— Вроде в старину с технологиями было не очень.
— Понятно, что вы, как и миллионы других людей, не в курсе настоящей реальности. Были тайные-претайные технологии, которые вручались и использовались для нашего существования, знания, которые они нам дали. У нас всё задокументировано, зарисовано, откопировано и взяты свидетельские показания!
— Простите за научное любопытство, а кого именно?
— Тех, кто видел тех, кто видел феномены. Тех, кому открылась Истина и кому доступны соответствующие пресс-релизы. Мы готовы помочь настоящим ищущим проникнуть глубже в познание технологической Истины, а возможно, даже попытаться прикоснуться к ней. Соблюдая при этом технику безопасности и не засовывая внутрь механизмов пальцы и другие части тела.
— Да что вы, мне самому пальцы и прочее нужны. Не волнуйтесь. — На самом деле, Фауст-младший только и искал случая, чтобы залезть в одну из витрин и что-то позаимствовать. В цивилизованной части Вселенной неофициально считалось, что «то, что плохо лежит, нашедшему и принадлежит». Особенно если у нашедшего под рукой имеется звездный крейсер. Как говорится, «большие космические вооруженные корабли всегда правы». — Меня просто поражают ваши экспонаты!
— Я искренне рад. Сейчас я вам отсыплю нужных пресс-релизов, в которых есть всё как о великих тайнах Солнечной системы, так и дальних галактик, маяков и опорных пунктов, построенных по заказу суперцивилизаций.
И он начал аккуратно накладывать со стоящего в центре последнего зала стола кучи листов в фирменные пакеты общества. Закончив, снял трубку обычного офисного телефона (с красочной наклейкой — египетские пирамиды на фоне свежевымытой и блестящей галактической эскадры) и быстро буркнул короткую фразу, которую Фауст не успел разобрать.
Буквально через минуту дверь в зал распахнулась. Трое молодых людей были прямо-таки увешаны передовой фото- и видеотехникой, а две симпатичные девушки «с ногами от пола и до ушей» аккуратно держали в своих нежных пальчиках пару расправленных свеженьких футболок с логотипом общества и соответствующими комбинациями рисунков. Футболки на вид соответствовали размеру Фауста, и он с тоской понял…
— А теперь приступим, — радостно произнес фаустовский проводник по музею. — Вы же не просто ученый, а продолжатель рода, наследник легендарного ученого. Кому как не вам оценить наши поисковые и научные заслуги по достоинству и непредвзято сказать о них всему миру? Девочки, облачайте почетного гостя в наш дар!
После этих слов, приняв молчание Фауста за согласие, обе модельные девицы бойко взялись за него: одна стала очень аккуратно, чутко и эротично расстегивать его рубашку, при этом, видимо от волнения, многозначительно облизывая губы. Вторая же, приняв позу смиренной женщины из приличного гарема при виде ввалившегося владыки, держала наготове одну из футболок (вторую положили Фаусту в его рекламные пакеты).
Дискуссия возникла о штанах внука легендарного человека — нужно ли их для пользы сего общества расстегивать, дабы, не воспроизводя дополнительного потомства, засунуть фирменную футболку внутрь, ближе к телу Фауста. Тем временем молодые люди рассредоточились и, когда фаустовский Вергилий дал команду, бодренько защелкали и застрекотали. В результате младший Фауст был сфотографирован в нескольких базовых вариантах: в футболке поверх штанов на фоне витрин; в футболке внутри штанов (частично) на фоне витрин; Фауст в штанах и футболке в обнимку с девушками; он же в обнимку с девушками и крутым обломком древних технологий в руках (извлеченным для этих целей из витрины и вблизи напоминающим кусок непрезентабельной современной промышленной арматуры). Кроме того, были кадры с Фаустом, который держит эту штуковину: а) и задумчиво смотрит в космическую даль из окна музея; б) призывно машет штуковиной вдаль (по всей видимости, спрашивая инопланетян: «Это не вы эту штуку уронили?» и призывая их вернуться за ней, выдав попутно вознаграждение за находку и честность); в) Фауст рассматривает штуку в монокль и показывает радостно «ок!».
В общем, всё это внучку не очень понравилось, потому что по замыслу Тритермия младший Фауст должен был подтвердить не только увиденное, но и то, что дедушка в своих записях (дневниках, письмах, разговорах и т. д.) подчеркивал, что, действительно, все загадочные земные древние технологии и артефакты были продуктом внеземного вмешательства. Разумеется, в своей массе позитивного, хотя могли присутствовать и единичные негативные моменты, связанные с нецелевым их использованием людьми.
