Все годы, проведенные в эмиграции, Кропоткин не переставал следить за судьбой своей собственной страны. А как только в 1917 году самодержавие было свергнуто, незамедлительно вернулся в Россию, будучи уже старым и больным. Оставаясь противником государственной власти, он тем не менее признал огромное значение Октябрьской революции и высоко оценил власть Советов. В 1919 году он даже встречался с Лениным. С 1918 года он жил в городе Дмитрове, под Москвой, где и умер в 1921 году.
Побег из Лондонской тюрьмы
Один из самых удачливых советских разведчиков – Джордж Блейк – родился 11 ноября 1922 года в Роттердаме в семье английского бизнесмена Альберта Уильяма Бехара. Отец Блейка умер, когда мальчику было 12 лет. После смерти отца его воспитанием занималась тетя, сестра отца, которая вышла замуж за богатого каирского коммерсанта. Это была интернациональная семья: тетя и ее муж имели итальянское гражданство, другой дядя по отцу – египетское, младшая сестра отца – турецкое, двоюродные братья – французское и египетское. А сам Джордж был гражданином Великобритании. В Каире Блейк получил прекрасное образование, а под влиянием своих двоюродных братьев заинтересовался идеями социализма. Вторая мировая война застала его в Голландии, куда он часто приезжал для встреч с мамой и сестрами. Когда война только началась, население Нидерландов надеялось, что их страна сохранит нейтралитет. Но этого не произошло: после ожесточенных бомбардировок Нидерланды капитулировали. Родные Блейка во время германской оккупации бежали в Англию, спасаясь от гибели. А Джордж, которому тогда едва минуло 17 лет, принял активное участие в голландском движении Сопротивления.
Д. Блейк
В воспоминаниях Джорджа Блейка есть такие строки: «Моя юность связана со Второй мировой войной, с ужасами оккупации». В движении Сопротивления юный Джордж Блейк выполнял роль связного, занимаясь доставкой в город антифашистских листовок. В 1943 году, опасаясь попасть в гестапо, молодой человек под именем Питера де Ври перебрался через Гибралтар в Англию. И именно там он поменял фамилию Бехар на Блейк и в том же году ушел добровольцем служить на британский флот. Поступив в военно-морское училище, Блейк был направлен на подводную лодку, где проходил подготовку для ведения десантных операций против Германии. Но вскоре по состоянию здоровья Джордж был признан негодным для службы на подводных лодках.
В августе 1944 года Блейка перевели в голландскую секцию британской разведки, где после стандартной процедуры проверки приняли на службу в голландский отдел П-8. Данный отдел являлся частью управления, которое, кроме разведки в Голландии, занималось еще подобной деятельностью в Скандинавских странах и Советском Союзе. Отдел занимался всесторонней подготовкой, а также непосредственно засылкой агентуры в оккупированную Голландию.
Всю войну Блейк работал в П-8 и только после ее окончания выехал в Голландию, где стал служить во вновь созданной резидентуре СИС в Гааге. Разведчик получил задание свернуть агентурную сеть. Когда задание было выполнено, Блейка отозвали в Лондон. В то время (сентябрь 1945 года) уже началась переориентация британских спецслужб на антисоветскую и антикоммунистическую деятельность, и разведчика направили в Гамбург для сбора сведений о советских войсках в Германии, где он стал самостоятельно изучать русский язык. Руководство СИС, узнав о желании Блейка заниматься изучением русского языка, направило его на языковые курсы для офицеров вооруженных сил при Кембриджском университете. Спецслужбы намеревались использовать Блейка в работе против СССР. Но планам руководства не суждено было осуществиться, потому что именно здесь, в университете, как вспоминает Блейк, его «растущий интерес ко всему русскому превратился в настоящую любовь».
В 1948 году, после окончания курсов русского языка в Кембридже, разведчика назначили вице-консулом британского посольства в Сеуле. Через год Блейк сообщил в СИС о подготовке северокорейской армии к вторжению на территорию Южной Кореи. В 1950 году началась корейская война, и, когда северокорейские войска заняли Сеул, Блейк вместе с другими британскими дипломатами был интернирован и направлен в лагерь.
В начале весны 1951 года разведчик передал через корейского офицера записку в советское посольство с просьбой организовать встречу с представителем внешней разведки. На состоявшейся вскоре встрече Джордж Блейк, предложив свое сотрудничество советской разведке, сообщил русским ценные сведения об английских спецслужбах.
