Я сделала паузу. Женщины и Ольг смотрели на меня во все глаза. У стен триклиния застыли служанки: они внимали каждому моему слову. Вот так! Я вам покажу, у кого мужчина лучший!
— На обратном пути лодку, в которой плыли Игрр, Виталия и проводник, обстреляли сармы. Ранили проводника, пробили борта. Игрр сумел довести лодку к острову и спасти своих спутниц. Когда Игрр приплыл к берегу, выяснилось, что с ним вексиллум пятого легиона, захваченный сармами более ста лет назад. Муж сумел вернуть его Роме. За этот подвиг трибун претория возвела Игрра в сенаторское достоинство, а сегодня принцепс внесла его в списки курии. Не пробыв в Паксе и года, Игрр стал сенатором! Такого не было за всю историю Ромы! Принцепс вдобавок подарила ему дом и обещала другие милости.
Что пообещала Флавия Игрру, я не знала, но решила, что сказать так вполне можно. Она же его невеста.
— Я очень горжусь своим мужем! Я невероятно счастлива! Скажу больше, если ему понадобится моя жизнь, то об этом достаточно только сказать…
В триклинии наступила тишина. Первым нарушил ее Ольг.
— Вот это баба! — воскликнул восхищенно. — Умеешь ты выбирать, док! Не хуже Виты!
Из всех, сказанных им слов, я распознала только имя Виталии. Что Ольг имел в виду?
— Ли! — сказал Игрр. — Иди сюда!
«Ли? — удивилась я. — Он назвал меня так?» Я спрыгнула на пол и подошла к лектусу мужчин. Ольг освободил мне место, и я легла рядом с мужем. Он немедленно обнял меня и впился губами в мой рот. Его язык проник внутрь и затрепетал там. Меня охватило неведомое ранее блаженство. Я замычала от удовольствия, но все же расслышала, как собравшиеся в триклинии кричат и хлопают в ладоши.
— Я скажу, о чем умолчала моя жена, — сказал Игрр, оторвавшись от меня. — Лиона дважды спасла мне жизнь. В первый раз — в покоях принцепса, где убийца готовилась выпустить мне кишки. Во второй раз — у стен Малакки. В меня бросили пилум, но Лиона каким-то чудом успела закрыть меня щитом. При этом ее саму могли убить. Теперь вы понимаете, почему я выбрал ее, а Виталия дала согласие на наш брак?
Все снова закричали.
— Отдохни, гайса! — сказал мне Игрр и спрыгнул с лектуса. Он отвел в сторону Ольга, и они о чем-то заговорили. Ольг кивнул и подозвал служанок Получив указания, они убежали. Одной Игрр сунул в руку какой-то извлеченный из сумки предмет. Я не следила за этой суетой. Меня переполняло блаженство. Муж на глазах у всех приласкал меня и назвал «zajka». Это то, о чем говорила Виталия?
— У нас перерыв, — сказал Игрр, вернувшись к лектусу. — Олег приглашает нас в баню. Ее истопили. Затем продолжим банкет.
Я с радостью поднялась. Баня! Очень вовремя: мы не мылись с самой Малакки! Служанка отвела нас в дальнее крыло домуса. Ступив в комнату, я увидела мраморные скамьи вдоль стен и вбитые в стены бронзовые крюки. Игрр начал раздеваться, я последовала за ним. Сбросив одежду и обувь, мы шагнули в следующую комнату. Здесь стояли бочки с водой, и над некоторыми из них курился пар. Я думала, что будем мыться, но муж потащил меня за деревянную дверь. Там я изумленно распахнула глаза. Это была совсем незнакомая мне баня! Стены обшиты деревом, деревянная решетка на полу, двухъярусные деревянные скамьи в виде широких ступеней. Лампа, подвешенная у дверей, освещала это мягким светом. Я заметила в отдалении огромную и странную жаровню. Углей внутри видно не было — их закрывала бронзовая дверь, зато над ней в большом бронзовом ящике высилась груда камней. Их раскалили — жар ощущался даже в отдалении.