После посещения музея вновь позвонил Макс и сообщил, что пресс-конференция Фауста-внука состоится через две недели. За это время он должен вписать дедушку во все материалы, составляемые на основе выданных материалов. Фауст в ответ посетовал, что ему выдали какую-то рекламную ерунду, ничего интересного.
— А откуда у них взяться большему? Они обычные местные, наивные аборигены на ставке. Да и от тебя никто не ждет особых откровений и доказательств. Ты должен подтвердить авторитетом Фауста-старшего, что древние технологии были подарены инопланетянами человечеству в его благо.
Макс хихикнул и добавил:
— При этом фамилии инопланетян называть не надо. Мы пока скромные. Вот после Контакта — памятники хоть на каждой площади. А бюсты — в каждом детском садике.
Истина не бывает одинокой
Фауст вернулся из музея в слегка растрепанных чувствах. Но запас потрясений на сегодня был, похоже, неисчерпаем — он обнаружил Грету в холле отеля, а рядом с ней сидел представительный седой господин. Когда он поднялся, приветствуя Фауста, то оказался высоким и худощавым. Безупречные манеры и сдержанность незнакомца наводили на мысль о его многолетних трудах на дипломатическом поприще.
— Господин Фауст? — спросил он.
— Да, — несколько озадаченно отозвался тот и вопросительно посмотрел на Грету.
Та улыбнулась:
— Это господин Мунован Муноди, известный ученый.
— Очень рад познакомиться, коллега, — пробормотал Фауст. — Вы здесь по работе?
— Да. Я хотел бы побеседовать с вами, если позволите.
— Прямо сейчас? — опешил злосчастный внук чародея.
— А вы думаете, у вас так много времени?
Тон, которым эти слова были произнесены, Фаусту совсем не понравился, поэтому он сухо ответил, что времени у него отнюдь не много, поскольку он должен готовиться к своему докладу на международной конференции «Эволюция человечества или хождение по кругу. Загадки Средневековья и древних времен». Макс среди прочего действительно обещал устроить такое выступление. Но про Макса и Тритермия Фауст говорить новому знакомому, конечно, не стал. Слишком мало среди знакомых обычных людей осталось. А из каких далей и времен другие взялись?
— Скажите, — с почти неуловимой иронией проговорил Муноди, — как вы оцениваете достоверность наших знаний о древних земных цивилизациях?
Фауст пристально взглянул на собеседника, пытаясь понять, случайно ли тот так построил фразу, что она явственно превращала его, Иоганна-Альберта, в чужака, стороннего наблюдателя, который зачем-то вмешивается в жизнь Земли. Что ему известно? А что должно быть известно простому доктору почти исторических наук, прилетевшему из космической глубинки? Хотя нет, это просто почудилось, нервы, усталость, неизбежный акклиматизационный стресс… Да еще Тритермий этот с моральками, чтоб ему заржаветь до полной неремонтопригодности!
— Все не только предметы, но и культы, о которых говорят сторонники древних цивилизаций, были привезены на Землю или созданы инопланетянами, — отчеканил Фауст. — Нельзя говорить, что человечество возвращается к тому, что уже было, а исключительно о продолжении и развитии. Что-то было утрачено и забыто, но в целом — в рамках наглядного технического прогресса.
— Вы действительно верите в то, что сказали? — спросил Муноди.
— У меня нет особых причин сомневаться в полученных сведениях.
— И откуда у вас вся эта информация?
— Я был в музее самых древних астронавтов, ознакомился с экспонатами и бумагами.
— А вы слепо верите только в одну точку зрения? — перебил его собеседник уже без всякой дипломатии. — Причем тех, чьи аргументы очень напоминают муляжи и хранятся в запертых витринах. Или вы увидели результаты сторонних объективных исследований тех предметов?
— Я, как подобает ученому, открыт для любой информации и познания. И если у вас есть что конкретное предложить из данных…
— Тогда я рад передать вам вот этот документ и материалы, его иллюстрирующие, — Муноди снова обрел прежнюю невозмутимую церемонность и вручил Фаусту довольно-таки увесистую папку. — Сравните с другими. Если будут вопросы — моя визитка к текстам прилагается.
