значит.
Она поменяла слова местами, чтобы составить целое предложение, но ничего не вышло. Это был шифр, и она не могла его разгадать.
На третий вечер Альба наконец выбралась из болота и увидела узловатые деревья Ярнвида, темно-зеленой стеной возвышавшиеся под полной луной. У Альбы засосало под ложечкой. Она постояла на месте, чувствуя себя очень маленькой.
Толстые, темные ветви тянулись из леса, как жуткие руки. Деревья росли так близко, что Альбе пришлось бы с трудом протискиваться между них, и она бы не удивилась, если бы они сомкнулись за ней, как двери лифта. Ветви не пропускают лунный свет, под густыми кронами она окажется в темноте. «Лес троллей, – говорил Юар. – Войдешь туда, и никогда больше света не увидишь».
Слишком поздно. Видар исчез.
Альба села на землю. Сил у нее не осталось. Надо было остаться в Сессрумнире. Дождаться возвращения Оссиана и надеяться, что он поверит ей и простит. Она скучала по своей постели, по еде, которую готовили кухонные гномы, даже по урокам с Гормом и тренировкам с Астрид. Ей хотелось сидеть с Хильдой и Юаром на крепостной стене, есть украденные пшеничные булочки и смотреть на звезды. Она скучала по работе в мамином саду, по ужинам с отцом, и еще она скучала по… Альба вдруг поняла, что подумала о Видаре. Нет, по нему она не скучала. Она не собирается скучать по этому лжецу.
Вдруг Альба почувствовала, что за ней наблюдают. Кто-то или что-то смотрит на нее из леса. Может, ей показалось? Нет, никаких сомнений – под темной листвой раздавались шорох и пыхтенье. Альба вскочила на ноги, стала всматриваться в чащу и наконец увидела два светящихся желтых глаза.
– Кто здесь? – сказала Альба. Она хотела, чтобы это прозвучало уверенно, но ее голос дрогнул.
Глаза все приближались, и вдруг из леса появилось знакомое существо. Это был Глусун. Он смотрел на нее и пыхтел. Альба застыла. Глусун сделал еще шаг к ней.
– Кыш! Убирайся! – крикнула Альба, но кабан хрюкнул и продолжил медленно подходить к ней.
Альба упала на колени.
– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – Это все, что она смогла выдавить, когда на нее повеяло теплом из его пасти. Но внезапно она почувствовала, как Глусун лизнул ее щеку и волосы большим розовым языком.
Альба не смогла удержаться и вскрикнула:
– Фу-у!
Она открыла глаза и встретилась взглядом с Глусуном. В его желтых глазах не было злости, скорее… любопытство. Глусун потыкался пятачком ей в подбородок, и Альба поняла, что он не нападает на нее. Он здоровается.
Осторожно протянув руку, она погладила его по морде.
– Привет, – испуганно произнесла Альба.
Кабан тут же перестал стесняться. Он осторожно подхватил ее одним из своих клыков и поднял на ноги.
– Ты пришел просто поздороваться, да?
Глусун начал весело похрюкивать и дружелюбно бодать Альбу, которая с трудом держалась на ногах.
– Не такой уж ты и страшный, правда?
Она почесала его за ушком и по загривку, и кабан пришел в восторг. Когда громадный зверь шумно повалился на бок и позволил почесать себе пузо, Альба рассмеялась. Она не понимала, почему Глусун так к ней расположен, но вепрь-убийца вел себя как большой ласковый пес.
Их странная встреча завершилась тем, что Альба легла, привалившись к теплому брюху кабана, и любовалась луной, а Глусун громко храпел у нее над ухом. В конце концов Альба тоже уснула. Так хорошо выспаться ей не удавалось уже несколько дней.
●●●
Глусун встал, и Альба упала на спину. Он что-то услышал и теперь смотрел на горизонт, держа рыло по ветру.
– В чем дело, Глусун?
Кабан побежал в сторону леса и скрылся среди деревьев. Альба посмотрела в темноту и увидела, что зверя спугнул свет. Или скорее несколько источников света поменьше, направлявшихся в ее сторону. Эйнхерии или тролли? Или хоровод виттр? Альба спряталась за одним из множества деревьев, наблюдая за приближающейся толпой. Вскоре она услышала, что они поют, а кто-то даже играет на лире.
Это была процессия людей, гномов, эльфов и эльв, шествующих по полям. Они были нарядно одеты, как будто собирались на праздник или только что вернулись с него, в руках они держали зажженные свечи. И тут Альбу осенило. Сейчас ведь середина месяца убоя. Полнолуние. Ночь осеннего торжества. Они наверняка направляются навестить могилы родных и близких.
Впереди всех шла женщина-скальд с лирой и пела. Мелодия была красивой и довольно веселой.
Ручьями тают льдины.Вода течет рекой.Туман печально плачет, ноНас скоро ждет покой.Тепло и влагу пьют цветы,Растет весь мир живой.На древе спеет плод, но нас,Нас скоро ждет покой.За солнцем гонится луна,Но звездам все равно.В огнях в наш праздник видно им,Покой нас ждет давно.
Затем все громко запели хором:
Эй!Плыви скорей чрез реку Слид,Покой наш там царит!
Когда они подошли ближе, Альба вышла из укрытия и, никем не замеченная, присоединилась к процессии. Скальд продолжила:
Вперед и вперед мчится время,Все точит оно коготь свой.Не скинуть ему свое бремя,Но нас скоро ждет покой.К земле наше небо стремитсяЗа радугой, яркой волной.Пора пировать, веселиться,Ведь скоро нам будет покойЭй!Плыви скорей чрез реку Слид,Покой наш там царит!
Затем она сбавила темп и с чувством пропела:
Вся грязь удобрит почву там,Где смерти нет лихой.Живое требует начал.Нет, рано нам покой!
А потом все вместе и как можно громче:
Нет!Грести быстрей чрез реку СлидНе скоро нам сулит.Хэй-хэй-хэй!
Песня закончилась, раздались смех и аплодисменты, и процессия двинулась дальше. Вскоре перед ними выросли курганы Насхейма, и, куда ни глянь, повсюду при свете луны и свечей бродили компании – люди, семьями и по одиночке, собрались навестить покойных друзей и родных.
Альба отделилась от толпы и направилась в сторону большой березы над могилой Саги Ванадис. Гробницу починили, поставили новую деревянную дверь. Несмотря на события, произошедшие за последние несколько дней, Альба все равно оказалась здесь. У могилы матери в ночь осеннего торжества. Она потянулась к двери.
– Я так и думал, что найду тебя здесь.
Альба развернулась.
– Отец?!
Верховный маг глядел на нее скорее с тревогой, нежели с гневом.
– Отец, я гналась за Видаром! Это он шпион, а не я.
– Ш-ш, тише, – попытался утешить ее Оссиан и жестом пригласил сесть на стоявшую рядом каменную скамью.
– Ты должен мне поверить…
– Альба, я знаю, что ты не шпион. Сколько раз мне еще тебе повторять?
– Но Астрид решила, что это я обратила Видара в тролля…
– Когда Астрид пришла в себя, она тоже поняла, что произошло на самом деле.
Спокойствие Оссиана передалось и ей. Альба представила себе горе, которое сейчас должна испытывать Астрид. Узнать, что тот, кого она вырастила и о ком заботилась, не ее ребенок… Что он даже не человек…
– Как она? – спросила Альба.
– Тебе как никому понятно, каково сейчас Астрид, – тихо произнес Оссиан. – Узнать, что кто-то настолько близкий на самом деле оказывается не тем,