— Ложись! — Игрр бросил на скамью льняную простыню.
Я подчинилась, ощутив сквозь плотную ткань тепло нагретых досок Игрр захлопотал у жаровни Там оказался чан с горячей водой. Муж зачерпнул из него ковшом и влил кипяток в бронзовый таз. Сунув в него какую-то метелку из веток, он стал плескать ковшом на камни. Те зашипели, к потолку рванулся пар, и я ощутила, как к телу прихлынул жар. Я мгновенно вспотела. Скоро стало трудно дышать. Муж достал из таза распаренную метелку и подошел ко мне.
— Лежи смирно! — сказал, улыбнувшись.
Я подчинилась. Он стал махать метелкой над моей спиной, затем осторожно шлепнул меня по заду. Это оказалось приятно. Я довольно гмыкнула, и Игрр сначала легко, затем все сильнее начал меня хлестать. Это было неописуемо! Жарко и даже чуть больно, но одновременно невыразимо приятно. Время от времени муж переставал меня бить и растирал метелкой. Отхлестав меня со спины, он велел мне повернуться и легонько побил меня по ногам и рукам спереди. Живот он едва тронул, груди не коснулся вовсе. В этот момент в баню ворвались Ольг с Кирой и Аурелией. Ольг бросился к жаровне и стал плескать на нее из ковша. Женщины завизжали. В руках Ольга появилась метелка…
— Выйди в предбанник! — сказал мне Игрр. — Передохни!
Я послушно выскочила за дверь. В комнате с бочками оказалась служанка с ведром в руках. Она немедленно окатила меня холодной водой. Я взвизгнула и метнулась обратно. Это что такое? Зачем так обливаться? Тем временем в бане творилось невообразимое. Женщины лежали на скамьях, а Игрр с Ольгом хлестали их метелками. Затем Игрр полез на верхний ярус, а Ольг стал его бить метелкой. После чего они поменялись, не забыв перед этим плеснуть из ковша на камни. Мне стало трудно дышать, и я выбралась из бани. В этот раз в комнате с бочками оказались Кира с Аурелией. Две служанки мыли их, натирая губками. Третья занялась мной. Нас окатили теплой водой, вытерли, расчесали и уложили волосы. Затем одели и отвели обратно в триклиний. Там все переменилось. На столе дымились новые блюда, а в углу пробовали инструменты музыканты. Мы с женщинами растянулись на лектусах.
— Понравилась баня? — спросила Кира.
Я кивнула. Необычно, но очень приятно.
— Это Ольг придумал! — сказала Кира. — Он называет это «parilka». Мы туда ходим втроем. Ольг хлещет и моет нас. Это так приятно!
Я кивнула: конечно! Тем временем в триклинии появились новые гости. Это были Лола с Льошей и незнакомый мне пришлый с темными волосами. Его сопровождала женщина с большим животом, явно на сносях. Выглядели они смущенно. Кира, соскользнув на пол, захлопотала, устраивая гостей. Нас представили. Темноволосого пришлого звали Степ, его женщину — Калиссой. Аурелия шепнула мне, что Степ — брат Льоши, а Калисса — «кошка» из их турмы. Они со Степом полюбили друг друга опять-таки на пути к Роме. Я только головой покачала: ну и «кошки»! Своего не упустили. Однако вступать в связь с храмовыми мужчинами?! Тем-то бояться нечего, а вот их женщинам?
В этот момент вернулись Игрр с Ольгом. Лица мужчин были красны, а мокрые волосы торчали в стороны. Они обнялись со Степом и его женщиной, после чего Игрр устремился к музыкантам. Там им о чем-то сказал, после чего, взяв у одного флейту, выдул протяжную незнакомую мелодию. Музыканты подхватили, Игрр довольно улыбнулся. Я насторожилась: муж собирается петь? Замечательно! Той ночью в лагере я плакала, слушая его. Ясное дело, что тайком. Не хватало, чтоб девочки видели центуриона в слезах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
