По пути она расспрашивала водителя о том, что он помнил про клиента с фотографии. В качестве поощрения за хорошую память она достала еще денег.
– Он не говорить, – выдавил, наконец, вьетнамец. Он потянулся за деньгами, но Кэссиди отдернула руку.
– Его здаль мусина у бара, – нехотя протянул рикша.
Пауза.
– Индуса здаль его. С золотыми зубами, – он снова потянулся за деньгами, и на этот раз их получил.
– Пляхоя места, – повторил водитель, крутя педали. Они вырулили на небольшую улочку, где выстроились в ряд бары сомнительного вида. Большинство заведений было еще закрыто. На улице было совсем немного людей, а туристов вообще попалось на глаза всего парочка. Зато у запертых дверей стояли мужчины с цепкими взглядами, наблюдавшие за каждым прохожим.
– Про я им не говорить, – пролепетал вьетнамец, когда Рысь вышла из тук-тука.
– Не скажу, – ответила она.
У входа в бар, перед которым она оказалась, не было даже таблички с названием, не то что часов работы. Рысь подергала ручку двери. Заперто. В том же здании располагалось кафе «Рубин». Прежде чем войти, Кэссиди набрала штаб-квартиру.
– Я возле бара, где Лик встретился с индусом после того, как зашел в банк, – доложила она Монти Пирсу. – Если этот парень даст зацепку, может, удастся выйти на Лика.
– Уже торговцы?
– Пока не могу сказать, но это всего лишь вопрос времени. Он скоро с ними свяжется. Рено поднял его переписку на компьютере. Скорее всего, это те люди, которые помогали ему устроиться во Вьетнаме. Те самые. По недвижимости.
– Верно. Морок доложила, что, по-видимому, это и есть торговцы. Ей пришлось задействовать все связи, ее люди во Вьетнаме даже дали имя. Ханг. Похоже, он занимается всем подряд, в том числе размещением, – объяснил Пирс.
– Тогда Лик наверняка направляется к нему.
– Рысь, я знаю, ты отдаешь себе отчет, что это очень рискованная операция. Я бы не хотел, чтобы ты оказалась в ситуации, когда эти люди могут тебя схватить и… сделать так, что ты навсегда пропадешь. Ты для них – лакомый кусок. Покажи все, на что ты способна, но не пытайся выйти на Лика через торговцев. Веди наблюдение, но только незаметно. Никакого включения, если только без этого никак не обойтись. Морок я отправлю в качестве подкрепления. Помни, твоя цель – Лик. С торговцами разберутся люди ФБР.
Она знала, что в словах Пирса был резон. Он дал понять, что одна из причин, почему Рысь получила сольное задание, заключалась в том, что у нее было досье «идеальной жертвы» для этого маньяка. Но одно дело – оставить ее с Оуэнсом один на один, в качестве приманки, когда она могла прекрасно постоять за себя. И совсем другое – заставить ее проследить все преступную цепь торговцев. Она прекрасно знала, что они делали с похищенными женщинами. Они ломали каждую, подавляя сопротивление при помощи наркотиков, пыток и насилия, пока те не оказывались готовы принять свою участь. Если, конечно, не погибали в процессе.
И все же она отметала любые предположения о том, что могла не справиться с заданием самостоятельно, или что ее личный риск был слишком велик.
– Я понимаю. Буду держать тебя в курсе.
Она повесила трубку и зашла в кафе. Села у окна, откуда могла наблюдать за теми, кто входил в здание.
Когда она допивала третью чашку чая, в бар спустилось два вьетнамца. То есть заведение явно уже было открыто, только посторонние об этом узнать никак не могли. Довольно скоро пришли еще трое, тоже местные. Потом подъехало такси – и оттуда вышла… Джек. Она тоже прошла в бар.
Черт. Она-то что там делала? Не успела Кэссиди начать гадать об этом, мимо кафе прошли двое. Тот, что был повыше и с темной кожей, улыбнулся. Рысь заметила, как блеснули его золотые зубы.
И эти двое прошли в бар. Федералам тоже известно об этом типе?
Рысь решила пока придерживаться рекомендаций Монти. Она с трудом подавила желание отправиться за ними. Шаг в неизвестность. Теперь в баре было как минимум семь человек, не считая тех, кто работал в заведении. То есть тех, кто мог незаметно пройти через служебный вход. Кэссиди решила оставаться на месте, и проследить за индусом, как только тот выйдет.
Глава двадцать третья
Сойдя с поезда, Джек сначала убедилась, что Кэссиди не было поблизости, потом сделала два звонка. Один – по тому номеру, который продиктовал ей Бао.
– Я бы хотела переговорить с Куангом, – проговорила Джек, когда ее поприветствовал высокий мужской голос. Бао сказал, что этот тип «работал на них всех». А это значило, что в его обязанности, скорее всего, входило выискивать и подбирать подходящих девушек. На жаргоне торговцев живым товаром – «зрачок».
– Кто это?
– Меня зовут Джек Норрис. Один мой друг из Индии сказал, что Вы можете связать меня с человеком, который занимается экспортом. А именно перевозками товаров… одноразового использования, – ответила она.
После недолгой паузы мужчина назвал Джек адрес и сказал, что ее будут ждать там в шесть вечера.
Потом она позвонила Драшеву и сообщила, что след Оуэнса привел ее в Сайгон.
– Единственный шанс его перехватить тут – это встретиться с большой шишкой твоего бизнеса, так что мне нужны координаты. Свяжись с кем угодно из своих людей в Бомбее и дай мне номер, который я могу, в свою очередь, дать им.
Драшев продиктовал ей номер и назвал погоняло своего человека – Биг Бен.
Индия была очень важным деловым узлом в этом бизнесе. Каждый, кто занимался торговлей живым товаром всерьез, имел там своего представителя, который следил за успешным ходом сделок купли-продажи. Именно это было общим у Драшева и вьетнамцев, связанных с Оуэнсом. В последние годы русские установили тесные контакты с несколькими цепочками контрабандистов товаров с маркировкой «Ж», девочки из Вьетнама продавались по всем континентам. В Восточной Европе они были экзотикой, и на них можно было заработать больше, чем на местном рынке. В то время как славянские девочки пользовались спросом в Азии.
Сославшись на деловые связи в Бомбее, Джек могла войти в доверие к этим уродам, не упоминая имени Драшева.
До назначенного времени у нее оставалось пара свободных часов, так что Джек решила привести себя в порядок перед встречей, чтобы как потенциальный покупатель выглядеть достаточно презентабельно. Она зашла в пару магазинов в Сайгоне и купила чистую одежду, потом перекусила в одном из ресторанчиков в центре.
Адрес бара, продиктованный Куангом, был ей не знаком, поэтому Джек взяла такси, на месте она была ровно в шесть.
Включая бармена, внутри было всего восемь человек: семеро местных и один индус. Никто из них не подошел к Джек сразу, поэтому она села в отдалении и заказала виски.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
