никогда не рисковала проделать. Но… справедливости ради сказать, Кот — мой муж. Мой возлюбленный, мой любовник, друг и просто любимый мужчина.
Это я все еще казалась себе несуразной серой цаплей, случайно оказавшейся на месте волшебной принцессы. Как разденусь, как в воду вступлю, так все волшебство и рассеется. Кот увидит меня, тут же горько разочаруется, вещи тихонечко соберет и укатит обратно в свою Инквизицию. Там найдет себе какую-нибудь очередную безупречную бессмертную и…
Я так размечталась, что не заметила, как Марк совсем близко ко мне подошел, вдруг очнувшись от его легкого прикосновения.
— Лю, мое несмелое солнышко. Ты просто не представляешь, насколько все эти безупречные бабы мне надоели. Тошнит от их идеальности. Для меня девочка Лю сразу стала глотком свежей воды в беспросветном болоте. Живая, умная, красивая. Рядом с тобой я живу. Впервые в жизни дышу полной грудью. Ты — моя сила. Люблю тебя. Раздевайся давай, сделай мужу подарок.
Если и существуют в этой вселенной нормальные женщины, способные после таких слов устоять и мужчине не уступить, то это точно не я.
Я не такая.
У самого пологого берега лежали вросшие в мох и траву огромные гладкие гранитные валуны. Словно чьей-то огромной могучей рукой они выложены были квадратом, внутри которого виднелись следы от костра. Чуть поодаль из песка выступала почти идеальная серая каменная полусфера. Вот на ней я и устроила свой первый в жизни стриптиз.
Нет, ну, а что?
Подарок на мой день рождения ему удался, несомненно. Голова кругом шла от одной только мысли: у меня есть теперь целое озеро. Вот это чудесное, сказочное, безупречно-волшебное. Со своей молчаливой озерной душой, цветущими кувшинками, белым песком, древними соснами, скалами.
— Видишь, там из воды торчит камень? — Кот у меня за спиной сосредоточенно разбирал наши вещи, вынимая палатку. — За ним глубоко, но не сразу, еще метров десять комфортно. Дальше не ходи, я помню как кто-то решил утопиться. Вода теплая и чистый песок.
Я медленно расстегивала блестящие кнопочки чудо-комбинезона. Влезла на камень и, балансируя там, издевалась над мужем.
Кнопочек было много. Зато расстегнувшись, темный комбез соскользнул вниз, как будто занавес театральный. Красиво.
Я уже даже успела привыкнуть к тому, что, выходя из душа, не задумываясь нахожу приготовленную для меня упаковку комплекта нового белья. Просто беру и иду. И в очередной раз одеваясь сегодня, слегка удивилась: в пакете лежал совсем не обычный комплект. «Наверное, Марк цапнул не глядя, что было,» — подумала снова куда-то спешившая я. Белье кружевное такое, серебристо-голубое. Изумительный цвет, восхитительно красивый покрой, тонкие орнаменты кружев на коже были похожи на мартовский иней.
И только сейчас, красуясь на камне у озера, я поняла: Кот все это задумал. Как талантливый режиссер, он незаметно и деликатно направлял все поступки и мысли бездарной актрисы Илоны.
— Проклятые Яги! — за моей спиной прорычал кто-то свирепо и хрипло. — Создатель, за что мне эти муки?
Я не оглядываясь расстегнула на лифчике все крючки, под громкий стон мужа снимая с себя кружевную его красоту.
Медленно уронила на камень. Рычание все усиливалось. Да, моя радость. страдай. В своей жизни еще никогда себя я не чувствовала настолько волшебно: красивой, желанной, любимой. Как весенняя бабочка, я выкарабкалась из жесткой оболочки уродливой куколки, расправляя свое восхитительное крыло.
По бедрам скользнула ладонями, пальцами поддевая тонкую эластичную паутинку белья. Неторопливо склонилась, ногами перебирая, как жеребенок нетерпеливый.
Все, вот и закончен стриптиз.
Я всей голой кожей почувствовала обжигающий мужской взгляд. Мысленно слушала его громкие чувства, грохочущие рокотом барабанного боя.
Теперь только бы с камушка не свалиться. Я умею испортить эротику чувственного момента…
Что удивительно, справилась, не свалилась Илоночка носиком вниз, жопкой кверху, как курица в суп.
Осторожно ступая, к воде подошла, мучительно вспоминая, как надо покачивать бедрами. Наклонилась, поверхность ладонью потрогала, теплая. Как же давно я нигде не купалась. И ванная совершенно не в счет. Что-то интимное ощущалось в процессе физического единения с природными водоемами. Вхождение в «дикую» воду чем-то похоже на секс, а я…
не успела додумать.
Позади меня в этот миг раздался громкий треск, низкий рык, и напрочь портя момент, огромным прыжком прямо в озеро прыгнул мой Кот. Натуральный! Размахивая в воздухе сразу всеми четырьмя толстыми лапами, пружиня хвостом, он толкнул меня прямо вперед, мордой вниз, жопкой кверху.
Да, как курицу в суп. В мое озеро!
Горячий и скользкий бок зверя выталкивает на поверхность, я судорожно кувыркаюсь в воде и выпрыгиваю, громко шипя и отплевываясь.
Злиться на морду усатую, мокрую, абсолютно счастливую не выходит. Уши прижал, во всю кошачью зубастую пасть мне ослепительно улыбаясь. Пумы — отличные пловцы, они одни из немногих крупных кошек воду любят и купаются с удовольствием.
Плавно скользящий в воде восхитительный зверь — зрелище удивительное, завораживающее. Огромный, могучий, с громким урчанием он терся о меня теплым боком, тыкаясь мордой и фыркая, как дельфин.
Как же я люблю его. Такого разного: мудрого мужчину, рассчитывающего все наперед, и вот этого хулигана, что обвил меня толстым и мокрым хвостом.
Не хочу жить без него, не могу. Наплевать мне на всех мимикримов и демонов.
Счастье мое…
Мои мысли услышав, котяра от меня на миг скрылся в толще чистой озерной воды и вынырнул рядом уже очумительно-голым мужчиной. Мокрым, горячим и возбужденным. Громко выдохнул, и не давая опомниться, ладонями влажную моську мою обхватил и обрушился поцелуем, как раскаленной волной.
Да. Именно этого мне не хватало. «Никакой сексуальной активности»? Честное слово, я буду послушно-пассивной. Делай что хочешь со мной, мой самый лучший во всем этом мире мужчина.
Мой восхитительный Кот.
36. Раки
«Самые гениальные мысли приходят в голову совершенно случайно. И главное — распознать в этой случайности гениальность». М. К. Кот «Дневники и записки»
Как, оказывается, приятно просыпаться под низким серым небом, слыша тихий и уютный треск маленького костра. Блики пламени на мягком мху и траве, оплетенной туманом. Теплый спальник, ласкающий кожу, пушистый костюм, шерстяные носки на ногах и толстый пенистый коврик под боком.
Запах кофе, давно забытой тушенки и хлеба, жареного на костре.
И когда я уснула? Не помню. Последним, что приходило на память, были жаркие сцены на плотном квадрате палатки, разложенном по земле. Что мы творили… Вообще голову потеряли.
Особенно я. Марк сознания не отключал ни на секунду, старался быть осторожным и бережным. Очень честно старался. Куда там… С цепи сорвалась его женушка. Какие там страстные и
