брака с которой и родился поклонник таланта Яна – Николя Торо. Была у Второва и дочь Ольга, которая стала художницей и даже участвовала в создании декораций для балета Стравинского «Жар-птица». Ольга умерла молодой, детей у нее не было. То, что жена промышленника якобы сбежала вместе с его братом, оказалось очередной ложью. Брат Николая, Александр, был арестован в 1921 году и отправлен в ссылку в Нижний Новгород. Реабилитировали его уже много лет спустя после смерти. Что же произошло с незаконнорожденным сыном, который убил Второва, нигде не упоминалось. Ей удалось лишь отыскать имя – Виктор Гудков. И если верить книге жизнеописания «последнего русского олигарха», Виктор покончил с собой сразу же после убийства отца.
Глухой угол. Пролить свет на события мог лишь пропавший Петр Алексеевич, но где его искать, Есения не представляла.
Как она ни старалась переключить внимание на другие вещи, мысли все равно возвращались к ее кошмарной догадке. Допустим, Ян поехал к Петру Алексеевичу ночью, чтобы совершить убийство. Очевидно, что задуманное ему не удалось, потому что погиб он сам, но, возможно, он ранил Петра Алексеевича. Именно его кровь была на чердаке, а не кровь Яна. Это же было так очевидно и так глупо, почему она об этом сразу не подумала? На теле Яна не было никаких ран, если не считать сломанной шеи. Значит, Петр Алексеевич был в доме. И, возможно, именно он убил Яна. Сбросил его с чердака.
Есения подскочила, пораженная своей догадкой. Мысли лихорадочно метались. Ей нужны доказательства. Если ранен был действительно Петр Алексеевич, то он, по идее, должен был куда-то обратиться за медицинской помощью. Но как ей об этом узнать? Если она просто начнет обходить больницы, вряд ли ей дадут информацию. Нужно точно узнать, как именно умер Ян. Доверия к экспертизам, которые обеспечивал начальник полиции, у нее больше не осталось. Понадобится повторное вскрытие. От самой идеи Есению передернуло, но она взяла себя в руки. Она пойдет до конца, чтобы понять, что же на самом деле произошло. И еще ей необходимо найти хоть что-то, что объяснило бы связь начальника полиции, губернаторши и Нины Сергеевны с Петром Алексеевичем и этим домом.
Есения еще раз схватила досье и начала судорожно пересматривать страницы. Родился, женился, болел. Забавный факт – губернаторша была три раза замужем, губернатор ее третий муж. Видимо, мини-юбки и высокие сапоги дают свои дивиденды. Есения принялась внимательно просматривать информацию о ее родителях, а затем вспомнила, что сегодня утром на электронную почту ей пришло письмо от адвоката. Открыв имейл, она прочла письмо и сразу же поняла, что ей наконец повезло. Сердце забилось часто, в глазах начало расплываться. Ей пришлось несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть, а затем еще раз перечитать информацию. Бабушку начальника полиции и любвеобильной губернаторши звали Наталья Гудкова. С большой долей вероятности ее отцом был тот самый Гудков, который убил «последнего русского олигарха». Значит, сама губернаторша и ее брат были родственниками Второва, вот только доказать это родство не представлялось возможным. К тому же в современном мире сына, убившего отца, наверняка признали бы недостойным наследником.
Руки дрожали так сильно, что Есении не сразу удалось набрать номер адвоката. Ожидая ответа, она несколько раз откашлялась. Она сама была в шоке от того, что собиралась сказать. Возможно, в другой жизни она бы и помыслить не смела о подобном, но сейчас она должна была рискнуть, чтобы что… Чтобы спасти себя.
Внезапно Есения осознала, что очень хочет спастись. И доказать всем этим людям, включая мертвого Яна, что она не такая слабохарактерная идиотка, какой они все ее считают.
– Скажите, а возможна ли эксгумация тела Яна и повторная экспертиза? – выпалила она, едва услышав протяжное «Алло» адвоката.
В трубке повисла тишина.
– Есения Львовна, я правильно понимаю…
– Да, вы все правильно понимаете. У меня есть сомнения в смерти мужа, и я хочу провести повторную экспертизу.
– Что заставляет вас сомневаться в обстоятельствах, при которых погиб Ян Львович? – поинтересовался после паузы адвокат. Он был слишком воспитан, чтобы намекнуть Есении, что она сошла с ума и требует почти невозможного.
– У меня есть основания полагать, что у начальника местной полиции и жены губернатора есть собственный интерес к дому, который достался Яну в наследство. Видите ли, фамилия их бабушки Гудкова. Гудкова Наталья Викторовна. Ее отец, Виктор Гудков, убивший Николая Второва, был его незаконнорожденным сыном, но никаких доказательств этого нет, в те времена экспертизы не проводились. Возможно, начальник полиции и его сестра считают, что они имеют право на наш дом и на земли. Конечно же. – Есения вдруг рассмеялась.
Все было так очевидно и лежало на поверхности. К дому же прилагались земли, заповедная зона, которую уже кто-то начал застраивать, а Ян положил конец этой стройке. Если копнуть, то наверняка обнаружится связь между застройкой и начальником полиции с губернатором.
Есения подробно изложила свои умозаключения внимательно слушающему ее адвокату. И подытожила:
– Так что у меня есть все основания полагать, что Ян не выбросился из окна. С большой долей вероятности его убили, а экспертизу подделали. А для начала устроили все эти нелепые розыгрыши с призраками, стараясь нас запугать. Доказательства этого у меня есть.
– С призраками? Я не совсем понимаю. – После паузы адвокат мягко подтолкнул ее к тому, чтобы продолжить рассказ.
– Да, с призраками. Вначале у нас в доме устроили спиритический сеанс, якобы вызвали дух Есенина. Этим всем руководила жена губернатора. Потом она громогласно объявила, что в доме появится смерть. Затем якобы умерла женщина, помогавшая нам с уборкой. Ее звали Нина Сергеевна. Она, кстати, двоюродная сестра губернаторши и начальника полиции. А затем якобы скончался наш садовник.
– Якобы? – не сдержался и перебил Есению адвокат.
Если бы всю эту безумную историю озвучил ему кто-то другой, он бы подумал, что это бред больного воображения. Но Есения, в отличие от своего гениального мужа, всегда производила на него впечатление человека на редкость трезвомыслящего и не склонного к экзальтированности. Поэтому он внимательно ее слушал и хотел знать все подробности.
– Да, якобы, – решительно ответила Есения. – Потому что Нина Сергеевна, которая вроде как утонула у нас в пруду, умерла спустя четыре месяца совсем по другой причине. Кстати, она была чемпионкой края по плаванию. А Петр Алексеевич после своей так называемой смерти еще какое-то время вполне спокойно проживал у себя в доме.
– Я могу поинтересоваться, от чего на самом деле умерла Нина Сергеевна? – немного поразмыслив, поинтересовался адвокат.
– Ей перерезали горло, – твердо ответила Есения.
Повисла пауза. Оба хотели что-то спросить и сказать,
