— Вот видишь, Лаура! — сказала Северина. — Не видно, чтоб Игрр пытался поставить пришлых над нами.
— Следует отменить казнь за связь с храмовым мужчиной, — продолжил я. — Это противоречит разрешению жениться. Но наказание за понуждение мужчины вступить в связь путем использования нолой угроз, служебного положения или подкупа следует оставить. Я предлагаю его смягчить. Думаю, виновную достаточно высечь — невзирая на чины и звания.
— И поручить это обиженному! — засмеялась Северина. — Мне нравятся твои предложения, сенатор, и я прошу принцепса поставить их на голосование. Осталось определиться с числом жен. Сейчас их может быть сколько угодно. Возможны злоупотребления! Сколько времени, по-твоему, мужчине следует делить ложе с женщиной, чтобы зачать мальчика?
— Месяц! — ответил я, прикинув. — Не меньше.
— Пусть два, — сказала Северина. — Значит, шесть жен?
— Слишком много! — не согласился я. — Шестерым трудно договориться, и они передерутся. Двух достаточно.
— Трех! — вскочила Флавия. — Достопочтенный сенат, я хочу сделать объявление! Вчера я заключила помолвку с Игрром. Отныне мы жених и невеста. Через два года мы вступим в законный брак. У Игрра есть жены: старший декурион «диких кошек» Виталия Руф и центурион когорты претория Лиона Лепид. Обе высокого рода, из хороших семей. Я буду третьей!
— Хороший выбор, Флавия Авл! — улыбнулась Северина. — И сделан вовремя. Не то Игрру пришлось бы кого-то сечь! — Она засмеялась. — Теперь к нему побоятся подходить. Достопочтенный сенат! Игрр отказался от должности легата. Его мотивы понятны, я их поддерживаю. Нельзя отдавать легион в руки новичка. Я говорю «Вето!» этому назначению. Но мы можем поручить Игрру дело возрождения нол. Он знает, что делать. Предлагаю назначить его префектом, дав соответствующие полномочия. Согласны?
На скамьями взмыли руки сенаторов.
— Ставлю на голосование! — запоздало прокричала Флавия…
Флавия, принцепс. Довольная
Когда заседание кончилось, Игрр подошел ко мне.
— Надо поговорить! — шепнул на ухо. — С тобой, Севериной и Лаурой.
— Лаурой? — удивилась я. — Она тебя ненавидит!
— Это неважно. Она умная и умеет водить войска.
— Хорошо! — кивнула я. — Я приглашу вас на обед. Ты будешь меня кормить?
— Двумя руками! — засмеялся он.
Северина не возражала, а вот наставница заупрямилась. Было видно, что обижена.
— Игрр просил тебя позвать! — сказала я. — Он относится к тебе с почтением.
Наставница удивленно вскинула бровь. Поколебавшись, кивнула. Беседуя, я не выпускала Игрра из виду. От меня он направился к своим спутницам. Лола рванулась ему навстречу и повисла на шее. У меня кольнуло в груди. Игрр осторожно поставил «кошку» на пол, и я увидела, что та плачет. Игрр потрепал ее по плечу, сказал несколько слов Лионе и вернулся ко мне Центурион посмотрела ему вслед, затем глянула на меня, и я различила в ее взоре торжество. Это с чего?
Мы с Игрром вышли из курии и сели в повозку. Наставница с Севериной заняли другую. Преторианки окружили нас, и мы тронулись к Палатину.
— Почему Лола плакала? — не удержалась я.
— У нее есть мужчина, — сказал Игрр. — Они очень любят друг друга. Его зовут Леша. Он снял ей домус, дарит подарки, но каждый вечер отправляется ночевать в храм. Лола остается одна. Теперь они смогут быть вместе.
— А Лиона? — спросила я. — О чем вы говорили?
— Просил ее навестить Помпонию. Она помогла мне добраться к Балгасу и хочет знать новости. Черт! — Он хлопнул себя по лбу. — Совсем забыл! Хотел просить Помпонию найти нам домус!
— А мой подарок? — удивилась я.
— Он мал для нас. Три женщины: Вита, Ли и няня. Плюс я и Гай. Появятся еще дети. К тому же… — он вздохнул. — В этом доме жила Касиния, его описывали… Он стал чужим. Я продам его, добавлю денег и куплю новый.
— Сколько сможешь добавить?
— Тысячу ауреев.
— Они у тебя есть?
— Да.
Я задумалась. Дом Виталии оценили в две тысячи золотых. На торгах можно выручить и больше. Так объяснила квестор, она разбирается в этих делах.
— Я попрошу квестора подыскать тебе дом. Просторный, с большим перистилем или садом, где могут гулять дети. Одинокие нолы, умирая, отказывают домусы казне. Это традиция. Ты выберешь нужный и купишь его на торгах. Никто не упрекнет, что мы схитрили. Я дам отсрочку от платежа. Тем временем выставим на торги дом Виталии. Когда получишь деньги, рассчитаешься с казной. Не нужно Помпонии!
— Ты умница! — сказал Игрр.
Я фыркнула: только сейчас разглядел?
— Префекту положено жалованье?
— Гражданские должности не оплачиваются. Занимать их — честь! А вот у военных есть жалованье. У легата — полторы тысячи ауреев в год. Зачем отказался от должности?
— Не знал, — вздохнул он. — Глупый я человек!
«Просто — честный!» — подумала я.
— Мне разрешат делать массаж?
— Нет! — возмутилась я. — Ты же сенатор!
— Тогда пойду в Храм! Там вроде платят. Внесу лепту в возрождение, — усмехнулся он.
— Ни в коем случае! — возразила я. — Не хватало, чтоб нолы хвастались, что их дочери — племянницы принцепса!
— Мне нужно кормить семью. Она не маленькая.
— Я назначу тебе содержание. Скажем, десять ауреев в месяц. Это жалованье центуриона претория, его достаточно, чтобы содержать дом. Еще дам беспроцентную ссуду. Скажем, две тысячи золотых Ты отнесешь их ростовщикам и получишь двадцать ауреев в месяц.
— В результате я буду в долгах, — буркнул он. — Лучше б платили жалованье! Ваша система должностей никуда не годится. Магистратам не платят, поэтому они берут взятки. Вспомни Клавдию, спасшую дочь Октавии от заслуженного наказания. Ладно, это потом. Рома и без того вздрогнет. Мы приняли такие законы!
— Я пошлю к храмам вигилов, — сказала я. — Не то их разнесут.
— Не помешает, — согласился Игрр. — Но, думаю, Северина справится. Она бывший легат, поэтому всех построит. Желающие беременеть — направо, за мужьями — налево! Стать в шеренгу, равнение направо! — Он усмехнулся.
Тем временем мы приехали. Нас провели в триклиний, и я велела подавать обед. Лаура с Севериной взошли на один лектус, мы с Игрром возлегли на другом. Я немедленно положила ему голову на грудь — невеста я или кто? Подали пельмени, Игрр принялся меня кормить. Мы ели из одной ложки, как некогда он с Виталией, но теперь вместо нее была я. Северина смотрела на нас, улыбаясь, а Лаура хмурилась. Пусть! Ей не понять, как это приятно.
Мы запили обед вином, и Игрр отодвинулся.
— У меня, достопочтенные, плохая новость, — сказал он. — Законы, которые мы приняли, хороши. Беда в том, что этого недостаточно. Роме не позволят возродиться. «Фармацевты» устроят второй мор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