Возвратившись в Лондон в 1953 году (после подписания перемирия в Корее), Блейк продолжил работу в штаб-квартире СИС. Вскоре он был назначен на пост заместителя начальника отдела технических операций, который занимался секретным прослушиванием за границей. В декабре того же года на секретном совещании СИС и ЦРУ в Лондоне было принято решение о прокладке тоннеля к линиям связи советских войск в ГДР, о чем Блейк сразу же проинформировал советскую разведку. Центр принял решение использовать этот тоннель для дезинформации противника. Благодаря ценным сведениям Блейка внешняя разведка СССР в 1956 году провела операцию по «случайному» вскрытию тоннеля в Берлине. Подобное мероприятие было проведено и в Австрии.
Интересно, что Блейк, работая на советскую разведку, не преследовал никаких корыстных целей. На службе у СССР он состоял бесплатно. С 1956 по 1959 год советский разведчик поддерживал отношения с Хорстом Эйтнером, бывшим агентом «Организации Гелена», работавшим на британскую разведку. В этот период Блейк и Эйтнер сделали неожиданное открытие в отношении друг друга. Оказалось, что оба они являются агентами КГБ. Когда в 1960 году Эйтнера арестовали и в феврале 1961 года он рассказал о деятельности Блейка, то ему не поверили. Но после показаний польского перебежчика Михала Голенивского (резидента польской военной разведки в Восточном Берлине), который был одновременно агентом ЦРУ, английские спецслужбы поняли, что несколько лет Блейк водил их за нос. Кстати, показания Голенивского подтвердил и другой перебежчик – полковник Альстер, когда-то возглавлявший тайную польскую полицию.
Английские спецслужбы реши ли действовать осторожно. Весной 1961 года Блейк получил от них указание вернуться в Лондон для получения нового назначения. В то время Блейк находился в Бейруте в секретном Центре по изучению арабского языка, где должен был пробыть еще некоторое время. Приказ вернуться в Лондон был для него большой неожиданностью, и, заподозрив что-то неладное, Блейк связался с представителем советской разведки, которому рассказал о своих сомнениях. Однако у руководства Центра не было данных о провале Блейка, и послед нему ничего не оставалось делать, как вылететь в Англию.
В марте 1961 года Блейка арестовали и 3 мая 1961 года приговорили к 42 годам тюремного заключения. На слушание дела, которое состоялось в зале № 1 Олд Бейли Центрального уголовного суда Лондона, публику пустили только перед оглашением приговора. Когда судья зачитал приговор, в зале раздались изумленные возгласы. Дело в том, что максимальное по закону наказание за подобное преступление, совершенное в мирное время, составляло 14 лет, но обвинение, пользуясь прецедентом почти столетней давности, нашло возможность осудить преступника на пять максимальных сроков. Причем три срока ему предстояло отбывать последовательно, а два – параллельно. После оглашения приговора судья пояснил присутствующим, что данный приговор означает 42 года тюремного заключения. Теперь уже ни для кого не было секретом, что решение суда явилось продуманным актом государственной политики.
Произнося речь, судья особо подчеркнул, что «подсудимый исходил из идеологических побуждений, а не из финансовой выгоды и своими действиями свел на нет большую часть работы британской разведки со времен окончания войны». Итак, срок Джорджа Блейка должен был закончиться только в 2003 году, однако уже с 1965 года бывший разведчик, а ныне пенсионер Георгий Иванович Блейк проживает в Москве.
Но вернемся к тому времени, когда Джордж Блейк оказался под спецнадзором в лондонской тюрьме Вормвуд-Скрабс. Вместо гражданской одежды ему выдали серую робу с крупными нашивками бурого цвета на груди, спине и на штанинах. Эти нашивки на робе в английской тюрьме использовались для того, чтобы охранники в случае побега заключенного могли точнее прицелиться в беглеца.
С самого первого дня своего заключения Джордж Блейк прекрасно понимал, что, как у британского подданного и бывшего госслужащего, у него нет никакой надежды на то, что его обменяют на какого-либо английского шпиона, пойманного в СССР. Амнистии Блейку тоже ждать не приходилось. Таким образом, ему оставалась единственная, хотя и казавшаяся фантастической, возможность освобождения из тюрьмы – побег.
