Глава 10
Следующие несколько минут, показавшиеся Кэрис вечностью, она провела, как во сне. Должно быть, она продолжала кричать все громче и громче, что не может остановить Тейтиура, потому что почувствовала вдруг, как Телор пошевелил руками, и лошадь стала замедлять ход. Это положило конец ужасному ощущению, которому Кэрис отказывалась поверить – она обнимает мертвого человека. Теперь от сердца у нее немного отлегло, и из глаз покатились слезы облегчения. Когда же с ней заговорил Дери, девушка тупо уставилась на него, не в силах вникнуть в смысл слов. Кэрис хотела сказать ему, что Телор ранен, истекает кровью и может умереть, но не могла произнести ни слова и лишь смотрела на карлика отсутствующим взглядом.
Потом Дери крикнул ей еще что-то, и девушка, наконец, поняла, что от нее хотят. Карлик велел ей крепче держать Телора, сам же взял поводья Тейтиура и повел коня за собой. Они ехали, и ехали, и ехали. Казалось, прошла много-много часов, из тела Телора сочилась кровь, Кэрис чувствовала ее на своих руках и боялась, что прежде, чем они остановятся, от Телора останется лишь пустая, мертвая оболочка. Но плакать Кэрис уже не могла. Все это время нещадно палило солнце, потом оно куда-то пропало, и вокруг них, и сверху появились листья, сплошной шатер из листьев, девушка услышала журчание воды, а потом снова крик Дери, пытавшегося разжать ее правую руку, которой она намертво обхватила грудь Телора. В конце концов Кэрис удалось разобрать слова.
– Отпусти руку.
Девушка попыталась это сделать, но не смогла даже пошевелить пальцами, пока Дери с трудом не оторвал ее руку от груди Телора. Тело менестреля тут же стало сползать с седла, но карлик подхватил его и осторожно опустил на землю. Только теперь Кэрис поняла, что они, наконец, остановились, но ей пришлось приложить усилие, чтобы разжать пальцы левой руки, сжимавшей кожаную петлю седла, когда же ей это удалось, девушка вскрикнула от боли. Как спустилась на землю, Кэрис не помнила. Единственное, что она видела, это фигуру карлика, который склонился над Телором, собираясь отнести его подальше от Тейтиура. И в этот момент, неожиданно для себя, Кэрис закричала Дери, чтобы тот не трогали не беспокоил Телора, хотя сама не знала, чем это может навредить мертвому. Потом на четвереньках Кэрис проползла вокруг лошади, потому что подняться на ноги для нее было невозможно.
Спустя некоторое время – Кэрис казалось, она ползает уже целый час, хотя, на самом деле, всего два или три раза переставила руки и коленки – случилось то, что совершенно ошеломило девушку и вернуло ее к действительности. Раздался голос Телора, слабый и задыхающийся, но спокойный:
– Все в порядке. Дайте мне только минутку полежать. Думаю, у меня сломано несколько ребер.
– В его бок всадили нож, – сказала Кэрис, удивляясь, что говорит таким спокойным тоном.
– Правда? – в голосе Телора прозвучало явное изумление, и он хотел приподняться, чтобы убедиться в этом самому.
Положив руку Телору на плечо, Дери проворчал:
– Лежи смирно, черт возьми! Только идиот может не знать, что ему всадили нож.
Телор хотел засмеяться, но чуть не задохнулся от боли. Он больше не пытался пошевелиться, а, лишь криво усмехнувшись, прошептал:
– Проклятые ребра, они теперь прибавят мне хлопот. Должно быть, я просто не заметил, как это случилось.
Кэрис вновь решила подняться на ноги, но поняла, что в этом вряд ли был смысл. Она подползла к Телору и села рядом с ним. Он взглянул на девушку и улыбнулся.
– Теперь ты можешь не беспокоиться, что обязана мне жизнью. Ты возвратила свой долг и спасла жизнь мне.
– Закрой рот и отдыхай! – сердито прикрикнул на него Дери, поднимаясь на ноги и обращаясь к Кэрис: – Посмотри, сможешь ли ты приподнять его тунику и рубашку, чтобы остановить кровотечение не тревожа его, а я пока привяжу лошадей.
Если бы Кэрис сумела подняться на ноги, она настояла бы на том, чтобы поменяться с Дери ролями, потому что очень боялась. Девушке был известен лишь один способ остановки кровотечения – надавить на рану, но сейчас этого делать не следовало.
Ведь если ребра действительно сломаны, они проткнут легкие Телора. Теперь, когда к ней возвращалась надежда, ей вовсе не хотелось видеть рану Телора, которая могла заставить ее распрощаться с этой надеждой. Но на тунике крови было немного, Кэрис развязала пояс дрожащими от волнения руками и приподняла тунику, всем сердцем надеясь, что нож лишь слегка оцарапал бок.
Но от этой надежды тут же не осталось и следа, и девушка прикусила губу, чтобы не расплакаться и не передать свое отчаяние Телору. Глаза менестреля были закрыты, поэтому он не видел, как ужас исказил лицо девушки, когда перед ее глазами предстала мокрая от крови нижняя рубашка. И все-таки Кэрис не могла медлить, потому что искорка надежды в ней еще теплилась и она понимала, что, если не оказать помощь Телору сейчас, те кошмары, которые рисовал ее воспаленный мозг, когда она скакала на лошади, обвивая рукой кровоточащее тело менестреля, могут стать явью. И надежды девушки были вознаграждены, когда она приподняла рубашку и увидела, что рана проходит гораздо ниже грудной клетки.
Окрыленная этим добрым знаком, Кэрис вытащила свой второй нож и разрезала пояс на окровавленных брюках менестреля.
Увиденное несколько обнадежило ее. Рана была длинной, но не глубокой, вдоль всего бока до бедра и немного назад к ягодицам. Она все еще кровоточила, но уже не так сильно, и Кэрис, прикрыв ее краем рубашки, надавила на нее. Когда Телор тихо застонал, девушка сказала:
– Это обычный порез, хотя и большой, но ничего страшного.
Телор ничего не ответил, но спустя некоторое время Кэрис услышала, как зло выругался Дери. Она уже не боялась, что, если не будет наблюдать за Телором, тот перестанет дышать, и повернула голову к карлику. Кэрис увидела, что тот никак не может дотянуться до нужного ему тюка, который висел на муле слишком высоко, и девушка тихонько попросила его подойти к Телору, чтобы она могла снять с мула этот тюк. Дери медленно опустил руки, и в этом его движении сквозило такое нежелание, что Кэрис догадалась, почему он велел именно ей остановить кровь Телору. Дери, как и она, боялся убедиться в самом худшем.
– Рана задела только ткани, – сказала Кэрис, – и кровотечение почти остановилось.
Когда Дери подошел к Телору, она приподняла немного рубашку и показала ему рану. Карлик вздрогнул, будто сам испытывал ту же боль, и сказал:
– Ее необходимо зашить. Иначе при каждом его движении рана будет раскрываться и никогда не заживет.
Кэрис задрожала.
– Я не умею, – прошептала она чуть слышно. – Я не знаю, как это делать.
