать вам с этим делом. Лишь то, что весь мир в огне, не означает, что две похищенные женщины не имеют значения. Они нуждаются в спасении, так давайте спасем их.
Макс покачал головой.
– На том, что случится в следующие несколько дней, сделают карьеры, – заметил он.
Джулз просто смотрел на него несколько долгих секунд.
– Это, наверное, самая отвратительная вещь из тех, что вы когда-либо говорили мне.
Макс не выглядел смущенным. Тем не менее, его ноздри слегка раздулись.
– Но от этого не менее правдивая.
Джоунс, так же известный как Грейди Морант, наблюдал за ними из-за стола. Джулз заметил, что сейчас, когда команда комиков Ульстер и Гольдштайн вышли из здания, его левая рука покинула карман.
– Почему, – спросил Джулз у Джоунса, – этот Макс не может просто посмотреть мне в глаза и сказать, что хочет, чтобы я остался, что ему нужна моя помощь?
Джоунс покачал головой. Пожал плечами.
– Я не... – сказал он, – ты знаешь. Гей.
Джулз, к его удивлению, рассмеялся.
– А какое это имеет отношение к?..
Джоунс думает, что?.. Ладно.
Очевидно, в этом направлении помощи не дождаться.
Джоунс поднялся.
– Мы можем уйти отсюда? Нужно придумать, как, черт возьми, добраться до Джакарты. Если отменили все коммерческие рейсы...
Телефон Джулза снова зазвонил. Агент повернулся к Максу.
– Вы велели мне сказать, куда я хочу быть назначен, я так и сделал. Что от меня еще требуется?
Макс, казалось, принял решение. Он кивнул.
– Ответь, – сказал он Джулзу. – И скажи Яши, что я назначил тебя главным. И что ты ведешь расследование этого похищения, и что тебе нужны три места на авиарейс до Индонезии – коммерческий или военный, не важно, пока ты можешь беспрепятственно провести на борт двух пассажиров.
– Я веду расследование? И что? Вы мне помогаете? – Джулз рассмеялся, но Макс к нему не присоединился. – Ух-ты. Постойте, сэр, я...
– Скажи ему, – заговорил одновременно с ним Макс, – как глава отдела, я подал тебе рапорт об отставке, а ты его принял.
Что?
Звонки сводили его с ума. Джулз сказал в телефон:
– Яши, я сейчас тебе перезвоню. – И отключился. – Сэр, я очень сильно прошу прощения, но, черт возьми, что?
– Я не могу вести это дело, – сказал Макс. – Ни в одном из официальных званий.
Джина моя... девушка.
И возможно, что он вообще впервые назвал ее так. На самом деле, он едва не задохнулся от этих слов.
Но, прежде чем Джулз смог поддеть его – что за ребячество и что за глупое слово, чтобы так на него реагировать, произнося вслух, потому что Джина не была девушкой и, привет, он даже не видел ее почти полтора года – Макс снова заговорил.
– Она для меня все, – прошептал он. – Она моя жизнь. Без нее...
Он покачал головой.
И с болью в сердце Джулз понял, что в глазах Макса стоят слезы. Видеть этого человека рыдающим после открытия, что Джина не мертва, одно дело, но такое...
– Я пожертвую ради нее всем, – добавил Макс. – Включая твою карьеру. Так что да. Я хочу, чтобы ты остался и помог мне вернуть ее.
Джулз не колебался.
– Я принимаю назначение, – сказал он своему другу. – И я принимаю твою... ты понял.
Отставку. Он принял ее, но не смог заставить себя произнести это вслух.
Макс кивнул.
– Звони Яши, – приказал он. – Я соберу лэптоп, так что мы сможем связаться с похитителем – он называет себя Э. Нужно написать ему по электронной почте, он уже связывался с Морантом через специальную учетную запись. Я собираюсь потребовать дополнительное доказательство жизни. Он прислал фото, но я хочу телефонный разговор.
О, и тебе, вероятно, стоит знать – прежде чем подать в отставку, я заключил сделку с мистером Морантом. Мы не трогаем его, пока Молли и Джина не окажутся в безопасности под нашим присмотром. После этого он весь наш, – он оборвал себя. – Твой.
– Лишь в моих мечтах, – отозвался Джулз, набирая номер. – Потому что, вы же слышали, парень сказал, что он не гей.
Джоунс проигнорировал его.
– Я знаю, шансов на успех мало, но нам нужна любая информация, которую можно раздобыть, про оба почтовых ящика – его и тот, что он завел для меня. Может, мы сможем отследить его местоположение.
– Вас понял, – сказал Джулз. Он также лихорадочно соображал, кто бы в вашингтонском офисе мог выделить ему какого-нибудь сотрудника, хотя это было очень маловероятно. Пэгги Райан не будет скучать по нему – в этом у него не было сомнений.
Он также знал, что она добровольно не пошлет никого из своей команды, пока продолжается ситуация с «грязной» бомбой в национальной столице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
